Портальщик Частная практика - Михаил Антонов

Серебро для порошка — только высшей пробы. Клей — лучший. Камни — только те, что поют тебе в руке, отзываясь на твой внутренний резонанс'.

Оторвался от страницы, и мой взгляд упал на мешочек с серебряным порошком и на заготовки для «Камней возвращения». По меркам Альдрика, это были материалы для новичков, а не для мастеров. Яшма — камень крепкий, красивый, но… просто камень. Не алмаз, не сапфир, не рубин. И серебро… Я взял щепотку порошка. Он был неплох, но «высшей пробы»? Вряд ли.

В голове зажглась новая, ясная цель, следующая после «заработать много золота»: «Найти и приобрести безупречные материалы». Это стоило бы целое состояние.

Милана, вдохновлённая чаевыми, решила, что сегодняшний обед станет особенным. Она даже напевала, помешивая бульон в огромном котле на кухне. Её коронное блюдо — баранина с травами. Всё шло как обычно: мясо томилось, лук золотился, но в кульминационный момент, когда потребовалась особая щепотка душистого тмина, рука служанки потянулась к приправе.

Кто-то переставил баночки во время утренней уборки, и теперь в руках Миланы оказался не тмин, а мелко перемолотый корень сон-травы — ингредиент, который иногда использовался, когда у баронессы случалась бессонница. Щедрая горсть отправилась в кипящий бульон. Милана довольно облизала ложку, попробовала… Вкус показался чуть сладковатым, но она списала это на новое сочетание специй.

Андрей, только что завершивший чтение трактата, набросился на обед с жадностью выздоравливающего. Он хвалил Милану, уплетал баранину за обе щеки и даже не заметил, как его веки начали тяжелеть где-то на пятой ложке. К концу трапезы он боролся со сном, но проиграл нокаутом. Голова мягко опустилась мимо пустой тарелки, издав при этом негромкий стук.

Милана, вошедшая убрать посуду, застыла в дверях с лицом, которое бывает только у человека, обнаружившего, что произошло что-то не то. Она открыла рот для крика, но из горла вырвался лишь сип.

В это самое время на сторожевой башне замка царило недоумение, граничащее с паникой. Барон Вальтер фон Хольцберг, по традиции, решил лично полюбоваться плодами своей экономической политики. Он поднялся на башню, предвкушая, как стройные колонны его караванов выходят из порталов, как суетятся селяне, как всё чётко работает.

Барон прильнул к смотровому окну… и ничего не увидел.

Портальная поляна была пуста. Абсолютно. Ни телег, ни лошадей, ни людей. И, что самое тревожное, ни одного портала. И никаких признаков мастера Андрея.

Вальтер протёр глаза. Поляна по-прежнему сиротливо зеленела в лучах полуденного солнца. Холодок пробежал по спине владетельного господина. Мысли заметались, как тараканы по кухне: «Где караваны? Где портальщик? Сбежал? Украли?»

— Стража! — гаркнул барон так, что каменные зубья башни, кажется, слегка осыпались. — Немедленно найти мастера!

Пока перепуганные стражники носились по замку, обшаривая каждый угол, барон метался по башне, сжимая кулаки. Планы по обогащению рушились на глазах. Без порталов — нет торговли. Нет торговли — нет золота.

Через пять минут запыхавшийся стражник доложил:

— Господин барон, мастер Андрей найден. Он жив, здоров… — стражник запнулся на мгновение, подбирая слова. — Он отдыхает после обеда. В своей комнате.

— Отдыхает⁈ — взревел барон. — А где, демоны его раздери, мои караваны⁈

— Полагаю, господин барон, они всё ещё находятся по ту сторону порталов. В Сальварии и Веленире. Ожидают открытия обратного прохода.

Барон открыл рот, чтобы разразиться новой тирадой, но вдруг осознал весь комизм ситуации. Он представил, как толпа людей, телеги, повозки, лошади застряли в двух разных городах, потому что их единственный билет домой мирно дрыхнет.

Из горла барона вырвался странный звук.

— Ррразбудить!

И тут его осенило.

— Лиану ко мне! Живо! — приказал он стражнику.

Через несколько минут перепуганная Лиана вбежала на башню.

— Слушай меня внимательно, девочка, — барон говорил быстро и жёстко, но без обычной своей язвительности. — Идёшь в комнату мастера Андрея. Что хочешь делаешь, но он должен проснуться. Поняла?

Лиана, побледнев, кивнула и пулей вылетела из башни.

Лиана домчалась до двери Андрея. Она вошла в комнату.

— Мастер Андрей! — позвала она тонким голоском. — Мастер, проснитесь.

Тишина.

— Мастер! Мастер Андрей! — в её голосе зазвучали истерические нотки. — Господин барон вас требует! Караваны! Проснитесь!

В ответ — только мерное посапывание. И тут до Лианы донёсся странный, едва уловимый, но очень знакомый запах. Запах баранины с травами. Тот самый, который сегодня готовила Милана.

В этот момент в комнату вошла Милана, в дрожащих руках которой была та самая банка с мелко перемолотым корнем сон-травы.

— Я… я… это не то… я хотела как лучше… — залепетала она.

Лиана всё поняла. Но как об этом доложить барону? Она вышла из комнаты, в которой спал мастер Андрей, и пошла на доклад.

— Там, господин барон… кажется, Милана перестаралась с обедом. Думаю, она что-то напутала с приправами. В общем… Корень сон-травы…

Барон закрыл глаза и глубоко вздохнул. Раз, другой, третий. Когда он открыл их, в них читалась обречённая, почти философская усталость человека.

— Лиана, — произнёс он устало. — Несмотря ни на что, его необходимо разбудить. И чем раньше, тем лучше.

— Слушаюсь, господин барон! — Лиана сделала реверанс и, пятясь, выскользнула из башни, мысленно уже сочиняя план спасения подруги.

Разбудить Андрея оказалось той ещё задачей. Лиана, исполняя волю барона, проявила чудеса дипломатии и настойчивости. Сначала она просто мягко звала мастера. Затем кричала и даже поцеловала в щёку, как тот принц из сказки, который пытался таким способом разбудить красавицу.

— Может, облить холодной водой? — предложила Милана.

— Надо попробовать, — ответила Лиана.

Милана сбегала на кухню, раздобыла кувшин с холодной водой и вернулась с ним в комнату мастера.

— Лей воду на лицо, — сказала Лиана, указывая пальцем на голову мастера Андрея.

— Сама лей. Я боюсь, — ответила вторая служанка.

— Ладно, давай сюда кувшин.

Лиана взяла всю ответственность на себя и тонкой струйкой начала лить холодную воду на лицо спящего мастера.

— А-а-а! — вскрикнул я, просыпаясь и ощущая, будто к щеке прислонили раскалённую кочергу. Коснулся щеки — она была холодной и мокрой.

— Что? Что здесь происходит?

— Мастер, — выпалила Лиана, — господин барон требует вас на поляну. Немедленно. Караваны не вернулись! Уже который час!

Сознание возвращалось ко мне рывками, каждый из которых отдавался болью в висках. Караваны.