Измена на двоих. Теперь я никому не нужна - Виолетта Весна

Михаил кивнул.

— Это честный ответ.

— А твой?

— Хочу остаться в «Каменном склоне». Но встречусь с Борисом, потому что должен понимать альтернативу, прежде чем подписывать долг.

Мы договорились, что он не сообщает мне каждую реплику в ходе переговоров. После встречи покажет письменные условия или сам расскажет то, что имеет право раскрыть. Я не просила участвовать. Решение принадлежало ему.

Двадцатого ноября Михаил уехал в Краснодар к двум часам. Я осталась на хозяйстве. Аудит был завершен, Раиса согласовала письмо об инвестиционных условиях, Олег и Полина получили предложение по выкупу: по двадцать четыре миллиона каждому за их пакеты, девять миллионов шестьсот тысяч от Раисы, четыре миллиона двести тысяч от соответствующего покупателя при закрытии и десять миллионов двести тысяч в рассрочку с процентами.

Полина ответила, что рассматривает. Олег потребовал увеличить первый платеж. Светлана готовила расчет предела, за которым компания и мы лично теряли устойчивость.

Я могла заниматься этими документами, но каждые несколько минут проверяла телефон. Никаких сообщений не было. Михаил не обещал написать сразу, и я не звонила.

В четыре Илья принес результаты контрольной партии. Я обнаружила, что дважды прочитала одну строку и все равно не запомнила число.

— Оставь на десять минут, — попросила я. — Потом разберем вместе.

Он положил папку.

— Что-то с отчетом?

— Нет. Я отвлеклась на личное. Вернусь к данным после перерыва.

— Хорошо.

Я вышла во двор, прошла до парковки и вернулась. Не стала изображать полное спокойствие, но и не подписала результат, пока внимание было занято. Через десять минут села рядом с Ильей, проверила показатели и утвердила решение по партии.

Михаил позвонил в половине шестого.

— Встреча закончилась. Могу приехать к тебе после восьми. Разговор не на пять минут.

— Приезжай. Поужинаем дома.

— Я привезу еду.

— Хорошо.

Из его голоса нельзя было понять ответ. Я не пыталась.

К восьми я вернулась в Анапу. В доме стояли коробки: продажа должна была закрыться через четыре дня, часть вещей я уже перевезла к тете. На кухне оставались стол, посуда и два стула. Новый владелец покупал дом с пустыми комнатами, поэтому мебель предстояло распределить отдельно.

Михаил приехал с контейнерами из кафе. Мы разложили еду, но не начали.

Он положил передо мной распечатку.

— Официальное предложение обещали завтра. Это протокол встречи, который я сам составил и отправил Борису на подтверждение.

Я прочитала. Холдинг хотел повысить урожайность на участках за три сезона, унифицировать сорта, переводить часть сырья между своими проектами и подчинить агрономические решения центральному директору. Михаил отвечал за результат, но не получал последнего слова по нагрузке и воде.

— Зарплата остается? — спросила я.

— Да. Премия зависит от объема и себестоимости.

— Ты отказался?

— Сказал, что не приму в таком виде. Борис предложил прислать письменное, чтобы я подумал.

— Будешь?

— Прочитаю. Ответ уже знаю.

— Почему?

— Я отвечаю за участки, но не смогу остановить решение, которое считаю вредным. Через три года получу премию за объем или буду объяснять, почему земля не выдержала. Мне это не подходит.

— Можно торговаться за полномочия.

— Торговался. Центральный контроль для них принципиален. Иначе не имеет смысла сеть проектов.

— Ты отказываешься не из-за меня?

Он посмотрел спокойно.

— Я хотел бы, чтобы ты была частью ответа. Но даже если завтра мы расстанемся, эти условия останутся плохими для меня. Я выбираю «Каменный склон» и долг, потому что здесь могу отвечать за свои решения.

— А если наша сделка не закроется?

— Тогда буду искать другой вариант, работать здесь до решения владельцев или уйду в другое хозяйство. Но не подпишу этот контракт ради высокой зарплаты.

Я почувствовала, как напряжение последних дней отпускает. Не потому, что мужчина выбрал меня. Он выбрал работу, которую уважал, и был готов отвечать за последствия без гарантии наших отношений.

— Именно это мне нужно было услышать, — сказала я.

— Что я могу обойтись без тебя?

— Что твое решение не является платой за наши отношения.

— Тогда могу сказать вторую часть. Я хочу быть с тобой. Не потому, что мы покупаем компанию вместе.

— Я тоже хочу.

Михаил подвинул ко мне контейнер.

— Сначала поедим. Ты с обеда что-нибудь ела?

— Только яблоко.

— Тогда серьезные признания откладываются на двадцать минут.

Мы поужинали, обсудили цифры предложения и письмо для Олега с Полиной. После еды я убрала контейнеры и вернулась к столу. Михаил стоял у окна, глядя на коробки.

— Есть еще один вопрос, — сказала я. — Если ты остаешься, мы оба берем долг. Это не дает нам права требовать друг от друга отношения в обмен на деловое решение.