Ловушка для мастера - Александра Лисина

— Я благодарен тебе за честность, — сказал он, когда внимательно меня выслушал и переварил полученную информацию. — И за оказанное доверие. Понимаю, что поделиться было непросто, поэтому готов пообещать, что раньше времени и раньше, чем ты будешь к этому готов, эти сведения не уйдут ни в ТСБ, ни к его величеству. К тому же, как ты понимаешь, они требуют более глубокого осмысления и проверки. Но если твои слова насчет Босхо подтвердятся, то я готов поддержать тебя в разговоре с его величеством целиком и полностью. Лэнну Алоизу Норасхэ я тоже хотел бы увидеть. Ее показания нам еще понадобятся. Ну и вопросы у меня еще остались, несмотря на то, что немалую их часть ты только что снял.

Я кивнул.

Само собой, разговор этот у нас точно не первый и не последний. И со временем, полагаю, я смогу дополнить свой рассказ, сообщив учителю все то, о чем умышленно не стал упоминать сегодня.

Нет, в принципе, мастер Майэ мог бы и сейчас настоять. Все-таки информация потенциально проблемная. По сути, я только что обвинил род Босхо и его нынешнего главу в прямом вмешательстве в дела рода Расхэ, в ложном доносе, клевете, во влиянии на дар и на разум моих несовершеннолетних братьев, косвенно обвинил его в причастности к гибели не только их, но и всего своего рода. А если сюда добавить делишки Туран, которые одним Норлаэном уже давно не ограничивались, рассказать о наличии клиник по нелегальному омоложению, приплюсовать обвинения в убийствах, похищении и зомбировании законопослушных граждан тэрнии, не говоря уж о том, что попроще, то тану Эранду… если, конечно, я смогу доказать свои слова чем-то посерьезнее, нежели признание мертвой сообщницы… будет грозить долгое, тяжелое, крайне утомительное следствие, за которым последует не менее тяжелый приговор и кардинальные перемены и для него лично, и для всего его рода, который в конечном итоге ждала та же участь, что тан Эранд некогда уготовил для рода Расхэ.

— И все же сейчас я хочу поговорить с тобой о другом, — внезапно добавил мастер Майэ, когда я приготовился к новым вопросам. — И заодно хочу ответить на вопросы, которые ты задал в начале нашего разговора.

— Какие именно? — слегка насторожился я.

— Ты хотел знать, почему в отношении рода Расхэ все вышло именно так, а не иначе, — спокойно пояснил учитель. — Так вот, я готов тебе об этом поведать.

Я, подумав, снова кивнул.

— Было бы интересно до конца понять мотивы его величества. Все же уничтожение целого рода для Норлаэна — беспрецедентное событие. Со времен Морхэ подобных решений монархи больше не принимали. Да и тогда, если вы знаете историю рода Моррох, это было в корне неверное решение, продиктованное больше эмоциями, нежели логикой.

— Согласен, — не стал возражать мастер мастеров. — Но тут дело больше не в личности правителя и не в его предпочтениях, а в магии. Вот ты, к слову, знал, что между Расхэ и правящим родом существовало несколько достаточно серьезных магических договоров? И что Расхэ были допущены ко многим государственным тайнам, в том числе к работе с найниитом, который фактически приравнен к национальному достоянию?

Я молча кивнул в третий раз.

Да, об этом мне было известно.

— Так вот, — тем временем продолжил учитель. — Часть из этих контрактов накладывалась не на конкретных людей, а на весь род сразу, тем самым гарантируя его лояльность короне. А в прилагающихся к ним бумагах было четко прописано, какие последствия будет иметь предательство интересов первого рода и в том числе попытка передачи третьим лицам сведений, относящихся к понятию государственной тайны.

— Вы имеете в виду контракты на смерть?

— Именно.

— У тана Расхэ, полагаю, были именно такие договоры?

— Конечно, — подтвердил мастер Майэ. — Вся его деятельность в отношении найниита и найта была строжайшим образом регламентирована. Исключительно поэтому тан Альнбар имел возможность большую часть времени работать в своей собственной лаборатории, а не на специально выделенной территории первого рода. Привлекать для этого своих людей, а не только людей тэрнэ. И поэтому же у него было так много воли. Благодаря клятве он был вынужден соблюдать требования первого рода, а благодаря узам крови эти требования в определенной степени применялись ко всем его ближайшим родственникам. Особенно к тем, кто был допущен к работе с минералом, включая лаборантов, охрану и даже уборщиков.

Узы рода?

Оба-на.

— Да, — кивнул учитель, когда я озадаченно замер. — Магия рода — штука серьезная. И чаще всего работает по принципу «все или ничего». Как ты понимаешь, важность найниита и найта для тэрнии очень сложно переоценить, поэтому меры безопасности и в то время, и сейчас принимались беспрецедентные. При этом, если помнишь, Расхэ остались чуть ли не единственными в тэрнии, кто умышленно сохранил всего одну ветвь в роду — главную, полностью избавившись от второстепенных. И Талант у них, в отличие от других родов, был, можно сказать, один на всех. Разбрасываться им первый род не мог себе позволить, поэтому все Расхэ, которые им владели, были привлечены к работе с минералом. И даже те, кого Талант обошел стороной, так или иначе были причастны к деятельности рода.

Я нахмурился.

Это что же получается, все близкие тана попадали под магическую клятву на смерть? Включая жену… а, нет, жену как раз она не затрагивала, раз Алоиза никаких клятв тану не давала… но его детей, кузенов, всех, кто был близок ему по крови, всех чистокровных Расхэ…

— Именно, — во второй раз подтвердил мои наихудшие подозрения мастер мастеров. — Поэтому когда его величество решил, что клятва была нарушена, то и пострадали почти все. Мгновенно. Для этого даже войска никуда не пришлось отправлять — магия рода все сделала сама.

Я аж замер, когда до меня дошла эта простая истина.

Дайн.

А тан Альнбар мне об этом раньше не рассказывал. И я до сегодняшнего дня понятия не имел, что узы рода могут давать такой эффект. Выходит, большая часть Расхэ на самом деле пала не от рук штурмовиков? Получается, их убила магия? Причем магия своего же рода, тесно завязанная на кровных узах и метках на смерть, которые ближайшие родственники заполучили вместе со своим таном от первого рода?

— На самом деле это очень старая практика, — неожиданно вздохнул мастер Майэ. — На ней первый род изначально строил