Мой верный - Эмилия Грин

Она вздохнула. — А еще мы стали часто ругаться с Кириллом. Он помешался на моей безопасности! Вчера вот чуть не подрался с соседом — ему, блин, показалось, что сосед как-то не так на меня посмотрел. Мы с Сашкой и так безвылазно сидим дома. Всю работу я выполняю дистанционно, но мне надо хотя бы раз в неделю выезжать на производство, чтобы самой все контролировать, а он думает, я развлекаться хожу!

— Ну, Воронов известный суетолог, — я откинулась на подушку, слабо улыбаясь.

— Кирилл сказал, у них все под контролем, но лучше, как говорится, перестраховаться. Надеюсь, это безумие скоро закончится, и мы вернемся к нормальной жизни.

У них все под контролем.

Ха-ха. Сознание «любезно» подбросило картину, как несколько человек в балаклавах вскрывают болгаркой дверь моей квартиры. Я стиснула кулаки, опуская взгляд.

— Саш, я понимаю, тебе сейчас не до этого, но… Уже по сложившейся традиции у меня для тебя есть подарок.

Алина взяла пакет, который поставила на комод, когда пришла, и достала оттуда длинное красное платье с бретелями, выполненными из серебристых страз. Она протянула его мне.

— Спасибо, Алин, но… — я замешкалась, не зная, как реагировать на подарок. Куда мне сейчас в этом платье?

— Я все понимаю, но впереди Новый год, вдруг тебе захочется нарядиться. Почему, собственно, нет? Ты молодая и красивая! Имеешь право! — сбивчиво рассуждала Воронова.

— Вряд ли в новогоднюю ночь я буду наряжаться, — покосившись на свое отражение в большом зеркале, я расстроенно вздохнула. Мой внешний все еще оставался печальным зрелищем. — Если только каким-нибудь зомби с землистым цветом лица, впалыми щеками и нездоровой худобой.

— Я не только про новогоднюю ночь, — Алина мерила комнату широкими шагами. — В эту субботу в «Патриках» традиционный корпоратив для сотрудников «Апостол-групп». Что бы ни происходило, люди ждут праздник. В здании будет усилена охрана. Кирилл сказал, они с братом обязаны поздравить коллектив, руководители как-никак! Раз он будет, я тоже пойду. А ты можешь составить компанию Артему.

— Спасибо, Алин, я подумаю… — поблагодарила я для вежливости, хотя, конечно, не собиралась идти ни на какой корпоратив.

— Кстати, хотела тебе кое-что показать, — подруга хитро подмигнула, доставая из сумки телефон. — Мы заменили оформление витрин в шоуруме. Как тебе?

Я удивленно моргала, не веря своим глазам. Одну из витрин магазина Вороновой украшала моя огромная фотография с первого показа, проходившего около года назад. На снимке я была облачена в шикарное белоснежное платье, больше напоминающее наряд невесты. Мой образ дышал жизнью. Сильная. Уверенная. Яркая. С гордо расправленными плечами и глазами, в которых горел огонь.

— Спасибо, — прошептала я, вытирая слезы.

Я вновь посмотрела в зеркало на свою безжизненную оболочку, с трудом осознавая, что я и блистательная девушка с фотографии — это один и тот же человек.

— Знай, ты не одна… — Алина присела рядом со мной на кровать, крепко обняла за талию, и мы одновременно зашмыгали носами, как две дурочки.

* * *

Когда подруга уехала, я спустилась к Елене, чтобы помочь приготовить ужин. Вскоре наше уютное уединение на кухне нарушил Анатолий. Он появился в дверях в пуховике нараспашку, сжимая здоровенную коробку в руках.

— Доброго дня! — он улыбнулся, ставя свою ношу на пол.

Я кивнула.

— Здравствуй, Толя. Ужинать будешь? — поприветствовала его Елена, с любопытством разглядывая коробку.

— Спасибо, Лен! Я не голоден. Артем попросил передать вот это для Саши.

— А что там? — тихо уточнила я.

— Шеф сказал, ты очень вкусно печешь торты! Там все необходимое: кухонный комбайн, формы, прихватки… — улыбка Анатолия стала шире. — А меня как-нибудь угостишь? — он потер свою бритую голову, вопросительно изогнув бровь.

Очень вкусно пеку торты. Ну-ну.

— Угощу, — я выдавила из себя слабую улыбку.

Разбирая коробку, я увидела в кухонном окне Артема — без шапки, в расстегнутом пуховике, из-под которого выглядывал белый свитер с высоким воротом. Апостолов шел через заснеженный двор, волоча за собой здоровенную елку. Пушистую, зеленую.

— Какая красавица! — мягко воскликнула Елена.

Переглянувшись, мы с ней поспешили в гостиную, чтобы открыть для хозяина дома дверь.

— Всем привет! — бросив ель при входе, Апостолов стряхнул снег с волос и внезапно улыбнулся. Не только губами, но и глазами. А мне почему-то вдруг захотелось сдуть снежинки с его раскрасневшегося лица. — Лен, игрушки найдете? — его хрипловатый голос заставил мое сердце забиться быстрее.

— Сейчас закончим с рагу и займемся украшением дома, — деловито заверила она.

— Тогда… до вечера! — кашлянув в кулак, Артем на миг задержал взгляд на моем лице, после чего скрылся за дверью.

И хоть я не испытывала особого желания погружаться во всю эту новогоднюю суету, отказывать было как-то неудобно, поэтому вскоре мы спустились на цокольный этаж, где одна из комнат использовалась в качестве кладовки. Я с удивлением разглядывала бесчисленное количество ящиков и коробок, хранящих, очевидно, не один секрет Темного Артема.

— Вот здесь гирлянды, — Елена указала на коробку в самом углу. — А елочные игрушки надо искать… — она задумчиво потерла пальцем крохотную мимическую морщинку на переносице. — Даже не припомню, когда он в последний раз ставил живую елку. На моей памяти такое впервые.

— Правда?

— Сколько я здесь работаю, хозяин всегда отмечал Новый год вне дома. Я, конечно, наряжала ему искусственную елочку, но такой интерес к празднику вижу впервые, — подмигнула мне она.

Довольно продолжительное время мы молча разбирали многочисленные залежи всякой всячины, пытаясь отыскать елочные игрушки.

— Саш, смотри, что я нашла, — Елена вытащила со дна коробки из-под обуви какой-то альбом и протянула его мне.

На обложке было написано: Артем А.

На миг мои щеки потеплели, и, почувствовав смущение, я быстро перевернула страницу, обнаружив дальше выцветшие детские рисунки. Елена отвернулась, сделав вид, что занята поиском игрушек в ящиках у противоположной стены, а я продолжала разглядывать творчество маленького Артема. Я попросту не могла представить Апостолова за этим занятием. Еще и цвета такие жизнерадостные. Красный. Желтый. Зеленый. Радуги. Цветочные поля. Бескрайние океаны со смешными птицами-галочками. Натюрморты. Портреты.

«Мой папка».

«Брат Кирюша».

«Мамочка».

И много-много по-детски трогательных портретов его мамы. В самом конце альбома я отыскала сложенный вдвое лист в клеточку.

«Письмо Деду Морозу».

Вот это да! Неужели этот хмурый замкнутый мужчина когда-то верил в Деда Мороза? Я провела пальцами по написанным детским почерком словам: «Артем А. 7 лет» и дрожащими руками развернула послание.

«Дед Мороз, мне от тебя ничего не нужно! Можешь подарить мой подарок брату Кирюше. Он только родился и еще не умеет говорить, но я точно знаю, что