Русь и варяги. Взаимовлияние культур - Олег Львович Губарев

Относительно русов-свеонов, прибывших ко двору Людовика Благочестивого, среди ученых возникли споры относительно того, сами ли они называли себя росами, или их так называли другие. Согласно переводу отрывка Бертинских анналов, сделанному М. Б. Свердловым, так их называли другие. А. В. Назаренко, однако, считает, что перевод Свердлова неверен, и это было самоназвание данного народа (Назаренко 2013: 277). Напротив, А. Даниленко также отстаивает гипотезу М. Б. Свердлова (Danylenko 2004: 2–3), что подтверждает тот факт, что русами норманнов называли другие — финны, а за ними и славяне.

Данная гипотеза принята в настоящее время огромным большинством историков в качестве основной, поскольку здесь имя «русь» вписывается в систему подобных же имен в славянском языке, чего не дает ни одна, ни другая гипотеза.

Имена угро-финских племен Северо-Запада в славянской огласовке и направление набегов свеонской Руси из Уппланда (Клейн 2014: 284)

При этом необходимо различать два вопроса, которые противники данной гипотезы смешивают. Первый — вопрос решенный, это происхождение имени Русь от финского названия любых дружин норманнов ruotsi. Второй — происхождение этого финского слова для обозначений норманнских дружин. Была выдвинута гипотеза, что слово это произошло от обозначения команд гребных судов норманнов — röp-s-karlar или röps-mannar, от корня röp — гребля. Гипотеза спорная, приходится признать, что точного происхождения слова ruotsi мы не знаем, как не знаем происхождения слов «германцы», или «финны», что, тем не менее, не мешает их использовать.

Языковые заимствования из

Old Norse в славянский язык

Скандинавы, славяне

Языковые заимствования в славянский (будущий русский) язык из скандинавского Old Norse немногочисленны. Это легко объясняется мало соответствующим уровнем культуры.

В основном имеют место заимствования из области администрирования и мореходства, — из тех областей, в которых норманны превосходили славян, хотя уровни их культуры были довольно близкими, не считая превосходства норманнов в военном деле и вооружении.

Вопрос о языковых заимствованиях из скандинавского в славянский язык разбирался еще В. Томсеном, и с тех пор особого продвижения в данном контексте не было (Томсен 2002: 217–218).

Реконструкция фризского плаща mantel из высококачественной шерсти, древнерусское «мятель»

Интересно, что в древнерусском языке имеется возможное заимствование из древнефризского языка. Это обозначение плаща из добротной шерстяной материи, привозного — мятель. На древнефризском языке оно звучит как mantel. Фризия славилась производством высококачественных шерстяных тканей, и плащи из такой ткани были предметом экспорта. Именно фризские ткани Карл Великий предложил в подарок халифу Харуну ар-Рашиду (Gentilhomme 1942: 198).

Это слово могло бы быть заимствовано и из других германских языков, но, учитывая гипотезу тождества Рюрика и Рёрика Фрисландского, а также другие факты, связанные с данной гипотезой, это вполне вероятно. И у древних фризов, и у русов этот плащ набрасывался поверх одежды.

Арабские путешественники и писатели отличают русь и славян, историки обращают внимание на то, что только Ибн Хордадбех пишет «о славянском происхождении русов (джинс мин ас-сакалиба)» (Ибн Хордадбех 1986: 38). Хотя историки до сих пор спорят, обозначает ли термин ас-сакалиба у арабов только славян, или все светловолосые северные народы (Мишин 2002; Пилипчук 2017: 36–43). В последнем случае под ас-сакалиба также могут пониматься и скандинавы. У Константина Багрянородного зафиксированы «росские» (скандинавские) названия порогов на Днепре, отличающиеся от славянских. Таким образом, еще в Х в. сохранялся отдельный «росский» язык, отличный от славянского. В ПВЛ, датируемой XI в., зафиксированы результаты более поздней языковой ассимиляции русов: «а славянский народ и русский един, от варягов ведь прозвались Русью, а прежде были славяне; хоть и полянами назывались, но речь была славянской» (ПВЛ 1950 ч. 1: 219).

Серебряная Sceatta, весом 1,10 г, отчеканенная в Северной Фризии или Рибе, Ютландия, в 710–720 гг.

На древнерусском скоть означало деньги. Во Фризии в VIII в. в ходу были особые денежные средства sceatta. П. Жентильомме отметил соответствие понятия «деньги» на разных языках, как англо-саксонское sceat, древнефризское scat, германское schätz, древнешведское skat и древнерусское skot (Gentilhomme 1942: 198).

Как видим, фризский и шведский варианты наиболее близки древнерусскому. «Начаша скотъ събирати от мужа по 4 куны... И приведоша варягы и вдаша имъ скотъ, и совокупи Ярослав воя многы» (ПВЛ 1950 ч. 1: 97).

Н. Т. Беляев указал, что наиболее интересные находки происходят из Фризии с о-ва Валхерен, а также с территории эмпория Дорестад, с 807 г. входивших во владения «фризских данов» Халь-фдана, Харальда Клака и Рёрика Фрисландского. Относительно фризской торговли и политических отношений с Русью при Рюрике, Беляев сослался на свои статьи, посвященные гипотезе тождественности Рёрика Фрисландского и Рюрика (Belaiew 1935: 169–170, 180–181 прим. 64). Таким образом, вполне возможно, что слово скотъ в смысле денег, в отличие от слов скотъ животный, обозначавших домашнюю скотину, могло быть также заимствовано из Фризии данами Рюрика или занесено примкнувшими к ним фризами.

Эти гипотетические заимствования из древнефризского языка немногочисленны и составляют древний слой, на который наложились также немногочисленные заимствования из скандинавских языков, отделенные от введения письменности на Руси почти двумя с лишним веками.

Передача культурных традиций

и искажения понятий при контактах

представителей чуждых цивилизаций

Норманны-русы, арабы, хазары

К вопросу о языковых контактах представителей различных культур относится и вопрос о том, как понимали и передавали на чуждых языках отдельные понятия, например, титулы правителей в раннем Средневековье.

Согласно ПВЛ, до прихода данов Рюрика славяне на севере платили дань варягам, а на юге — хазарам. Варяги, если судить по сообщению анналов франков, были свеонами-русами. Поскольку русами, Русью, ruotsi были для финнов любые дружины норманнов, то русами были для них и русы-свеоны Бирки, и даны Рюрика.

Но, в отличие от случайных и непродолжительных контактов славян на севере со свеонской Русью в ходе набегов и нерегулярного сбора дани, славяне на Юге были подчинены хазарам постоянно, в течение длительного времени, и должны были испытать хазарское культурное влияние, особенно северяне, и, видимо, в меньшей степени, поляне.

Традиционно после разгромной статьи некоего Иванова в газете «Правда» в 1951 г. по поводу работ М. И. Артамонова по истории хазар в период СССР имело место отрицание любого влияния хазар на славян Приднепровья. И только сейчас ситуация стала меняться. Хазары, похоже, оказали влияние на славян в формировании славянского костюма и набора украшений, где наряду с типично славянскими формами стали появляться и элементы восточного типа (Жилина 2017: 127–153). В земле северян, связываемых с волынцевской археологической культурой, существовал укрепленный хазарский форпост Битица, где были найдены остатки несвойственного