Один на рассвете - Ден Шиллинг

Боевой диспетчер Джей был в своей стихии и, судя по всему, наслаждался самым значимым днем в своей карьере[60]. Находившийся на ПКП Энди чередовал авиаудары, наносимые совместно с майором Дино Мюрреем, офицером по связи и взаимодействию с авиацией, с действиями, происходящими вокруг их позиции. Крис, снайпер «морских котиков», заметил наступающую группу из десяти-двенадцати бойцов. «Они перемещались каждые несколько минут с позиции на позицию, каждый раз делая паузу, чтобы сделать несколько выстрелов по нам. Несколько человек с гранотометами и несколько, похоже, командиров, с портативными радиостанциями, размахивающих руками и призывающих остальных через хребет вступить в бой».

«Котики» обсудили ситуацию и, вместе с Энди, выстроились в цепь и двинулись вперед, сокращая расстояние до противника. Об авиаударе не могло быть и речи — слишком близко. Крис и Эрик открыли огонь, убив нескольких контрснайперов «Аль-Каиды».

Энди и Гуди пригнулись и побежали вдоль скальной стены, которая скрывала их передвижение. Энди тоже был снайпером — при желании боевые диспетчеры могли получить эту квалификацию в процессе своей службы. Оба выскочили и быстро поразили одну цель за другой, уничтожив половину вражеских сил. Диспетчер вспоминает: «Бой был односторонним».

Четверо бойцов «ликвидировали угрозу вражеского огня, который прижимал солдат ТГр “Раккасан”, убив одиннадцать человек и ранив еще пятерых. Затем они отошли на линию хребта, обеспечивая “наблюдение” в интересах обычных сил, в то время как Энди Мартин начал вызывать непосредственную авиационную поддержку ударных вертолетов AH-64 на минометные позиции противника, обнаруженные снайперами “морских котиков”», — говорится в одном из отчетов АФО об итогах операции.

На этом боевые действия не закончились. Энди продолжал наводить бомбардировщики B-52 и B-1, пока минометные расчеты группы «Раккасан» и «Аль-Каиды» обменивались залпами. Во время перестрелки мишенями был и ПКП: противник эффективно укладывал минометные мины на удалении до пятидесяти метров от осажденной позиции.

*****

В нескольких километрах к югу Хоталинг вместе со своей группой САС наблюдали за развитием событий через зрительные трубы и оптические прицелы, пока по сети боевого управления авиацией передавались подробности того, как его собрат боевой диспетчер уничтожает вражеские позиции и бойцов. К сожалению, на дальнем южном конце долины не было ни боевых столкновений, ни отходящих вражеских сил. Специальная Авиадесантная Служба упорно наседала на своего американского союзника, чтобы быть в деле, потому что наблюдать за происходящим с трибун и слышать, как растет число потерь среди своих войск, было просто неприемлемо.

После общего обсуждения ситуации, Мэтт, командир группы, был непреклонен: им нужно передислоцироваться поближе к месту основных действий. Группа изучила свои карты и компьютерную систему FalconView Хоталинга, определив место новой патрульной базы на севере, которая находилась достаточно близко, чтобы они могли оказать поддержку в сражении. Хоталинг вышел на связь и запросил эвакуацию и переброску — с таким количеством снаряжения, о патрулировании пешком до нового места не могло быть и речи. После некоторых переговоров был обещан один из двух находящихся неподалеку вертолетов Ми-17, принадлежавших ЦРУ.

Разведгруппа собрала свое снаряжение и приготовилась к эвакуации. Вскоре после 18:00 Хоталинг услышал на частоте связи с вертолетами позывной црушного борта. Эвакуировал их тот же самый экипаж, который их и высаживал, и громоздкая махина, задумчиво зависнув, приземлилась рядом с разведчиками, которые забрались в пропитанный маслом салон, закинув предварительно туда свои рюкзаки. В отличие от «Чинуков», у российских вертолетов не было рампы, и поэтому людей и снаряжение пришлось поднимать на высоту трех с половиной футов над землей. Когда все забрались на борт, вертолет поднялся в воздух, чтобы совершить короткий прыжок к новому месту. Через четыре минуты группа выгрузилась, и неуклюжий вертолет исчез в небе.

Не успел он улететь, как стало ясно, что их высадили не там, где нужно. Они не только оказались вдалеке от своего объекта, но и не приблизились к месту боя, чем были до того, как их сняли. Пытаться вернуть Ми-17 было бесполезно — он уже отправился на следующее задание. Бойцы САС застряли на элювиальном плато, в устье сухого русла, берущего начало между двумя вершинами. Используя систему GPS и свои карты, бойцы определили, что им необходимо подняться вверх вдоль русла.

Идти по этому маршруту без анализа или разведданных о местонахождении противника означало попасть в засаду. Хоталинг вспоминает: «После того как црушники высадили нас не там, где нужно, и мы наметили маршрут, он вел прямо вверх по ручью. Местность по обе стороны русла ручья была закрытой, и узнать, что находится наверху или между нами и нашей оперативной базой было невозможно. К тому же расстояние, которое нужно было пройти, просто убивало».

Они не знали, сколько времени потребуется на осуществление марша, но не сомневались, что сделают это. Хоталинг снова вышел в эфир, на этот раз в надежде найти что-нибудь, что могло бы служить платформой разведки и наблюдения (ISR), хотя бы тот же патрульный самолет P-3. Он связался с находившимся в небе самолетом ДРЛОиУ, лучшим источником информации о координации авиационных средств в воздушном пространстве и запросах на авиаподдержку, надеясь заполучить АС-130, но все ганшипы находились в приоритете для оказания поддержки реального боя, происходящего к северу от них. Вместо этого над головой появился «Хищник», в данном случае вооруженный беспилотник ЦРУ с позывным «Зарница».

— Все в порядке, — сообщил он Мэтту, после чего спецназовцы взвалили на плечи рюкзаки и шагнули в непроглядную тьму, держа наготове оптические прицелы и оружие. Предстояла долгая ночь.

*****

Для Блейбера долгая ночь уже перешла в еще более долгий день. После того как тактическая группа «Хаммер» ушла на дно, американцы вернулись на конспиративную базу. Его разведгруппы, находившиеся на поле боя, оказывали бóльшее влияние, чем главные силы, которые вели минометные дуэли и стрелковые бои, но большинство целей не уничтожали и при этом несли значительные потери. В 11-й тактической группе бригадный генерал Требон заявил: «Хорошей новостью было то, что наблюдательные пункты ТГр-11 исключительно хорошо выполнили свою задачу оказания непосредственной авиационной поддержки, нанеся противнику 60 процентов потерь от общего его числа».

В центре этих слов находились несколько боевых диспетчеров. О событиях того дня Блейбер вспоминает так: «Джей Хилл находится в поле с группой “Джульетт” и на лету создает зоны поражения. Это было просто невероятно! Эти ребята (боевые диспетчеры) — одни из наиболее всесторонне развитых, универсальных парней. Если бы я отправлялся на операцию на Марс, я бы обязательно взял с собой одного из