Невозможный - Роман Романович

тут же сорвались чёрные потоки, тысячи звёзд, которые устремились ко мне. Самонаводящаяся техника клана Бинхуэм. Есть ещё акт первый, Предупреждение, но, видимо, со мной решили не мелочиться.

Императоры ударили с четырёх направлений. Патрис замер, чтобы блокировать мой уход в случае чего.

— Печать защиты, — ответил я.

В тот же момент вокруг меня вспыхнул чёрный купол, напитанный силой бинху. Не только ею, замечу. Там много чего было. У этой техники и название поэтичное имелось — Чёрная Крепость Последней Надежды. Лучшая защита из тех, что я смог освоить. В некотором роде аналог Чёрного Меча. То, что не пробить.

Почти.

Кара врезалась с четырёх сторон, сотрясла мою защиту, заставила ту пойти трещинами. Им не хватило совсем чуть-чуть.

На что и был расчёт. Лишние силы я не стал тратить. Тем более… Ожидаемо, Патрис сошёл с места. Его чёрный меч прошил остатки защиты, устремился к моим ногам. Он всерьёз нацелился их мне отрубить.

Тело само отреагировало. Я сместился, повернул клинок, увёл чужой меч. Движение было хитрым, плавным, Патрис попытался меня продавить силой, обрушил свою ауру, но ничего не сработало. Мой талант оказался лучше. Как и весь прожитый опыт.

Лезвие прошло дальше, срезало кисть мужчины. Его Чёрный Меч отлетел в сторону вместе с конечностью. Лицо исказилось от удивления — в месте стыка плоть обгорела, вряд ли он почувствовал хотя бы боль. Вторым движением я крутанулся, послал силовую волну в стороны, отогнал Императоров и на излёте взмаха перерубил чужие ноги.

Всё произошло настолько быстро, что части тела ещё не успели разлететься, а я уже ударил ладонью в грудь.

Печать сдерживания бинху внутри мужчины треснула, лопнула, и существо освободилось, вырвалось наружу, и через мою руку перешло уже в мой храм. Патрис же полетел в сторону. Правда, недалеко. Собрался, выпустил духовную силу, перехватил свои конечности да разорвал дистанцию.

— Эл! — Вот теперь голос Данте был полон едва сдерживаемого гнева. — Ты сам подписал себе приговор!

— Не кидайся громкими словами, младший брат, — ответил я.

Отпустив меч, посмотрел, как он развеется. Свою задачу эта техника выполнила. Да и вложенная сила подошла к концу.

— Тем более, — продолжил я, — я всего лишь следовал твоим правилам. Не убил, обошёлся только конечностям. А ведь мы могли с тобой нормально поговорить, Данте. Но ты сам не захотел.

— Поговорить? Что ж, я поговорю с тобой на твоём языке. В нашем клане хватает техник и помимо Чёрного Меча. Акт Третий. Истребление, — прозвучал его голос убийственно твердо.

— Печать Подавления! — крикнули четыре Императора.

Замедлить да вдарить посильнее. Техника понятная и действенная. Только я свою точность и скорость движений тренировал под ударами зверей Основателей, а не каких-то Императоров.

От техники Данте небеса потемнели. Стало трудно продохнуть. Чужая сила, казалось, облепила со всех сторон. Сформировав удар, кузен направил его в меня в виде чёрного луча.

От луча и пары Подавлений я увернулся. Третье разбил прицельным всплеском силы. Четвёртое навалилось на меня, попыталось сковать, но я слишком хорошо знал эту технику, чтобы попасться. Моя духовная броня разошлась в стороны, и, подобно змее, я сбросил шкуру, освободился, уйдя в сторону.

Отряд мигом перестроился, Данте приготовился продолжать.

Шаг первый, и я оказался вплотную к первому Императору. Наверняка он был хорош. Несколько десятков лет боевого опыта и тренировок, высокий ранг, младший бинху в основе. Только что-то пошло не так. Он привычно обратился к своей силе, но его бинху предал. Всего на миг задержал поток силы, чего мне хватило, чтобы впечатать кулак в чужой живот. Королевская аура разошлась, лопнул духовный доспех, затрещала броня, а следом кожа, внутренние органы… Последние не трещали, но не зря же я целительством занимался. Знал, как и куда бить так, чтобы даже Императора пробрало.

Минус один.

Вторым шагом я сместился в сторону, увернулся от новых техник. Выглядело это красиво. Как чёрные росчерки, которые широкими мазками раскрасили небо. Один из Императоров зашёл сверху, поэтому росчерк ушёл вниз. Многострадальная горная вершина взорвалась, разлетелась массивными обломками.

Поэтому третьим шагом я оказался внизу этого небрежного. Схватив его за ступню, дёрнул на себя. Силёнок у меня оказалось побольше. Мужчина защитился и аурой, и доспехом, и мечом меня попытался рубануть, но я крутанул его вокруг оси с такой силой, что все его потуги сбились.

И-и-и… Сначала я его телом отбил чужую технику, а следом метнул в ту скалу, которую он разрушил.

Данте тем временем замер. Подал сигнал и своим остановиться.

— Хорошо, я понял, сила у тебя есть! — крикнул он. — Но что дальше?! Если ты продолжишь отбиваться, в следующий раз придут не Императоры, а Основатели, и разговор будет совсем иным!

— Ты меня хочешь запугать? — поинтересовался я. — Бессмысленная затея.

— Тогда что ты хочешь? Признание? Власть? Деньги?!

— Это всё уже у меня есть. А что хочу… Дзен, разве ты не передал им послание?

— Передал! — крикнул тот издалека.

— Тогда ты знаешь о моих планах, — ответил я Данте. — Пока я путешествую. К вам домой загляну, когда сам решу. Впрочем, ловите меня дальше. В этот раз вам понадобилось два месяца, чтобы отыскать меня. Сколько пройдёт до следующего раза? До встречи, младший брат. Подтяни свои умения, чтобы не оплошать.

Больше не задерживаясь, за несколько секунд до того, как заколебалось пространство и здесь появились новые гости, я скрылся из виду.

***

Лин Бинхуэм прошла вслед за братом сквозь излом пространства, оказавшись в небе высоко над горными вершинами.

Осмотревшись, женщина отметила хмурый вид племянника, разрушенную ближайшую скалу, обожжённого Императора и порубленного Предка, которому другие Императоры оказывали помощь.

— Смотрю, Лин, твой сын упорно ухудшает своё положение, — недовольно сказал Шелиот, тоже оглядевшись.

— Ты так думаешь? А мне видится совсем другое.

Шелиот хмыкнул, махнул рукой, подозвал сына.

— Докладывай, — потребовал он.

— Наедине? — уточнил Данте, бросив взгляд на Лин.

— Дорогой племянник не хочет видеть тётушку? — улыбнулась та.

— Я не хочу делиться информацией с предательницей, — сухо ответил тот.

— А зря, милый. Ты бы мог подружиться со мной, и тогда я бы преподала тебе пару уроков.

На это Данте дёрнулся, попытался удержать эмоции. Лин же подумала, что если здесь был Эл, чьего тела не видно, то… То получается сын отбился от Данте, от четырёх Императоров и от одного Предка,