Измена на Первом Курсе - Мира Лаверн

не злюсь.

— Ты говоришь слишком вежливо.

Он всё-таки знал меня.

По одному взгляду.

По интонации.

По тому, как я держу плечи.

Это было доказательством, что ничего между нами не разрушилось.

Он обнял меня и тихо сказал:

— После съёмки пойдём куда-нибудь.

— Куда?

— Куда захочешь.

— Обещаешь?

— Конечно.

После съёмки его позвали ребята.

Он ушёл с ними.

Я осталась помогать Арсению переносить файлы.

Марк ничего не сказал.

Только посмотрел на дверь, потом на меня.

Я сделала вид, что не заметила.

К концу октября я выучила расписание Никиты окончательно.

Не потому, что следила.

Мы просто раньше постоянно пересекались.

По понедельникам у него занятия заканчивались в пять.

По вторникам — в три.

В среду была длинная перемена, когда мы обедали вместе.

В четверг он жаловался на семинар по статистике.

В пятницу обещал оставлять вечер для нас.

Сначала оставлял.

Потом пятницы начали исчезать.

— Посвящение у ребят.

— Групповой проект.

— День рождения Гоши.

— Просто посидим, я ненадолго.

«Ненадолго» заканчивалось глубокой ночью.

Я всё чаще засыпала, не дождавшись ответа.

По утрам Никита писал:

«Прости, вырубился».

Иногда я видела, что он был в сети час назад.

Ничего не спрашивала.

Я не хотела быть той девушкой, которая проверяет время последнего посещения.

Однажды я поднялась к нему без предупреждения.

У нас отменили пару. Я купила кофе и булочки, потому что знала: Никита проспал завтрак.

Дверь открыл его сосед Денис.

— А Никиты нет.

— Где он?

— Не знаю. Ушёл.

— На занятиях?

Денис пожал плечами.

— Наверное.

У Никиты в это время не было занятий.

Я написала ему.

«Где ты?»

Ответ пришёл через сорок минут.

«В библиотеке».

Я стояла возле окна в коридоре и смотрела, как по стеклу стекает дождь.

«Я заходила к тебе».

Три точки появились почти сразу.

Исчезли.

Появились снова.

«Зачем?»

Я долго смотрела на одно слово.

Не «прости, разминулись».

Не «жаль, что не встретились».

Зачем?

«Хотела сделать сюрприз».

Он позвонил.

— Сонь, я не в том смысле.

— А в каком?

— Просто предупреждай, когда приходишь.

— Почему?

— Потому что я могу быть занят.

— В библиотеке?

— Сейчас — в библиотеке.

— А до этого?

— Какая разница?

Я молчала.

Никита вздохнул.

— Я не люблю, когда приходят без предупреждения.

— Раньше любил.

— Раньше мы жили в одном городе и не виделись каждый день в университете.

— Мы не видимся каждый день.

— Соня.

— Хорошо. Больше не приду.

— Я не это сказал.

— Но именно это имел в виду.

— Давай не будем устраивать проблему из ничего.

Я посмотрела на два стакана кофе в руках.

— Хорошо.

— Увидимся вечером?

— У тебя же дела.

— Освобожусь — напишу.

Он не написал.

Кофе я отдала Яне.

Она выпила, ничего не спрашивая.

Катя вечером пришла за феном и увидела булочки на моём столе.

— Поссорились?

— Нет.

— У тебя лицо как после ссоры.

Я рассказала.

Не всё.

Только про звонок.

Катя села на край моей кровати.

— Он неправильно сказал.

— Что именно?

— Про предупреждение.

— Значит, ты с ним говорила?

Катя замерла едва заметно.

— Нет. Просто понимаю.

— Откуда?

— Потому что здесь все живут друг у друга на головах. Иногда хочется хотя бы знать, когда кто-то появится.

— Я не «кто-то».

— Конечно.

Она взяла меня за руку.

— Сонь, ты для него самый близкий человек. Именно поэтому он может раздражаться рядом с тобой. С чужими мы всегда вежливее.

