Укротитель Драконов V - Ярослав Мечников

Получалось, что времени снова не осталось.

Я остановился сразу за дверью. До северных загонов отсюда вела тропа через несколько рядов домов, и бежать туда сейчас смысла не имело. Кар-Рох чувствовал меня куда дальше. Следовало только правильно собрать образ, потому что одного тревожного толчка по Нити каменный мог понять слишком широко и привести с собой всю стаю. Шаэ-Раах наверняка уже поднялся после крика чужого грозового, Сухарь тоже мог увязаться следом, а его как раз требовалось удержать возле загона и беречь силы.

Я прикрыл глаза и нащупал тяжёлое тепло под рёбрами.

Кар-Рох отозвался сразу. Пришло ощущение холодного уступа, запах встревоженного грозового рядом и собственное расстройство каменного — оно было связано с тем, что тот начал понимать, что помощи Сухарю не будет. В глубине отклика мелькнуло ещё одно присутствие, высокое и колючее: Шаэ-Раах тоже прислушивался к чужим крикам над Очагом.

Я передал Кар-Роху двор перед Длинным Залом. Потом показал лежащего на площадке грозового, пустую чашу возле его морды и себя рядом. Отдельно добавил Сухаря, свёрнутого под крылом Шаэ-Рааха, и удержал этот образ подольше. Младший остаётся там. Грозовой остаётся с ним. Каменный приходит ко мне один.

Смысл получился сложнее, чем хотелось. По Нити пошла короткая заминка. Кар-Рох увидел себя возле Сухаря, затем почему-то поднял подростка за загривок и понёс ко мне, словно решил, что я прошу доставить сразу всех. Я повторил образ и мысленно поставил Шаэ-Рааха поперёк выхода с уступа. Потом коснулся в памяти каменного носа и направил его одного вниз.

ТЫ НУЖЕН МНЕ ЗДЕСЬ ОДИН

На этот раз Кар-Рох понял.

Тяжёлое тепло под рёбрами сдвинулось. Вместе с ним пришёл короткий образ: Сухарь лежит, грозовой сидит рядом, сам Кар-Рох разворачивается к краю уступа. Следом прокатилось низкое недовольство. Каменный явно считал мой замысел сомнительным и всё-таки собирался выполнить просьбу.

— Молодец, — пробормотал я себе под нос. — Только спокойно. Тут и без тебя уже все напуганы.

Люди возле Кайрова дракона услышали мой голос и посмотрели в мою сторону. Молодой парень, которого дед оставил с грозовым, сидел на корточках возле чаши и осторожно смачивал зверю ноздри мокрой тряпкой. Дракон позволял ему касаться морды, хотя взгляд всё время держал на двери, за которой исчез всадник. Каждый раз, когда внутри дома раздавались шаги, его гребень приподнимался, голубые прожилки коротко вспыхивали и снова тускнели.

Я подошёл ближе, сохраняя привычную дугу. После тяжёлого полёта зверь мог сорваться от одного резкого движения. Система уже собирала строки перед глазами, и я позволил им раскрыться.

[СКАНИРОВАНИЕ: Дрейк — Грозовой — Взрослый]

[Физическое состояние: КРАЙНЕЕ УТОМЛЕНИЕ]

[Лётная перегрузка: ВЫСОКАЯ]

[Повреждение левого крыла: растяжение связок / вероятный частичный надрыв]

[Резонансный резерв: 19 %]

[Эмоциональный фон:]

[— тревога за связанного: КРИТИЧЕСКАЯ]

[— защитная готовность: ВЫСОКАЯ]

[— ориентация: сохранена]

[Статус Нити: СВЯЗАННЫЙ ЖИВ / ОТКЛИК КРАЙНЕ СЛАБЫЙ]

[Рекомендация: покой, тепло, присутствие знакомого человека]

Значит, ранение крыла он получил во время возвращения или ещё до него. По краю перепонки тянулась едва заметная тёмная складка, и при каждом движении левого плеча мышцы собирались жёстким валиком. Открытой раны там тоже не было. Впрочем, крыло могло пострадать при тяжёлой посадке или раньше, так что эта деталь пока ничего не объясняла.

