Вязьма - 1941. Крах Тайфуна - Влад Радин

Там, где приходится производить отход (вне зависимости от противника), необходимо заблаговременно подготовить тыловую позицию, которая может обеспечить лучшие условия для отдыха частей и организации обороны… По обмену сил между Восточным и Западным фронтом даю следующие указания:

Находящиеся на Западном фронте полностью боеспособные дивизии 2-й и 3 -й волны и танковые дивизии необходимо обменять на особенно измотанные восточные дивизии.

При этом может быть принято во внимание лишь временное ослабление сил в течении зимы во Франции…

АДОЛЬФ ГИТЛЕР.

— Окружить под Клином и Сталиногорском, окружить и из окружения не выпустить, повторял я про себя. Не выпустить, не выпустить! Вот это самое главное! Важно не только окружить, а не менее важно не выпустить окружённых немцев, не дать им уйти и из образовавшегося котла! Красной Армии предстояло научится не только «окружать». Ей ещё предстояло научится «не выпускать».

Наступил день восьмого декабря. Именно этот самый день, в который Адольф Гитлер издал свою директиву о переходе к обороне на всём Восточном фронте. К обороне переходила на отдельная группа армий, а вся восточная армия! Это был полный и безоговорочный крах блицкрига! Крах пресловутого плана «Барбаросса». Начало конца третьего Рейха.

Я всматривался в карту. Благодаря моим стараниям десятая армия Голикова не наступала на столь широком фронте, нежели планировалось изначально. Кроме того, за несколько дней до её перехода в наступление я позаботился о том, чтобы дополнительно снабдить её части средствами связи. Как раз после начала перехода к активным действиям из штаба командарма — десять полился буквально поток жалоб об их нехватке. Трудно было даже предположить каков был бы он, этот поток, если бы я своевременно не принял меры.

Вообще тот факт, что войскам Западного и Резервного фронтов удалось избежать попадания в котёл означал помимо того, что сохранились войска, ещё и то, что удалось сохранить массу всякого военного имущества, которое в противном случае досталось бы немцам, попало бы в их руки. Это касалось в том числе и средств связи, да и много чего ещё! В начале наступления наши войска не испытывали того дефицита многих и многих вещей, который я в случае чего мог покрыть за счёт того военного имущества, что имелось на тыловых складах фронта. В той реальности из какой прибыл сюда я, оно, это имущество, либо было уничтожено при отступлении, либо досталось немцам. Здесь оно осталось в наших руках, как говорится в целости и сохранности. Кое — что при отступлении конечно потеряли, но основную массу фронтового имущества запасливый как бурундук генерал Виноградов сумел спасти и эвакуировать. И я, теперь запуская руку в тот или иной склад мог покрыть насущные нужды той или иной армии, того или иного соединения в тех или иных вещах. Начиная от зимней обуви и кончая средствами связи.

— Так- сегодня, Лукин начинает удар на юг, на Щёкино, — сказал я Соколовскому.

— Совершенно, верно.

— Что там у Белова?

— Катуков и Тихоновский сегодня похоже освободят Венёв.

— Смотри, Василий Данилович, что творится, и я ткнул в расположение десятой армии, правый фланг Голикова начал более или менее бойко, а левый, напротив, практически стоит на месте. А там имеются как — никак целых две кавалерийских дивизии! В общем нельзя допустить расползания фронта наступления у Голикова, и надо будет ускорить его левый фланг. Особенно кав. дивизий.

— Ну на правом фланге у него, зато целых две танковых бригады!

Это были те танковые бригады, которые очень жестоко пострадали в октябрьских боях, и по моему настоянию были отведены в тыл на пополнение, людьми и техникой. И вот теперь это моё решение начинало приносить пользу. В самом начале нашего контрнаступления эти танковые бригады, подтянутые из тыла и пополненные (некоторые по сути, из- за понесённых в октябре потерь, заново сформированные) значительно усиливали введенные в дело резервные армии.

— И кавалерийский корпус надо подстегнуть, — с заботой в голосе произнёс Соколовский, — а то он, что -то сильно отстаёт от танковой дивизии и бригады.

— Кстати, Василий Данилович, надо подготовить приказ. Немцев — поджигателей в плен не брать. Кого захватили с поличным, ставить к стенке немедленно! Понял?

В течении дня начал намечаться успех на Клинском направлении. Оборона немцев начала подаваться под нашими ударами. Танковая дивизия Рыбалко уже в полном составе вышла в район сосредоточения, дивизия Ротмистрова находилась пока на марше. Надо сказать, что Ротмистров сумел за последние несколько дней проявить просто — напросто не дюжинную энергию и практически завершить формирование своей дивизии.

— Вот, что, Василий Данилович, — сказал я Соколовскому, — танковых или механизированных корпусов в нашем распоряжении нет. Пока во всяком случае. Так, что придётся действовать согласно принципу «чем богаты, тем и рады». Понимаешь меня?

— Хочешь пойти по пути усиления танковых дивизий, кавалерией? — спросил меня Соколовский.

— Именно так. А, что вот создали мы под Каширой конно- механизированную группу? И каков итог? По — моему удачный!

— По-моему тоже.

— Ну вот видишь! Тогда поступим следующим образом. Танковую дивизию Рыбалко дополнительно усилим вторым гвардейским кавалерийским корпусом Доватора, а также восьмой танковой бригадой и сто седьмой мотострелковой дивизией.

— А, что дадим на усиление Ротмистрову?

— Ротмистрову дадим сто сорок шестую и сто сорок седьмую танковые бригады, благо, что они из тыла из пополнения только что прибыли и восемнадцатую и двадцать четвёртую кавалерийские дивизии. Из них сформируем сводную кавалерийскую группу. Под началом, скажем Хетагурова. Главный удар, который будут наносить конно- механизированные группы Рыбалко и Ротмистрова будут направлены на Теряеву Слободу.

Именно сейчас я почувствовал те результаты, которые я сумел достичь в октябре вытащив войска из готовых сомкнутся клещей «Тайфуна». Я чувствовал их и раньше. Но особенно сейчас. Именно когда началось наше контрнаступление я почувствовал, что у нас больше всего. Дивизий, бригад, людей, вооружения, имущества разного рода, всего! Подумав об этом, я невольно склонил голову перед Жуковым. Насколько же ему было труднее, сначала отбить, немецкое наступление на столицу, а затем в довершение всего перейти в контрнаступление! Какие же для этого понадобились усилия и какой интеллект! Побыв здесь, в этой реальности, я начинал потихоньку менять своё первоначальное довольно негативное мнение о Жукове — человеке!

— Кстати корпус Доватора тоже надо основательно пополнить, — сказал я Соколовскому напоследок.

Я ехал на своей машине в штаб в