Год 2000-й. Перелом эпох - Александр Борисович Михайловский

были решениями правильными и своевременными, но претворялись в жизнь с такими перегибами, что это надолго испортило реноме советской власти. И в то же время бывает, что решение дурацкое и прямо ненужное выполняется со всем возможным тщанием, а в итоге выходит пшик или даже ущерб государственной безопасности. Вот, например, так же известный тебе господин Витте вбухал в город-порт Дальний немереное количество золотых рублей, но добился только того, что создал будущую базу для японской осадной армии с глубоководными причалами, мастерскими, доками, железнодорожной инфраструктурой и так далее. И то же самое по отстроенному им же порту Александра Третьего, более известного как Либава. Проект был заранее ублюдочным, потому что после каждого шторма ту бухту заносит песком, да так, что в разумные сроки убрать его не под силу никаким земснарядам. Но все равно строили-строили, наконец построили, торжественно открыли, а потом забросили, потому что использовать это по назначению было решительно невозможно. Или уже во времена нашей с тобой молодости был БАМ. Строили его с превеликим энтузиазмом всей страной, а когда закончили этот эпический труд, то оказалось, что по большей части поезда проходят раз в неделю, если не реже. Мисс Мэри, главный казначей и министр финансов товарища Серегина, сказала мне, что все делалось как бы по западным, а не советским стандартам. Там после прокладки железной дороги на осваиваемое пространство приходят частные инвесторы, которые строят шахты, лесопилки, фабрики и заводы, а понаехавший рабочий народ развивает пристанционные поселки в полноценные города. По крайне мере, так американцы осваивали свой Дикий Запад. Но Советский Союз — не Америка, и единственным инвестором в нем является государство, а как раз оно надлежащих средств на развитие территории не выделило, в результате чего весь БАМ в целом лег на советскую экономику чистым убытком…

— Хватит-хватит, — махнул рукой Путин, — убедил. Правильное и качественное — не всегда синонимы, и убытков от качественной, но ненужной работы нам тоже не надо. Но это, как я понимаю, далекие перспективы, ибо пока нам совсем не до строек века. Выбраться бы из той долговой ямы, которую вырыли нам Гайдар с Черномырдиным.

Сергей Иванов внимательно посмотрел на своего шефа и с привычной усмешкой изрек:

— Из долговой ямы, дорогой Владимир Владимирович, надо выбираться собственными силами, товарищ Серегин своим безвозмездным золотым грантом может придать только начальное ускорение. И вложены эти деньги должны быть не в западные банки, акции и прочие активы, а в развитие собственной российской экономики. Также надо навести порядок с выплатой налогов, а то каждый самодеятельный бизнесмен, внезапно обогатившийся от щедрот предыдущего президента, мухлюет по этой части изо всех сил. Факт такого уклонения должен вызывать расследование законности приобретения собственности с последующим возвратом ее неоплаченной доли законному владельцу, то есть государству. Еще один пункт, который должен быть поставлен во главу угла экономической политики — это продовольственная безопасность. Россия всегда была нетто-экспортером продуктов питания, но в результате кризиса колхозной системы, вызванной действиями последних советских генсеков и последующих рыночных реформ, живет сейчас исключительно на продовольственных подачках с Запада. А это неправильно. Если мы не сумеем накормить российский народ российским же продовольствием, то грош цена всем нашим благим устремлениям. Еще уцелевшие колхозы и выделившиеся из них отдельные фермеры, несмотря ни на какие прошлые долги, должны иметь возможность беспрепятственно посеять, вырастить и собрать урожай, так, чтобы на них не наезжали никакие бандиты, то есть банкиры. Если на местах будут возникать неизбежные эксцессы в виде разбойничьих набегов выбивателей долгов, то товарищ Серегин готов взять эту задачу на себя. По части бандитизма и беспредела у нас везде Чечня, и бороться с этим явлением следует такими же методами. Орбитальная сканирующая сеть видит все происходящее на поверхности, поэтому, едва где-то появятся бандиты, чтобы экспроприировать урожай, на их головы спустится имперский десантный челнок со злой штурмовой пехотой. Еще надо будет отследить, что мешает нашим российским рыбакам выгружать свой улов в российских же портах. Если это длительные и дорогостоящие таможенные процедуры, то от них наши траулеры должны быть освобождены вчистую, ибо они выгружают не импортный товар, а рыбу, выловленную в нейтральных международных водах. Также необходимо объявить беспощадную войну посредническим цепочкам, когда товар, не покидая склада, перепродается несколько раз, в результате чего его цена может увеличиться кратно, и только потом попадает к потребителю. Вот если мы сумеем в кратчайший срок решить эти задачи, можно будет переходить к следующему этапу, а если нет, то нахрен мы тогда нужны.

Владимир Путин побарабанил пальцами по столу и задумчиво произнес:

— Если мы сейчас объявим о такой программе, то вой поднимется, как от целой стаи собак Баскервилей на болотах. И Дед* тоже всполошится, ведь он рассчитывал совсем на другое.

Примечание авторов: * напоминаем, на местном сленге Дед — это Ельцин.

— Сейчас об этом объявлять не надо, рано, — улыбнулся Сергей Иванов. — И товарищ Серегин до двадцать шестого марта обещал не светить свое присутствие. Все острые случаи в ближайшие три недели у нас могут происходить только в зоне боевых действий, а оттуда новости, если их не показали по телевизору, распространяются очень плохо. А вот сразу после выборов, а еще лучше после после твоей инаугурации и объявления нового состава правительства, когда уже поздно будет лить сироп на спину, вместе с объявлением нового состава правительства потребуется издать серию директивных президентских указов c перечислением обозначенных мер. И никакого обмана при этом не случится, ведь мы станем делать то, что хочет народ, а в отношении всех прочих это окажется дозволенная военная хитрость. А что касается Деда, то обвинение в соучастии в заговоре по развалу Советского Союза, захвату диктаторской власти и силовом подавлении политических оппонентов не имеет ни сроков давности, ни смягчающих обстоятельств. Товарищ Серегин понимает и принимает твое соглашение с Дедом, но вносит в него свои коррективы. Во-первых, никто, кроме кровных родственников бывшего президента, не попадает под защиту. Во-вторых, и этот охранный лист действителен лишь до первого взбрыка тех, кого он касается. А дальше ими будет заниматься наша общая коллега полковник госбезопасности Бригитта Бергман — старая ищейка из штази, которой товарищ Серегин при поступлении на службу даровал новое молодое тело, не знающее износа. Таких, как Дед, она ненавидит люто, и находит все необходимые доказательства, чтобы товарищ Серегин покарал их по самой высокой планке.

После этих слов будущий президент замер как ошеломленный*, потом хриплым голосом спросил:

— Как это — даровал новое молодое тело?

Примечание авторов: * первоначально это слово