Мучительная любовь и отчаянная страсть Сент-Экзюпери - Елена Ивановна Майорова

норм в сознании отдельного человека; о благодарности и долженствовании; об эволюции понятий честности, порядочности и справедливости. Работая над «Цитаделью», писатель стремился к библейской содержательной и поэтической простоте. Его книга должна была стать гимном любви – к женщине, к ребёнку, к другу, к народу и к своей стране.

Приятели замечали, что Сент-Экзюпери всё более занимали проблемы веры и милосердия. Как вспоминал позже Пьер Даллоз, осмыслению именно этих краеугольных понятий были посвящены страницы книги, над которой писатель работал и которые то и дело просил его прочитать и обсудить. Это монументальное, насыщенное, мощное, ни на что не похожее и не вмещающееся ни в какие жанровые рамки философское эссе стало итогом творчества и всей жизни писателя. Друзья Маленького принца разглядели в её главном герое, принце Пустыни, своего повзрослевшего и возмужавшего героя. Он не умер, а много пережил, многое понял, но, как и прежде, искал ответы на главные вопросы бытия: о месте человека в жизни, о его отношениях с себе подобными, о содружестве человека с природой и, наконец, о связи человека с Богом… Сент-Экс нередко собирал желающих и, вынимая листы рукописи из небольшого чемодана, зачитывал вслух главы этой «посмертной работы»; слушателей увлекала и поражала «колдовская» манера его чтения.

Тем не менее он страдал от некоего «человеческого обнищания». Кроме Даллоза, ему было не с кем поговорить о серьёзных вещах. «Вокруг меня всё время люди, но какое духовное одиночество!»

Автору остро требовался непредвзятый, но доброжелательный взгляд человека, способного понять и оценить его размышления, его творение. И, как в сказке, на американском самолете под наблюдением разведывательных служб союзников в Алжир из Гибралтара навестить друга примчалась Нелли де Вогюэ. Антуан был безмерно счастлив – кроме естественного счастья встречи с любимой, он радовался появлению человека, способного понять его раздумья и разрешить сомнения. Согласно хрестоматийному, повторяющемуся во всех биографических очерках рассказу, писатель немедленно усадил подругу читать рукопись. Она устала после перелёта, у неё буквально слипались глаза. Но находчивый автор придумал выход: он заставил Нелли принять таблетку бензедрина (синтетического стимулятора центральной нервной системы), после которой заснуть всё равно бы не удалось. Когда она уехала, Антуан, словно спохватившись, отправил ей несколько писем, чтобы сказать, как она ему нужна, как трепетно он её любит.

За время вынужденного безделья Сент-Экзюпери неоднократно получал предложения заняться штабной или пропагандистской работой и с негодованием их отвергал; он рвался в полёт.

Хлопоты за него не прекращались. В конце концов благодаря вмешательству одного из сыновей Т. Рузвельта Сент-Экзюпери было разрешено присоединиться к дорогой его сердцу разведывательной группе II/33. (По другим сведениям, разрешение дал генерал союзников Эйкер.)

Лайтнинг П-38, пилотируемый майором Экзюпери, заходит на посадку

Произведенный в чин майора, лётчик получил возможность совершить пять разведывательных полетов, но он вырвал согласие еще на три.

Удовлетворённый Сент-Экзюпери писал Льюису Галантьеру, сыну своего первого издателя: «Ваши соотечественники сочли меня чересчур старым, чтобы летать на большой высоте. И я сидел без дела. Однако… я вновь восстановлен в качестве пилота „Лайтнинга II-38“. Скорость этого самолета превышает как-никак восемьсот километров в час. А я вне всяких сомнений – старейший среди союзнических и неприятельских летчиков! В сорок четыре года я все еще, как юноша, летаю со скоростью восемьсот километров в час на высоте тридцать пять тысяч футов!»

В состоянии эйфории он хотел сделать всех счастливыми; на расстоянии Консуэло виделась ему женщиной мечты, способной оценить его чувства и порывы: «Я иду сражаться за родину. Я благодарен небу за то, что у меня есть сокровища, которые я оставляю: мой дом, мои книги, моя собака. Ты сохранишь их для меня».

Разумеется, Антуан писал матушке. «Старенькая моя ласковая мамочка, я так надеюсь, что через несколько месяцев вы обнимете меня и я буду сидеть в вашей комнате у огня и буду рассказывать вам о своих замыслах, буду спорить с вами, но не очень… и вы будете слушать меня, вы, которая во всех случаях жизни всегда права… Я люблю вас, мамочка»[29].

Жизнь шла своим чередом, и в семье одного из товарищей Антуана родился сын. Крещенье было назначено на 24 июля. Писатель очень желал участвовать в церемонии и попросил супругу своего командира преподать ему маленький урок катехизиса, поскольку он уже давно не был в церкви и боялся перепутать слова. Когда она зачитала ему соответствующие места, он воскликнул: «Мой Бог! Это вся моя юность, возвращающаяся ко мне!»

Семь из восьми разрешённых полётов Сент-Экзюпери совершил относительно благополучно. Правда, однажды на десяти тысячах метров развалился один из двигателей – как раз в тот день, когда ему исполнилось сорок четыре года. Случались перебои с подачей кислорода, отчего пилот испытывал страшную слабость. Как-то на борту произошло возгорание, но он сумел его потушить. И, конечно, существовала постоянная опасность от истребителей люфтваффе. Но ведь «есть упоение в бою, у бездны страшной на краю…».

Антуан де Сент-Экзюпери незадолго до последнего полета

После приземления Антуан как бы обретал новое зрение и немедленно брался за перо: концептуальная «Цитадель», письма близким… В одном из писем жене он раскаивался в том, что посвятил свою детскую сказку не ей, а ведь это «от ее великого огня родился маленький принц». 26 июля в своем последнем письме он писал: «Консуэло дорогая, милая Консуэло, молитесь за вашего Папуаса, который воюет, несмотря на свою длинную седую бороду и телесные немощи. Молитесь не о спасении, а о том, чтобы он обрел покой и не тревожился больше днем и ночью о своей таволге, которая, как ему кажется, в большей опасности, чем он сам. Капелька моя, как же я вас люблю».

Гнетущее впечатление произвела на лётчика гибель его американского приятеля, молодого лётчика Юджина Мередита. 30 июля при возвращении на базу его сбил над морем немецкий истребитель-охотник. Под впечатлением трагедии Антуан написал своё последнее письмо Нелли де Вогюэ.

На следующий день, 31 июля 1944 года, майор де Сент-Экзюпери в 8.30 утра вылетел с аэродрома Борго на острове Корсика в разведывательный полёт в Прованс. Он перестал выходить на связь в районе города Сен-Рафаэль на Лазурном берегу. К 13.30 от него не было никаких известий. Товарищи по авиагруппе II/33, собравшись в офицерской столовой, ежеминутно смотрели на часы. По всем расчётам у пилота горючего оставалось всего на один час. В 14.30 все надежды были потеряны. После долгого молчания командир эскадрильи сказал одному из