Укротитель Драконов V - Ярослав Мечников

— Ниже, родной! — крикнул дед, шагнув на середину площадки. — Сюда иди! Держу тебя!

Грозовой услышал. Правое крыло он развернул шире, левым сделал короткий болезненный взмах и свалился ещё на несколько локтей. Снег на площадке поднялся белым облаком. Мне в глаза ударила крупа, пришлось прикрыть лицо рукавом. Через мгновение из этой мути показались передние лапы, когти проскребли по камню и сорвались. Дракон взревел, снова толкнулся крыльями и пролетел над самой землёй ещё несколько шагов.

Люди отшатнулись. Я двинулся следом, стараясь держаться у плеча, где хвост уже не достанет при резком развороте. Грозовой наконец поставил передние лапы, протащил когти по площадке и тяжело рухнул на задние. Его грудь ударилась о снег, из пасти вырвался хриплый крик, обращённый уже к деду.

Гром-Дед ответил низким гудением. Потом произнёс несколько слов на старой мове, той самой, что жила в песнях и обрядах. Память Аррена узнала общий смысл с опозданием: свои рядом, держись, ты довёл человека домой. Дракон снова загудел, и голубой свет вдоль его гребня дрогнул.

Айра бежала через двор, высоко поднимая подол над снегом. Для своего возраста она двигалась удивительно быстро, хотя на середине площадки всё-таки поскользнулась и едва не упала. Один из людей потянулся поддержать её, получил сердитый взмах рукой и сразу отступил.

Грозовой опустился ниже. Передние лапы разъехались, шея легла почти на камень. Он подставлял спину, позволяя добраться до всадника. Дед подошёл первым, осторожно коснулся чешуи возле плеча и потянулся к ремням седла.

— Я сам, — сказал я. — У тебя одна рука живая. Здесь его придётся держать всем весом.

Дед нахмурился, но отошёл на полшага и схватился за нижний ремень, чтобы седло не съехало. Я забрался по согнутой передней лапе. Чешуя под сапогом была мокрой и холодной, мышцы дрожали так сильно, что ногу несколько раз качнуло. Пришлось ухватиться за край нагрудного ремня и подтянуться выше.

— Кайр, слышишь меня? — позвал я.

Всадник медленно повернул голову. Лицо оказалось белым с сероватой тенью возле губ. Снег набился ему в волосы и растаял на висках. Глаза приоткрылись, скользнули мимо меня и снова закатились.

— Эй, оставайся здесь. Я сейчас сниму тебя.

Он вроде попытался ответить. Из горла вышел слабый воздух, губы шевельнулись, затем тело сразу обмякло. Только сведённые пальцы продолжали держать ремень. Я разжимал их по одному, прижимая его плечом к шее дракона, чтобы Кайр не съехал вниз. Последний палец пришлось отгибать обеими руками. Сустав хрустнул, и я уже испугался, что сломал его, однако кисть сохранила правильную форму.

Дед снизу пытался достучаться до всадника:

— Кайр! Где остальные? Слышишь? Где твои люди? Что с тобой случилось?

Голова Кайра мотнулась при очередном судорожном вдохе. Ответа он не дал.

— Дед, хватит, — сказал я, подхватывая человека под мышки. — Он без памяти. Ничего сейчас не скажет.

Я осторожно спустил его по боку дракона. Дед принял ноги, один из подбежавших мужчин придержал седло, а я съехал следом и успел перехватить Кайра прежде, чем тот сложился на снегу. Весил он прилично. Мокрая меховая куртка добавляла тяжести, ноги волочились, и всё же тело ощущалось слишком мягким, словно каждая мышца разом отпустила хватку.

— В дом его, скорее, — распорядилась Айра, уже стоявшая рядом. Она коснулась Кайровой щеки тыльной стороной ладони. — Живой. Чего встали? Тепло ему нужно.

Она резко обернулась к людям, собравшимся у края площадки.

— Лиска! Беги за знахарем. Скажи, Кайр с северной дороги вернулся без памяти, дыхание слабое. И к Кремень зайди. Если старуха спит, буди хоть водой, хоть криком.

Молодая девушка в короткой меховой куртке кивнула так быстро, что коса ударила её по плечу, и побежала вниз по тропе. На первом повороте она чуть не врезалась в мужчину с фонарём, оттолкнула его локтем и скрылась между домами.

Я поднял Кайра на руки. Ноги сразу провалились глубже в снег, поясницу потянуло, и пришлось перехватить человека выше. Дед подхватил его под спину живой рукой, помогая развернуться к дому. Айра уже спешила впереди и на ходу кричала кому-то, чтобы разожгли огонь в малой комнате.

Грозовой снова позвал нас. В этот раз крик вышел тише, с вопросительной нотой под конец. Я обернулся. Дракон лежал на площадке, тяжело раздувая бока, и смотрел вслед всаднику. Его глаза светились мутным голубым светом. За седлом болтались корзины, одна раскрылась от посадки. Внутри виднелся мокрый мох. Пока разбираться было некогда.

— Останься с ним! — крикнул дед одному из молодых. — Сбрую пока не снимай. Воду принеси тёплую и пои понемногу.

Парень подбежал к грозовому, остановился возле морды и протянул раскрытые ладони, давая себя обнюхать. Дракон вздрогнул, однако остался лежать.

До дома оставалось недалеко, а руки у меня уже начали дрожать. Кайр висел тяжело. Его голова время от времени стукалась о моё плечо, дыхание касалось шеи едва заметным холодом. На ступенях дед снова помог, подтолкнул снизу, и мы втроём протиснулись через дверь.

В Длинном Зале стало тесно от людей, прибежавших на шум. Айра одним окриком выгнала почти всех, оставив молодую женщину у очага. Та уже расстилала на полу толстый мех. Я направился к нему, но Айра ткнула пальцем в боковую дверь.

— Туда. На лежанку. На камне он у меня до знахаря совсем остынет.

Мы прошли в малую комнату возле хозяйственной части. Здесь стояла широкая низкая кровать, видимо гостевая, и сундук у стены. Молодая женщина принесла ещё один мех, бросила поверх лежанки и выбежала за водой. Я опустил Кайра, стараясь держать голову ровно. Дед сразу нагнулся над ним и опять позвал по имени.

Всадник не отозвался.

Айра расстегнула ему куртку. Завязки на груди намокли и затянулись туго, пришлось поддеть одну ногтем. Она выругалась себе под нос, вытащила из пояса маленький костяной нож и перерезала шнур. Куртка распахнулась. Под ней оказалась плотная шерстяная рубаха, промёрзшая на плечах и мокрая вдоль спины.

— Ищи кровь, — сказала Айра. — Где-то должна быть.

Мы осмотрели его вместе. Я провёл ладонями вдоль рёбер, осторожно нажал на живот и проверил бёдра. Под одеждой имелись старые шрамы и свежие синяки от седла, но открытой раны я не нашёл. Айра осмотрела голову, раздвинула волосы и проверила затылок.

— Чисто, — пробормотала она. — Будто всю кровь из него выпили, а дырки забыли оставить.

Кайр и вправду выглядел так, словно потерял много крови. Кожа на лице стала почти прозрачной. Губы посерели, ногтевые ложа оставались бледными. Я взял его за