Вожатый из 90-х - 4 - Валерий Александрович Гуров

— Что здесь происходит? — взвизгнула она.

Кирилл мгновенно ожил. Почувствовал публику и решил вернуть себе роль пострадавшего начальника.

— Он напал на меня! — выкрикнул он, снова попытавшись вывернуться. — Вы видите? Он применил силу!

Стас, надо отдать ему должное, сообразил быстрее многих взрослых. Пацан ткнул пальцем в экран мобильника и начал снимать, хотя начало, конечно, уже упустил.

Ну ничего. Полную киноленту нам сегодня никто не обещал, работаем с тем, что есть.

Я, увидев телефон краем глаза, заговорил:

— Фёдор видел, кто первый полез, — невозмутимо сказал я. — Я применил удержание, чтобы Кирилл Андреевич не продолжил своё вероломное нападение.

— Да ты мне руку сейчас сломаешь! — рявкнул Кирилл.

Я отпустил давление на миллиметр. Он сразу попытался этим воспользоваться, но передумал, когда локоть напомнил ему, что это затея так себе.

— Пока я только объясняю порядок, — пояснил я.

Элеонора посмотрела на Федю.

— Федь?

Федя снова сглотнул. Ему очень хотелось исчезнуть, можно даже сквозь землю провалиться. Но только не получалось ни черта.

— Кирилл Андреевич первый схватил Романа Михайловича, — заикаясь, проблеял Федя.

Кирилл повернул голову к нему.

— Что?

Федя вздрогнул от этого «что», как от хлопка пейнтбольного шарика рядом с ухом. Но выпрямился на полсантиметра, весь из себя подобрался.

— Я видел, — снова заговорил он. — Ты первый схватил Романа Михайловича!

На самом деле Федя ни черта не видел начала драки, но играл убедительно. Свой человек как-никак.

Элеонора резко перевела взгляд на Кирилла. Стас чуть приблизил телефон, но благоразумно остался в стороне. Вот не знаю, чуйка у пацана сработала или ещё что, но появился он в нужном месте и в нужное время.

Кирилл услышал, что Федя ему «тыкнул», и на секунду даже забыл про боль в суставе. Он-то привык, что вокруг него ходят по мягкому ковру из «Кирилл Андреевич», «как скажете» и «мы учтём». А тут Федя, вечный специалист по мокрым ладошкам, вдруг выдал голый факт без должного поклона.

— Фёдор, — заговорил Кирилл уже другим голосом. — Вы отдаёте себе отчёт?

Федя чуть содрогнулся — коленки, видать, от волнения зашалили.

— Он отдаёт себе отчёт, — сказал я. — С первого раза даже. Нынче день чудес, Кирилл. То Леон честно признал попадание, то Федя озвучил факт.

Кириллу было нечего ответить, и он снова попытался вывернуться. Я удержал, но долго держать его уже было вредно. Я не собирался давать ему строить из себя жертву. А Кирилл был из тех, кто из царапины на пальце раздует целый пожар.

Я наклонился ближе к его уху и тихо сказал:

— Это был первый и последний раз, когда я даю тебе сохранить лицо.

После этого я резко убрал руку и отступил на шаг. Кирилл отшатнулся от щитка, свободной рукой схватился за локоть и повернулся к нам. Пиджак на нём перекосился, воротник завернулся, галстук тоже. Он торопливо поправил одежду, пытаясь вернуть себе вид человека, управляющего ситуацией. Вот только когда тебя только что поймали на попытке схватить человека за горло, галстук уже мало помогает.

— Вы все видели? — резко сказал он, обращаясь сразу к Элеоноре, Феде и Стасу. — Роман Михайлович напал на меня. Он применил силу к сотруднику лагеря.

Стас продолжал снимать.

— Я видел другое, — возразил Федя.

Кирилл медленно повернул к нему голову.

— Что ты сказал?

Федя приложил все свои моральные силы, чтобы не отвести взгляд.

— Я видел, — повторил Федя. — Ты первый схватил его. Роман потом тебя удержал.

Кирилл аж прискакал к нему, пуча глаза от возмущения. Федя попятился. Я тоже сделал шаг навстречу и встал между ними так, чтобы Кирилл понял — не надо заводить шарманку по второму кругу. Результат от этого не изменится.

— К Феде тоже полезете? — спокойно спросил я. — Или на сегодня план по воспитательной работе выполнен?

Элеонора резко выдохнула, пытаясь избавиться от напряжения.

— Хватит, Кирилл. Ребята у автобусов. Вы хотите продолжить прямо перед ними?

Кирилл на самом деле хотел. У него в глазах это было написано крупно, с восклицательным знаком. Но я стоял достаточно близко, чтобы при новой попытке Кирилл снова познакомился с физическим дискомфортом.

— Телефон убери, — бросил он Стасу.

Стас вздрогнул. Телефон даже чуть опустился, но совсем пацан его убирать не стал.

— Стас, — спокойно сказал я, не глядя на пацана. — Держи как держал.

Пацан снова поднял телефон.

Кирилл повернулся ко мне, и, кстати, лицо у этого неприятного типа стало почти непроницаемым. Быстро взял себя в руки товарищ, ничего не скажешь.

— Вы сейчас совершаете большую ошибку, Роман Михайлович, — сказал он.

— Бывает, — ответил я. — Но сегодня по ошибкам пока лидируете вы.

Из-за лавок к нам уже шёл Сергеич. Шёл быстро, держа маску в одной руке. Свисток болтался на шее.

— Так, — сказал он, подойдя. — Что за разборки у щитка?

Кирилл сразу повернулся к нему:

— Ничего, что бы касалось вас, — выдал он с изрядной порцией яда.

Сергеич секунд пять смотрел на перекошенный воротник Кирилла и его руку, которую тот всё ещё держал у локтя.

— Понятно, — сказал он. — Тогда у меня просьба ко всем присутствующим. Игра закончилась, и все свои разборки далее устраивайте в лагере.

Кирилл зло усмехнулся.

— Вы ещё ответите за организацию.

— Отвечать будем официально, — отрезал Сергеич. — А сейчас проходите к автобусам. Мероприятие закончилось.

Он сказал это таким тоном, что даже Кирилл на секунду замолчал. Видимо, понял, что здесь союзников у него уже нет.

Кирилл бросил на меня взгляд, полный самых разнообразных обещаний. Я таких взглядов за жизнь видел достаточно.

— Это не закончено, — бросил он.

— Согласен, — ответил я.

Стас всё ещё держал телефон. Кирилл заметил это и снова резко повернулся.

— Запись должна быть передана администрации.

— Запись будет сохранена, — сказал я. — И предоставлена на разборе.

— Телефон сюда, — потребовал Кирилл у Стаса.

Пацан прижал аппарат к груди и попятился. В глазах у него мелькнул страх, но управляемый.

— Стас ничего вам не отдаёт, — возразил я. — Копию видео отправит директору. После этого запись посмотрим при всех.

Кирилл вскинул подбородок.

Стас быстро зашевелил пальцами по экрану. Он уже понял задачу. Пацан отправлял файл.

Элеонора достала свой телефон, посмотрела на экран.

— Получила.

Федя вдруг тихо сказал:

— Мне тоже отправь.

Стас поднял на него глаза и кивнул. Кирилл посмотрел на Федю долгим тяжёлым взглядом. Федя снова побледнел, зато доставать телефон не передумал. Я хмыкнул про себя. Вот так и растут люди: сперва боятся, потом всё равно делают.

Мы двинулись по дорожке