— Удобное объяснение.

— Но правдивое.

— Я не хочу быть человеком, на котором он срывается только потому, что я близкая.

— И не должна. Просто не решай сразу, что он разлюбил.

Я резко подняла голову.

— Я этого не говорила.

— Но подумала.

Я не ответила.

Катя обняла меня.

— У вас всё нормально. Он просто пытается стать самостоятельным. Дай ему немного воздуха.

Она пахла сладкими духами.

Такими же, как куртка Никиты в тот вечер.

Я заметила сходство.

И тут же сказала себе, что это популярный аромат.

Наверное, половина общежития пользовалась чем-то похожим.

Первого ноября Никита пришёл ко мне утром.

Без предупреждения.

Яна уже ушла на занятия.

Он принёс кофе и круассан.

— Мир? — спросил он.

— Мы воевали?

— Ты уже неделю смотришь на меня так, будто я уничтожил твою семью.

— Я нормально смотрю.

— Слишком вежливо.

Я не удержалась и улыбнулась.

Никита поставил кофе на стол и сел рядом.

— Прости.

— За что именно?

— За всё, что тебя обидело.

— Это не извинение.

— За то, что пропадал. За то, что нагрубил. За то, что не написал.

— Уже лучше.

Он взял меня за руку.

— Просто всё навалилось.

— Я понимаю.

— Нет, не понимаешь. У меня ощущение, что все вокруг уже знают, кем хотят стать. Гоша устраивается в агентство. Антон запускает какой-то проект. Даже ты снимаешь фильм. А я…

— Ты учишься.

— Это не ответ.

— Никит, мы только поступили.

— Именно. А ты уже всё распланировала. Первый курс, подработка, квартира, выпуск.

— Мы вместе планировали.

— Да.

Он произнёс это слишком быстро.

— Ты передумал?

— Насчёт чего?

— Насчёт квартиры. Насчёт Петербурга. Насчёт нас.

Никита посмотрел мне в глаза.

— Нет.

— Точно?

— Соня, я люблю тебя.

Он сказал это спокойно.

Так, как говорил сотни раз.

Я поверила.

Наверное, человек всегда верит словам, если слишком боится обратного.

— Просто не дави на меня будущим, — попросил он. — Давай проживём хотя бы этот год.

— Хорошо.

— Без планов на пять лет.

— Хорошо.

— Домой вместе всё равно поедем.

— Билеты двадцать восьмого.

— Вот видишь. Ты уже купила?

— Нет. Только выбрала.

— Тогда покупай.

Он поцеловал меня.

Потом мы пили кофе и смотрели первые смонтированные сцены на моём ноутбуке.

На экране мы стояли возле общежития под искусственным дождём.

Никита забирал мой чемодан.

Я поправляла ему воротник.

Мы выглядели счастливыми.

Не как актёры.

Как люди, которым действительно предстоит прожить одну жизнь.

— Красивые, — сказал Никита.

— Ты особенно.

— Я знал.

— Марк говорит, ты переигрываешь.

— Он ревнует.

— К кому?

— К моему таланту.

Я рассмеялась.

Никита поцеловал меня в висок.

Телефон в его кармане завибрировал.

Он достал его, прочитал сообщение и сразу перевернул экраном вниз.

— Кто там?

— Гоша.

— Что хочет?

— Ничего.

— Тогда почему улыбаешься?

Никита поднял взгляд.

— Соня.

— Что?

— Мы только что договорились.

— О чём?

— Что ты не будешь меня контролировать.

— Я просто спросила.

— Именно с этого всё и начинается.

Он встал.

— Ты куда?

— На пару.

— У тебя через час.

— Нужно зайти к ребятам.

— Но ты только пришёл.

— Я принёс кофе. Извинился. Мы поговорили.

Он говорил так, будто выполнил обязательную программу.

Я почувствовала, как внутри снова поднимается знакомая тревога.

— Увидимся вечером?

— Посмотрим.

— У нас съёмка.

— Точно.

— В семь.

— Я помню.

Он не помнил.

Я