— Он воду берёт? — спросил я у парня уже совсем игнорируя Обет. Какую тут обет, когда вокруг творится такое?

— Один раз лизнул, — ответил тот и показал мокрый край чаши. — Потом дверь увидел и про всё забыл. Я его знаю, наследник. Зверь Кайра, у восточной стены держится. Обычно к чужим руки не подпускает.

Грозовой услышал имя всадника и поднял голову. Грудь расширилась, из горла вышел короткий гул. Он посмотрел на меня, затем снова на дверь.

— Кайр живой, — сказал я. — Его лечат. Ты довёз.

Слова, наверное, дошли только через интонацию. Гребень чуть опустился, хотя тревога в глазах осталась. Я показал раскрытую ладонь, потом коснулся груди и указал на дом. Связанный там. Свои рядом. Грозовой проследил за движением и выдохнул мне в лицо тёплый воздух с запахом озона.

Над северными крышами прокатился знакомый рык.

Люди на площадке сразу задвигались. Кто-то потянулся к копью, парень возле чаши вскочил, а Кайров дракон резко вскинул голову и попытался подняться. Передние лапы ещё удержали тело, задние разъехались по снегу. Грозовой ударил хвостом, чашу отбросило к ограде, вода выплеснулась на камень.

— Оружие вниз! — крикнул я. — Это мой каменный. Дед сам велел его позвать.

Несколько копий всё-таки успели подняться. Люди переглянулись, затем отвели наконечники к земле. Один мужчина торопливо отступил под навес. Видимо, вспомнил, сколько весит взрослый каменный дрейк и как мало пользы от короткого копья, если такой зверь решит сесть прямо на тебя.

Кар-Рох появился над верхним рядом домов. Летел он низко и тяжело, каждым взмахом сгребая воздух под широкие крылья. Каменные вообще выглядели в небе слегка неправильно, словно гора вдруг решила временно пренебречь собственным весом. Его бурая чешуя сливалась с тёмными стенами, рыжие прожилки вспыхивали в свете очагов, а из ноздрей тянулся горячий пар.

Я послал ему образ свободного края площадки и чужого грозового, который лежал возле дома. Добавил спокойствие, насколько сумел. Кар-Рох ответил раздражённым толчком. Чужого он уже видел и сам.

Кайров дракон раскрыл пасть. Между зубами пробежала голубая искра, однако сил на полноценный разряд у него, видимо, не осталось. Парень у морды отшатнулся. Я шагнул ближе и положил ладонь грозовому на шею возле нижней пластины. Чешуя была горячей, под ней быстро бился пульс.

— Тихо. Он пришёл помочь твоему человеку. Слышишь? Помочь.

Грозовой повернул глаз ко мне. В зрачке дрожал голубой свет. Потом Кар-Рох зашёл на посадку, и воздух ударил по площадке. Снег взметнулся до пояса. Я прикрыл лицо плечом, продолжая удерживать ладонь на чужой шее. Под пальцами мышцы напряглись, затем дрогнули от усталости.

Кар-Рох коснулся земли у дальней ограды. Передние лапы приняли вес мягко, задние тяжело ударили по камню. Он сложил крылья и остался на месте, оценив чужого дракона долгим взглядом. Гребень приподнялся, хвост лёг дугой вдоль бока. Вся его поза говорила примерно одно: я пришёл, глупости пока терплю, дальше посмотрим — видно Кар-Рох считывал агрессию Грозового очень хорошо и не намерен был любезничать…

Я медленно убрал руку с шеи грозового и пошёл к Кар-Роху. Каменный опустил морду, ткнулся носом мне в плечо и сразу втянул воздух возле материнского платка. Потом его внимание задержалось на открывшемся крае серой