Его Сиятельство Вовчик. Часть 6 - Тимур Машуков

Рядом, чуть позади, стоял подошедший отец. Он был спокоен, но я чувствовал его взгляд, тяжелый, оценивающий.

Он не мог пропустить подобное представление. Правда, когда он смотрел на меня в образе Анубиса, как-то подозрительно вздрагивал. Ну да, это моим извращенкам все понравилось, а я даже сам себя в зеркале пугаюсь.

— Ты уверен? — спросил он.

— Да, — ответил я. — Они должны это пройти. Повторить мой путь и понять, что их может ожидать. Хотя, я и сам, если честно, понятия не имею, что там будет.

Отец больше ничего не сказал, просто кивнул и отошел в сторону, к краю полигона, чтобы не мешать.

Я закрыл глаза. Вдохнул. Выдохнул. Эфир в каналах заструился, наполняя меня силой, и я начал творить.

Первым возник коридор. Тот самый, с неровными каменными плитами и стенами, покрытыми слоями вековой пыли. Я помнил каждый изгиб, каждую трещину. Помнил, как ступал по нему, когда тьма была такой густой, что ее можно было резать ножом. Я воссоздал этот коридор до мельчайших подробностей. Даже запах — сухой, горький, смесь камня и времени — повис в воздухе.

За коридором пошли ловушки. Я расставлял их одну за другой. Плиты, которые проваливались под весом. Дротики, вылетавшие из стен со свистом. Нити, натянутые на уровне колен, невидимые в полумраке. Я знал, где они были, потому что сам на них наступал, чуть не погибал, учился их обходить. Я хотел, чтобы девушки прошли через то же самое. Не потому, что я был жесток. А потому, что они должны были понять — опасность не всегда видна. Иногда она прячется в тишине.

Коридор расширился, превращаясь в зал. Я поставил там колонны, высокие, уходящие в темноту, с иероглифами, которые я тогда не мог прочитать, но помнил, как они выглядят. Они рассказывали о тьме и свете, о битвах богов и о ужасе, таящемся в глубине гробницы. Положил на пол плиты с узорами. И спрятал за одной из них углубление, из которого при моем прохождении вылетела туча маленьких плотоядных жуков. Я убрал их — мне не нужно было, чтобы девушки теряли головы от страха. Но я оставил ощущение, что за ними кто-то наблюдает.

Дальше — паутина. Я помнил, как она облепляла лицо, как липла к рукам, как я пробивался сквозь нее с мечом, а где-то в темноте шуршали сотни лап. Я добавил паутину, плотную, серую, с влажными нитями. И оставил в углу огромную фигуру, которая пока не двигалась. Она подождет. Когда девушки будут достаточно близко к центру, она оживет и начнет их преследовать.

Я провел рукой, и из стен выступили мумии. Сухие, с обтянутой кожей лицами, с желтыми ногтями, которые царапали камень. Я помнил их медленные шаги, глухие звуки, которые они издавали. Я помнил, как они тянули ко мне руки, как их глаза светились мертвым светом. Эти мумии были почти такими же. Только я знал, что они не нападут. Пока не нападут. Они просто будут стоять, ждать, когда кто-то пройдет мимо. И вот тогда они устроят моим красавицам незабываемое представление.

Залы, залы, залы. Огромные, с колоннами и статуями. Я создал бассейн с черной водой, который я помнил, и добавил в него что-то, что двигалось на дне. Девушкам не нужно было знать, что там — просто чувствовать, что они не одни в этой тишине.

И в центре этого лабиринта, в самом сердце гробницы, я оставил место для себя.

Я сел на каменный блок, который только что создал, и провел рукой по лицу. Эфир в каналах пульсировал, но я был спокоен. Я был готов.

Я — Анубис.

Не тот, что жил тысячи лет назад. А тот, кто родился заново в гробнице. Тот, кто прошел через все эти ловушки и ужасы, чтобы понять — он не человек. Он что-то большее.

Я поднял голову. Золотая маска скользнула на лицо, покрывая его светящейся шерстью, обостряя черты, зажигая желтый свет в глазах. Я чувствовал, как сила бога течет по моим венам, как древность садится на плечи тяжелым плащом.

Девушки стояли у входа. Као, высокая и спокойная, с кинжалом на поясе. Изабелла, с ее вечной улыбкой, которая прятала стальной характер. Ника, моя девочка, которая дрожала от нетерпения. Жасмин, темноволосая и быстрая, как тень. Белка, с ее дерзким взглядом и уверенностью — прошедшая сотни битв была спокойна как удав. Лида, молчаливая, но внимательная. Вика, которая всегда находила выход из любой ситуации.

Они переглянулись, что-то шепнули друг другу, и шагнули в темноту, моментально распределившись. Через пару шагов их ждет первая ловушка. И если они ее не пройдут, им придется начинать все заново. А я поменяю ее расположение.

Я смотрел, как их силуэты растворяются в коридоре. Слышал, как их шаги эхом отдаются от стен. Чувствовал их страх и решимость. Они шли вперед, не зная, что ждет впереди.

А я ждал в центре, в тишине, в ожидании того момента, когда они увидят меня. И, может быть, поймут, что именно поэтому я привел их сюда. Не для того, чтобы убить. А для того, чтобы каждая из них нашла в себе силы, которые у них уже были. Их путь намного короче, чем мой, и менее трудный. Но легким его бы назвал только безумец.

Я сидел на каменном блоке, сложив руки на коленях, и смотрел в темноту, откуда доносились звуки. Девушки приближались. Скоро они увидят меня. Увидят мою другую сторону — ту, которую я бы никому не хотел показывать. Темную, мрачную и совсем не добрую. Потому что добренькие в нашем мире дохнут первыми. А я для них такой участи не хотел. Не знаю, что нас ждет в царстве мертвых, но я постараюсь, чтобы они хотя бы понимали тот ужас, который им предстоит испытать.

А пока — тишина. И ожидание. И чувство, что все, что было до этого — было просто подготовкой к этому моменту.

Глава 19

Глава 19

Они шагнули в темноту.

Первые десять метров прошли легко. Плиты под ногами были ровными, стены гладкими, и только тишина давила на уши. Я видел, как они переглянулись, как Као кивнула, давая знак двигаться дальше.

И тут первая ловушка сработала.

Ника наступила на плиту, и та глухо качнулась под ногой. Из стен с шипением вылетели дротики