Таривердиев - Анна Михайловна Ветлугина

«Дорогая Леля!

За меня не беспокойся. Устроился я хорошо, пока у Лени, а с 11-го уезжает Эдик на два месяца и я буду жить там. Тем временем найду комнату, я тоже здесь жить не могу. Ничего не получается. Пусть разваливается этот дом к чертовой матери! Хочу только одного – чтобы меня все оставили в покое. Все-все. В январе внесу деньги в кинокооператив, они меня берут. Немножко приду в себя – позвоню.

Я тоже желаю тебе счастья, но затрудняюсь сказать, какого именно. Желаю тебе встретить человека во всем непохожего на меня. Будь здорова. Честное слово, очень хочу, чтобы ты была счастлива. Я не сумел это сделать…»

Это письмо предварялось другим. В нем Таривердиев с болью пишет о своей «настоящей» музыке, не связанной с кино. Пишет, что не хочет связываться с еще одним фильмом ради денег, но нельзя, на нем висит долг… От строк письма веет обреченностью, загнанностью. Возможно, эта ситуация и разрушила брак композитора.

Его сын Карен Таривердиев рассуждал о разводе родителей спокойно, никого не осуждая. По его мнению, все было искренне и честно. Любовь прошла, люди перестали жить вместе. Елена была очень красивой, ее замечали мужчины. Карен рассказывал, что ей делали предложения не один раз, но она так и не вышла больше замуж… «Вероятно, она любила отца, даже, когда он умер…»

Расставались они интеллигентно. Маленький Карен не услышал ни скандала, ни даже ссоры.

Символично, что их брак выдержал испытание житьем в крохотной ванной комнате, но распался в отдельной квартире.

После развода Микаэл с Еленой общались уважительно. Да и поводов для неуважения никто не давал. Елена растила ребенка, Микаэл помогал деньгами и часто приходил, чтобы увидеться с сыном, водил мальчика на хоккей и в Сандуновские бани. Притом Таривердиев вовсе не являлся воскресным папой-праздником, далеким от проблем воспитания. «Отец был пожарной командой, – вспоминал Карен, – как только мама чувствовала, что она не справляется, она вызывала отца, подлетное время было небольшое, я получал по полной программе».

Когда Карен похитил конфеты в продуктовом магазине и его домой привела милиция, мать вообще ничего не сказала, просто молча уложила чадо спать, а утром позвонила отцу. Чадо, проснувшись от звуков этого разговора, поняло: будет плохо, но на деле все оказалось хуже чем плохо.

Таривердиев приехал очень быстро, увел сына в дальнюю комнату, закрыл дверь и, ничего не говоря, бросился его душить. Когда десятилетний мальчик начал задыхаться, отец отпустил его шею и сказал: «Многие знаменитые люди из-за недостойных детей были вынуждены стреляться. Запомни: я стреляться не буду. Мне проще тебя удушить».

После этого Микаэл Таривердиев спокойно вышел из комнаты, поцеловал бывшую жену и уехал.

Как же отразилось на Карене такое воспитание? Он с юмором говорил, что до сих пор ходит перевоспитанный и не понимает одного: неужели нельзя таким же образом перевоспитать ворующих чиновников или недобросовестных политиков? Ведь так просто же…

Удивительно, но сын вовсе не обиделся на отца за удушение, с радостью приезжал к нему погостить. Даже и не погостить. Он не ощущал себя гостем, гордо говоря: я не в гостях, я живу у папы.

В 15 лет Карен, видя, что отец хорошо зарабатывает, попросил у него содействия в трудоустройстве. Надо отметить, что музыкой сын при этом не занимался. Микаэл Леонович сказал ему: «Нет проблем. На филиал Апрелевского завода грузчиком. До свиданья».

Этот заводской филиал находился на «Водном стадионе», не очень далеко от улицы Усиевича, где жил композитор, поэтому Карен переехал к нему и начал зарабатывать «свой первый рубль». Микаэл Леонович посмеивался: «Ну вот, в доме свой пролетарий завелся».

Конечно, отец был для сына кумиром и огромной мотивирующей силой. Между ними могло случиться соперничество, будь Карен музыкантом, и соперничество несчастливое – ведь особого музыкального дара он не имел. Но Карен не стал мучить себя и родителей и избрал карьеру крайне неожиданную для сына прославленного композитора: он стал офицером.

Впрочем, это тоже случилось не сразу. Сначала он поступил на философский факультет МГУ, решив доказать себе и близким, что чего-то стоит. Философия оказалась слишком скучна для его деятельного характера. На втором курсе университет был благополучно заброшен, а наследник знаменитого композитора отправился искать нефть в Западной Сибири. Устав от геологической романтики, пришел в военкомат.

В Рязанском военно-десантном училище, куда Карен поступил, изучали фарси. В то время это значило только одно: выпускников пошлют в Афганистан. Когда это случилось, многие спрашивали Микаэла Леоновича: как же так, как он допустил такое, почему не договорился, чтобы его единственного сына не отправляли на войну? Упрекали даже. Таривердиев отвечал: «Вы хотите, чтобы я сказал – пошлите сына уборщицы в Афганистан, а моего не посылайте?»

В армии Карен сразу перестал быть сыном знаменитости, а стал просто хорошим командиром, и это ценилось дороже любых денег и любой славы. Он много раз выводил своих бойцов из-под огня, но их выпуск все равно прозвали «Богом проклятый» – слишком многие оказались убиты или пропали без вести.

Карена подстрелил снайпер. Четыре месяца он пролежал в госпитале имени Бурденко, Микаэл Леонович ходил туда навещать его практически каждый день. Едва встав на ноги, Карен снова всеми правдами и неправдами начал рваться обратно, в свой батальон.

Таривердиев сына не отговаривал, но как-то они вышли вместе покурить, и он сказал Карену: «Тебе что, мало? Только не рассказывай мне про интернациональный долг!»

«Нет, пап, – ответил тот, – я тебе этого рассказывать не буду. Но если я не вернусь – у моих ребят будет новый лейтенант. Кто даст гарантию, что он их не погубит?»

«Это позиция, – были слова отца. – Возвращайся».

Карен вернулся в Афганистан и вскоре подорвался на мине. Чудом выжил, но ранение окончательно расшатало его здоровье и стало причиной ранней смерти. Он прожил лишь 54 года, хотя это была очень насыщенная жизнь. Уволившись из армии, он устроился в МЧС сапером. Работал также журналистом и писал рассказы об афганской войне, публикуя их в «Красном знамени» и «Литературной газете». Женился, у него родилась дочь Анна, ставшая переводчиком и редактором. К сожалению, с семейной жизнью ему не повезло, с женой он развелся. Возможно, из-за женщины по имени Надежда, с которой познакомился в Афганистане. С ней семьи тоже не получилось. Но отец всегда оставался Карену близким человеком. Они по-настоящему уважали друг друга.

Когда-то именно отцу, первому, Карен сообщил о предстоящей женитьбе и услышал в ответ странную фразу: думаешь, легко остаться одному в 50 лет?

Это было так удивительно, ведь Микаэл Леонович был любимцем женщин. Одиночество и он – эти вещи казались несовместимыми.