Провинциальный остеопат. Том 5 - Артем Сластин

ста двадцатью ударами в минуту, а мышечный тонус был оптимальным. Правый голеностоп по-прежнему светился слабым жёлтым цветом, но главное, что хуже не стало.

Илья присел возле колодок, поправил один носок, а затем второй и выдохнул. Именно в этот момент настал момент проверки. Момент, который покажет, насколько хорошо мы справились с Валерием Ивановичем и подготовили их к одному из главных соревнований в жизни.

— На старт! — раздался голос судьи.

Восемь человек одновременно опустились к колодкам. Стадион, ещё секунду назад наполненный гулом голосов, внезапно притих. Я поймал себя на том, что тоже задержал дыхание, будто бежать предстояло именно мне. Сердце заколотилось, заходило ходуном, в кровь выплеснулся адреналин. Сейчас станет известно, зря я занимался и тратил время или нет.

Выстрел!

Сазонов сорвался с места первым и постепенно начал набирать скорость до первого барьера. Зелёная линия змеей потянулась за ним и почти идеально совпала с движением правой стопы.

— Хорошо пошёл… — пробормотал Лысев.

Ковалёв на соседней дорожке стартовал следом. Однако уже после второго барьера он начал понемногу наращивать темп и отрываться, и это сразу оживило противоположную трибуну. Рыжиков вскочил с места, чуть не выронив телефон из рук, и что-то заорал своему спортсмену.

Атлеты перешли через третий барьер, а затем и четвёртый.

— Не гонись за ним! — прокричал Лысев, но Илья его вряд ли услышал. — Держи свой темп!

А я даже не успел выдохнуть, как Система показала совершенно другую картинку. Частота шагов держалась на одном и том же уровне. Правая стопа не выворачивалась, а траектория над барьерами оставалась стабильной. Получается, Сазонов не проигрывал, хотя со стороны могло показаться и иначе.

Ковалёв же, напротив, идущий по пятой дорожке, явно почувствовал преимущество и на выходе из четвёртого барьера добавил скорости. Правда, стоило ему перепрыгнуть пятый, он снова попытался ускориться и начал растягивать шаг.

— Рано… — тихо произнёс Лысев.

Шестой они прошли почти одновременно по ритму, хотя визуально Рыжиковский всё ещё оставался впереди. А потом началось то, ради чего мы столько гоняли Сазонова по одному и тому же чёртову отрезку.

Клятый седьмой барьер.

Ковалёв подошёл к нему слишком агрессивно, выскочил с рвением гепарда, и задняя нога зацепила планку. Хлопок металла о дорожку даже сквозь шум трибун прозвучал отчётливо, и Артём дёрнулся после приземления.

Он потерял всего несколько сотых секунды, но этого хватило, чтобы к восьмому барьеру они подошли почти вплотную. Ковалёв попытался вернуть потерянное одним ускорением и совершил именно ту ошибку, которую Илье мы последние недели буквально вбивали палкой. Причём я не шучу. Валерий Иванович действительно хлестал его бамбуковой палкой по заднице, когда тот отказывался слушать.

В общем, вместо того, чтобы сосредоточиться на дистанции, Ковалёв полностью переключил внимание на Илью в попытке обойти его, а не выиграть гонку. Шаг парня стал всё чаще сбиваться, ритм давно был нарушен, поэтому неудивительно, что Сазонов, выращенный в стенах родной школы «Юность», вышел вперёд.

И именно в этот момент трибуны взорвались.

Ковалёв остался позади, но сдаваться даже не собирался. На прямой он начал сокращать расстояние, и к последним двадцати метрам между ними осталось совсем немного.

Аня настолько крепко сжала мою руку, что на мгновение показалось, будто у меня вот-вот начнут хрустеть кости.

Сазонов наклонился вперёд и на финишной прямой выложился на полную, в итоге оказавшись первым, кто пересёк финишную линию.

Я сразу перевёл взгляд на табло, где появились цифры результатов.

Сазонов И. — 50,42.

— Твою же мать, — выдохнул Лысев, стирая со лба платочком выступившую испарину. — Вырвал победу, мелкий засранец!

Я же инстинктивно бросил взгляд на Рыжикова напротив, который, вместо того, чтобы наблюдать за финишем собственного подопечного, с кем-то яростно спорил по телефону и размахивал руками.

Я даже улыбнулся, как тут же перед глазами развернулось сообщение.

«Подопечный: Илья Сазонов.»

«Подопечный занял первое место на областных соревнованиях по легкой атлетике.»

«Первичная цель наставника выполнена.»

«Награда: +150 очков.»

«Доступное количество очков: 551.»

Первичная? Что это вообще значит? Я думал, победа на областных и была главной целью, к которой мы стремились. Неужели это не всё, и Система ждала от меня чего-то большего?

В любом случае, сейчас не время и не место, чтобы об этом размышлять, так как трибуны буквально разрывались от оваций. Я же решил, что Сазонов действительно заслужил все лавры, поэтому встал вместе с Аней и Валерием Ивановичем и присоединился к остальным.

— Ну что, Алексей Николаевич, — прокричал он мне на ухо, — как тебе первая победа подопечного?

Я улыбнулся.

— Ну, не совсем первая победа, но в таких масштабах — да. Приятно.

Лысев обернулся и с удивлением взглянул на меня.

— Даже так? Ладно, расскажешь мне как-нибудь об этом. А теперь пошли вниз, это ещё одна традиция, которую должен соблюсти каждый тренер. И что ни говори, но для него ты тоже был тренером. Так что давай… Двигаем.

Глава 15

После победы Сазонова мне хотелось хотя бы пару минут спокойно порадоваться результату, но соревнования на этом, естественно, не закончились. Пока Илью окружали товарищи по школе, а Валерий Иванович принялся разбирать допущенные ошибки, я вернулся ближе к разминочной зоне.

Через несколько минут Лысев сам меня нашёл.

— Ну что, одна победа есть, — заявил он прямо с ходу.

— Есть, — согласно кивнул в ответ. — Кто у нас следующий? Кравцов?

— Метание, — ответил мужчина, сверяясь с графиком по часам. — Вот-вот должны начать.

— Что-то я не вижу радости, Валерий Иванович, только не говорите мне, что опять что-то случилось.

Мужчина ответил не сразу, и его молчание мне сразу не понравилось.

— Случилось то, чего я никогда не ожидал увидеть. Явление блудного отца.

— Чьего отца? — тут же спросил я, а затем добавил. — Кравцова, что ли?

Лысев коротко кивнул.

— Да. Три года не появлялся, а тут раз — и заявился. Он сейчас вроде бы где-то под Тулой живёт, с матерью Димы в разводе.

— Так это же хорошие новости, — присоединилась к разговору Аня. — Разве нет?

Валерий Иванович покачал головой.

— Да как тебе сказать, Анюта. Дима как раз весь в отца и пошёл, у них вдвоём одно шило на двоих, причём размером с горы Кавказа. Помнишь, я тебе говорил, Алексей Николаевич, что знаю Кравцова дольше всех?

Я молча кивнул.

— Так вот, парня мне привели в двенадцать лет, когда он чуть на малолетку не заехал по дурости. А Пашку, его отца, я знаю ещё со школы. Учился на три класса младше меня и уже тогда был проблемным парнем. В общем, если он спустя три года появился, значит, ему что-то от Димы надо. Явно не порадоваться успехам сына.

— Понятно. Значит, будем начеку.

Вот тебе и индивидуальный подход.

Только я