Избранное - Муса Мустафович Джалиль

class="p">«Года, года…»

Года, года…

Придя ко мне, всегда

Меня руками гладили своими.

Вы с мягким снегом шли ко мне, года,

Чтоб стали волосы мои седыми.

Чертили вы морщинами свой след.

Их сеть мой лоб избороздила вскоре,

Чтоб я числом тех знаков и примет

Считал минувшей молодости зори.

Я не в обиде.

Молодости пыл

Я отдал дням, что в битвах закалялись.

Я созидал, и труд мне сладок был,

И замыслы мои осуществлялись.

Как вдохновенно трудится народ,

Социализма воздвигая зданье!

Я знаю: камнем жизнь моя войдёт

И прочно ляжет в основанье.

14 января, 1934

Перевод К. Арсеневой

На реке

На реке

          Коня купает

Красной Армии

           Джигит,

Чешет гриву,

          Моет спину,

Сам на девушку

          Глядит.

А девчушка

          Из колхоза

На мосточках

          Мочит лён,

На бойца

          Глядит украдкой,

Видно, ей

          По сердцу он.

Шёлк волос

          Рекой струится,

Сквозь ресницы

          На него

Посмотрела

          И спросила:

– Если любишь —

          То кого?

Подошёл боец

          К девчушке,

Обнял вдруг

          И говорит:

– Работящих

          И красивых

Любит девушек

          Джигит.

Февраль, 1935

Перевод Гл. Пагирева

«Если вернёшься на берег Дёмы…»

Зайтуне

Если вернёшься на берег Дёмы,

Где тополя шелестят на ветру,

Тихо пройди луговиной знакомой, —

Там я недавно бродил поутру.

Ты в камышах у прибрежной тропинки

Слышишь ли сердца влюблённого дрожь?

В воду войдёшь ты, стройнее тростинки,

Робко оглянешься и поплывёшь.

Я не вернусь на тихую Дёму,

Молодости воротить не могу,

Но, устремляясь мечтой к былому,

Сердце гостит на твоём берегу.

Здесь я увидел тебя впервые,

И разгорелся огонь в крови,

Здесь я изведал дни грозовые —

Счастье и муку первой любви.

Дёме вверял я мои печали.

Как мне сочувствовала она!

Волны участливо мне отвечали,

Сердце моё понимая до дна.

Другом заветным считал я Дёму,

Чуткие, светлые волны её,

И никому, никому другому

Не доверялось сердце моё.

Помню, как мне по ночам весенним

Дёма внимала, забыв покой,

Как волновалась моим волненьем,

Как тосковала моей тоской.

Дёма на волнах меня качала,

С нею мечталось мне горячей.

Молодость, жизни моей начало,

Я безоглядно оставил ей.

Даже теперь я втайне страдаю.

Как мне задумчивой Дёмы жаль!

Где-то на Дёме – любовь молодая,

Где-то на Дёме – моя печаль!

Девушка с Дёмы! Пусть мы расстались.

Верь, что любовь моя глубока.

Помни о ней, живи не печалясь,

Как голубая Дёма-река.

Свежий рассвет любви нашей ранней

Издали чудится сном наяву.

Очарованьем воспоминаний

Тайно любуюсь, тайно живу.

Вспомни тропинку нашу былую,

К Дёме одна спустись в тишине,

Цветик прибрежный сорви, целуя,

С ласковой думою обо мне.

1935

Перевод М. Петровых

Зимние стихи

Снег похож на белую бумагу.

Песню или стих писать начнём?

Солнце, наш поэт, познав отвагу,

Чертит по снегу пером-лучом.

Вот и зимний ветерок несётся.

Вьётся снег… Теки, строфа, теки!

Я смотрю на снег в сиянье солнца:

Это настоящие стихи!

Их читает лес, не уставая;

И кудрявые снега полей.

Ель поёт их – девушка лесная:

Видно, строчки полюбились ей.

Бархатное платье зеленеет,

И земли касается подол.

Солнце к ней любовью пламенеет:

Это я в его стихах прочёл.

Вот на лыжах, в свитере зелёном,

Ели молодой под стать вполне,

Наполняя лес весёлым звоном,

Девушка моя спешит ко мне.

Вот мелькнула, поднимаясь в гору.

Вот остановилась у ольхи,

Я смотрю на снег, дивлюсь узору…

Это настоящие стихи!

Солнце!

          Мы горим одною страстью,

Мы с тобою счастливы сейчас.

Песня юной жизни, песня счастья

В сердце зарождается у нас.

Февраль, 1935

Перевод С. Липкина

«Я, подобно пчеле, поспешающей в лоно цветка…»

А.

Я, подобно пчеле, поспешающей в лоно цветка,

Торопился скорей оказаться в объятьях твоих.

Ах, любовь, как же сила твоя велика,

Как умеют сердца воспылать у влюблённых двоих!..

Были счастливы мы…

И любовью пречистой пьяны.

Мимолётным касанием губ я тебе говорил,

Что желанья и чувства мои горячи и сильны,

Поцелуй твой ответный надежду и радость дарил…

Бились в ритме одном, запредельнейшем, наши сердца,

И сливались влюблённые души в единый клубок.

Ты была сама молодость, коей, казалось, не будет конца,

А простор нашей страсти – бескраен и очень глубок.

А во взгляде твоём – и веселье, и грусть, и любовь.

Им одним, из-под пышных ресниц, излечила ты враз

Раны сирой души, много лет источавшие кровь…

Только ласковый взгляд, без пустого излишества фраз.

Только пламень объятий и жар поцелуев, в ночи

Покрывающих щёки и губы, виски и глаза.

И счастливее нас не нашлось бы, ищи не ищи,

Никого.

И забыть нам такое блаженство нельзя.

Если жизнь разлучит нас однажды, родная, опять,

Если счастью построит преграду, то в наших сердцах

Этой ночи воздвигнем мы памятник, вечно стоять