Я стал бессмертным в мире смертных - Let me laugh

Император Хунсюань заговорил первым:

— Должен ли я называть тебя Небесным Императором?

Небесный Император?

Фан Ван был внутренне поражен, но внешне остался невозмутим.

Существует бесчисленное множество мифов, в которых Великие Святые, Императоры и боги предстают в разных ипостасях, но титул Небесного Императора всегда принадлежал главе всех божеств.

Хунчэнь принял чашу из рук Фан Вана и ответил:

— Если ты всё еще признаешь это, то можешь называть меня так.

— Хм, ты дожил до сегодняшнего дня или это очередное перерождение? — с любопытством спросил Император Хунсюань.

Хунчэнь ответил:

— Даже в сфере Неба и Земли, Вселенной плоти трудно прожить пятьдесят тысяч лет. Тем более я не достиг этой сферы. С тех пор как мы расстались, я перерождался уже двадцать пять раз.

Император Хунсюань удивленно цокнул языком:

— Хоть это и сансара, но ты каждый раз пробуждаешь свое истинное сознание. Разве это не равносильно вечной жизни?

— Это всего лишь проклятие, а вовсе не то прекрасное состояние, к которому стремитесь вы, смертные.

Услышав ответ Хунчэня, Император Хунсюань повернулся к Фан Вану и с усмешкой спросил:

— Я назвал его Небесным Императором, неужели ты не удивлен? Готов поспорить, ты поражен до глубины души, просто сдерживаешься и строишь из себя невозмутимого.

Фан Ван рассмеялся:

— Конечно, удивлен. Но нельзя же показывать слабость перед старшим, верно?

Император Хунсюань с видом «я так и знал» подмигнул Хунчэню:

— Говорю тебе, этот малец куда способнее меня. Тебе стоит к нему присмотреться. В свое время я тебя разочаровал, но, возможно, он поможет тебе избавиться от проклятия. К тому же он крайне настороженно относится к верхнему миру и унаследовал множество техник Великих Святых. Бьюсь об заклад, ты еще не встречал такого таланта.

Хунчэнь выслушал его с прежним безразличием и произнес:

— Фан Ван, триста двенадцать лет, второй уровень сферы Прорыва Небес. Действительно, редкость. Однако я встречал гения и посильнее.

— Неужели?

— Триста тысяч лет назад у меня был ученик. Он родился сразу с девятью Сокровищными Духами Жизни, ему не нужно было создавать их по мере роста уровней. В триста лет он достиг седьмого уровня сферы Прорыва Небес, а не дожив до тысячи лет, стал Великим Святым и вознесся в этом ранге, став доверенным лицом Небесного Императора в Небесном Чертоге.

— О? Настолько силен?

Император Хунсюань посерьезнел и задумчиво потер подбородок.

Фан Ван тоже не ожидал, что в прошлом существовали такие гении. Он-то думал, что со своими способностями...

Оказывается, он не самый выдающийся?

Хотя уровень культивации не всегда определяет реальную силу, степень гениальности того человека всё же поразила Фан Вана.

Внезапно Император Хунсюань что-то вспомнил, его глаза округлились, и он выругался:

— Неужели это та самая верная собака Небесного Императора, Девятиликий Шэньло?

Хунчэнь промолчал.

Император Хунсюань сплюнул:

— Паршивый пес! Так вот почему этот гад вечно меня преследовал — оказывается, вот в чем причина!

Хунчэнь посмотрел на Фан Вана и спросил:

— Какова твоя цель? Я хочу услышать это от тебя лично.

Фан Ван ответил:

— Объединить все учения в мире смертных, создать небывалое бессмертное искусство и нести его всем живым существам, чтобы в этом мире появились истинные боги и бессмертные, приносящие благо людям.

— Ради мира смертных? Ты не хочешь вознестись и стать божеством?

— Пока что я не вижу никаких достойных деяний от богов верхнего мира. Они больше похожи на высокомерных существ, которые лишь называют себя богами. На мой взгляд, миру смертных нужны свои боги, или, вернее сказать, каждое живое существо должно иметь возможность стать богом или бессмертным.

Фан Ван отвечал искренне — он действительно так думал.

Император Хунсюань открыл рот, собираясь по привычке съязвить, но, вспомнив всё, что знал о Фан Ване, промолчал. Фан Ван и впрямь был щедр: он давал наставления любому, кто обращался к нему за советом.

Мечники в Озере Небесного Меча, даже новички, могли получить его техники, а оставленное им Намерение Меча служило всем для постижения истины.

Даже Зеркало Всепроникающего Императора, которым Хунсюань так гордился, Фан Ван без колебаний передавал другим. Когда император впервые узнал об этом, он едва не лопнул от злости, но, остыв, почувствовал странное удовлетворение.

Хунчэнь посмотрел на Фан Вана и негромко произнес:

— Раньше тоже были те, кто думал так же, как ты. Но, столкнувшись с мощью богов верхнего мира и получив предложение примкнуть к ним, они все склоняли головы.

— Верхний мир всегда действует одинаково: сначала ввергает тебя в отчаяние, заставляет подчиниться, а уже потом решает, стоит ли тебя нанимать.

Фан Ван ответил:

— Я никогда не был из тех, кто готов прогнуться. В худшем случае — смерть.

Император Хунсюань кивнул:

— В это я верю. Он действительно такой. Всё, что он делал, было ответом на давление, и он шел в бой, не страшась гибели.

Хунчэнь покачал головой:

— Испокон веков пути тех, кто становился святыми или императорами, были во многом схожи. Но именно из-за того, что они всегда побеждали, осознание собственного ничтожества делало их невероятно хрупкими. Сейчас ты тверд духом, но не факт, что так будет всегда. Чем сильнее ты становишься, тем больше ответственности ложится на твои плечи и тем труднее тебе будет принять поражение.

Глава 284. Секта Ван

Слова Хунчэня звучали пессимистично, в них чувствовалось дыхание смерти, словно он прошел через бесчисленные страдания и больше ни на что не надеялся.

Фан Ван не рассердился. Он пристально посмотрел на Хунчэня и сказал:

— Если бы старший действительно так думал, он бы не пришел ко мне.

Хунчэнь молча смотрел на Фан Вана, о чем-то размышляя.

Император Хунсюань больше не вмешивался. Он тихо ждал решения Хунчэня, а на его лице застыло странное выражение, в глазах же читалась ностальгия.

Хунчэнь заговорил:

— Я могу помочь тебе основать секту. Но я не буду касаться ее кармической удачи, не приму никакой власти и не стану решать твои конфликты. Если через пятьсот лет твоя секта всё еще будет существовать, я войду в игру по-настоящему и помогу тебе создать величайшую секту в мире.

Услышав столь самонадеянное заявление, Фан Ван внезапно задумался и спросил:

— Знаете ли вы о Секте Золотого Неба?

Хунчэнь спокойно ответил:

— Я не обязан помогать кому-то конкретному. В этой жизни есть лишь рождение, старость, болезни и смерть. Если удастся пройти через это спокойно — уже хорошо.

Император Хунсюань поспешно вставил:

— Глупый малец, не думай о той женщине. Перед тобой Небесный Император! Обычно это он выбирает,