Я стал бессмертным в мире смертных - Let me laugh

Троица Бессмертных Глубокого Моря и так была шумной, а вместе с Чу Инем и Чжу Янем поднялся настоящий гам. Дугу Вэньхунь и Сун Цзинюань стояли чуть поодаль, храня на лицах спокойные улыбки.

— Старший!

Ян Ду спикировал с неба и возбужденно бросился к Фан Вану, пытаясь растолкать Трех Бессмертных Глубокого Моря, но его сил для этого явно не хватало.

Фан Бай, Цюй Сюньхунь, Гу Тяньсюн и другие старые знакомые подходили один за другим, и площадка перед Массивом Куньлунь наполнилась шумом и весельем.

Фан Ван вовсе не чувствовал раздражения, он с улыбкой общался с каждым.

Никто не мог определить уровень его культивации, но интуиция подсказывала им, что Фан Ван стал совершенно иным. Видя, что его отношение к ним осталось прежним, они почувствовали, как груз беспокойства спадает с их плеч.

— Пойдемте в дом, там и поговорим. Заодно попробуете вино, которое я настаивал все эти годы, — предложил Сун Цзинюань. Он смотрел на Фан Вана с нескрываемым любопытством, желая поскорее узнать о его приключениях.

Фан Ван кивнул и вместе со всеми направился к ближайшему зданию.

* * *

В паре миль от них, на большом камне у берега озера, сидели двое. Один был стар, другой — молод и красив. Это были Хунчэнь и Лю Сяньмин.

Лю Сяньмин смотрел вдаль и прошептал:

— Неужели это он вернулся? Почему я не чувствую его ауры?

Когда-то он был первым гением Глубокого Моря. В те времена Фан Ван, желая отомстить за брата, в одиночку ворвался в Династию Глубокого Моря. Лю Сяньмин, гостивший тогда в столице, участвовал в облаве на Фан Вана, но был выведен из строя одним его ударом.

Та битва полностью изменила жизнь Лю Сяньмина.

При мысли о Фан Ване он нервничал, не зная, примет ли тот его.

Интуиция подсказывала ему, что Фан Ван, скорее всего, о нем даже не помнит.

— Он давно вышел за пределы Небесной Судьбы. Даже небесные бессмертные и боги не могут его почуять, куда уж тебе? — произнес Хунчэнь, не сводя глаз с поплавка.

Он был одет в темно-зеленое даосское платье, его волосы были распущены, а лицо хранило печать прожитых лет и суровости.

Лю Сяньмин повернулся к нему и спросил:

— Даже боги не могут его почуять? Откуда вы это знаете?

Хунчэнь ничего не ответил.

* * *

Внутри здания Фан Ван, выпив с друзьями, начал рассказывать о своих странствиях.

Он говорил спокойно и непринужденно, но слушатели, представляя себя на его месте, чувствовали лишь отчаяние и невольно восхищались его стойкостью.

Только он мог прорваться сквозь такие безнадежные ситуации и в итоге сокрушить семь великих святых кланов.

Прошло немало времени.

Закончив рассказ, Фан Ван спросил о делах на Озере Небесного Меча.

Сун Цзинюань вкратце обрисовал ситуацию:

— Фан Ван, сейчас на Озере Небесного Меча так много практиков, что одними меченосцами проблему не решить. Как думаешь, не пора ли основать полноценную школу, чтобы подготовить почву для Куньлуня? Один старый предшественник сказал, что если Куньлунь хочет стать первой священной землей в мире, ему нужна поддержка мощной организации, и в то же время...

Он пересказал предложение Хунчэня.

Фан Ван внимательно слушал, а когда тот закончил, с любопытством спросил:

— Кто этот старый предшественник? Он всё еще здесь, на Озере Небесного Меча?

Глава 283. Небесный Император, Девятиликий Шэньло

— Его зовут Хунчэнь. Он всё еще на Озере Небесного Меча и говорит, что хочет встретиться с тобой. Если ты сможешь его впечатлить, он поможет тебе основать величайшую секту в мире, — произнес Сун Цзинюань.

Император Хунсюань, который до этого молча пил в одиночестве, удивленно хмыкнул.

Фан Ван взглянул на него, а Дугу Вэньхунь добавил:

— Этот старший Хунчэнь весьма непрост. Его культивация непостижима, и он обладает способностью предсказывать судьбу. Если удастся привлечь его на нашу сторону, это очень поможет будущей секте.

Гу Тяньсюн скривился:

— Только вот говорит он загадками. Когда мы встретились, он заявил, что мне чертовски везет, и вообще-то я давно должен был быть мертв. Так и подмывало ему врезать!

Услышав это, Фан Ван вскинул брови. Его любопытство к Хунчэню возросло.

Если бы не Фан Ван в этой жизни, Гу Тяньсюн наверняка навлек бы на свой клан беду на Озере Небесного Меча и давно бы погиб. С этой точки зрения Хунчэнь действительно обладал даром предвидения.

Император Хунсюань приподнял бровь, но по-прежнему хранил молчание.

Остальные начали наперебой рассказывать о своем общении с Хунчэнем, и оценка этого человека в глазах присутствующих становилась всё выше.

Фан Ван в шутку спросил:

— Если я приглашу Хунчэня в секту, кому тогда достанется место заместителя главы?

Дугу Вэньхунь с серьезным видом ответил:

— Я готов уступить ему. Секта, которую ты создашь, несомненно, будет обладать величайшей удачей в мире смертных. Главное — иметь в ней вес, и тогда блестящее будущее обеспечено.

Видя его серьезность, Фан Ван лишь невольно покачал головой и усмехнулся.

— Что ж, раз так, я встречусь с ним. Кто пойдет и позовет его? — спросил Фан Ван.

Сун Цзинюань тут же вызвался и быстро покинул комнату.

Остальные принялись расспрашивать Фан Вана о названии будущей секты.

Фан Ван и сам размышлял над этим вопросом.

Действительно, пришло время основать свою организацию. Так он сможет лучше защитить близких и сам спокойно заниматься культивацией.

В будущем можно будет объединить силы с Сектой Золотого Неба. Союз двух сект позволит им вместе властвовать над миром и разделит бремя, лежащее на плечах Чжоу Сюэ.

Фан Ван не боялся, что это отдалит его от Чжоу Сюэ. Он уже обсуждал с ней эту тему, и она поддержала его идею. Ведь Чжоу Сюэ рано или поздно заберет Секту Золотого Неба в верхний мир, а если он хочет остаться среди смертных, ему нужна собственная опора, чтобы оберегать потомков семьи Фан.

Только вот выбор названия — дело тонкое, тут нужна осторожность!

Вскоре вернулся Сун Цзинюань, а следом за ним вошел Хунчэнь.

Увидев Хунчэня, Император Хунсюань изменился в лице и нахмурился.

Фан Ван произнес:

— Вы пока идите, я поговорю со Сяо Куаном и старшим Хунчэнем.

Остальные не стали возражать. В конце концов, Император Хунсюань представлял Секту Золотого Неба, и его близкие отношения с Фан Ваном не вызывали сомнений.

Вскоре в зале остались только трое, даже Сяо Цзы ушла вместе со всеми.

Фан Ван улыбнулся:

— Старший, присаживайтесь.

Хунчэнь подошел к столу и, поправив полы одежды, сел.

Фан