Все грехи мира. Книга 1 - Алексей Ракитин

убийцами». Эти преступники всегда знают, что они — хорошие, а те, кого они лишили жизни — плохие. Почему именно? Да потому, что они за столом чавкали… ногти грызли… нецензурно выражались… ноги при входе не вытирали… молитвы громко шептали, или наоборот, смеялись во время молитвы… и после того, как они были убиты мир стал чище.

Полуляхов — «правый человек» и, сделав такой вывод, мы сразу многое про него поняли. Нам стало ясно, как работает механизм его самооправдания, как он программирует себя на совершение убийства, как он избегает нервных срывов и почему он обязательно убьёт снова.

Идём далее.

Через два десятилетия после убийства семьи Арцимовичей в другой части страны — в районе Москвы и в губерниях черноземной полосы — действовала банда переменного состава, возглавлявшаяся неким Василием Родионовичем Котовым. Бандиты совершали ограбления отдельно стоящих домов как в пределах населенных пунктов, так и в сельской местности. Их нападения растягивались на многие часы. Преступники проникали в дом обычно поутру, а покидали его в тёмное время суток. Перед уходом они убивали всех обитателей дома. Всё выглядело как классический грабёж, хотя, бросая ретроперспективный взгляд, нам следует признать, что картина происходившего была много сложнее.

Считается, что первое нападение бандгруппа совершила осенью 1917 г. в селе Островцы Гжатского уезда Смоленской области. Тогда выстрелами из револьвера оказалась убита семья церковного старосты числом 3 человека. Далее последовала череда нападений и убийств в самом Гжатске и его окрестностях. В декабре 1918 г. были ограблены, изнасилованы и убиты выстрелами из револьвера работница помещичьей усадьбы, расположенной в 4 км. от Гжатска, и её дочь — это было первое преступление, в котором проявился сексуальный мотив, хотя ни тогда, ни позже правоохранительными органами он не рассматривался в качестве определяющего. Постепенно география преступной деятельности банды Котова расширялась, данное обстоятельство, кстати, привело к тому, что нападения в разных городах и губерниях уголовный розыск молодой Советской республики между собою не связывал. Вплоть до ноября 1920 г. убийства совершались с использованием разнообразного огнестрельного оружия, что также мешало сделать вывод о действиях одной группы.

Но в декабре 1920 г. в Курске было совершено убийство семьи из 5 человек, причём для расправы использовался топор. В последующие месяцы и годы Котов со своими подельниками оставался верен сделанному выбору, отказавшись от применения пистолетов и ружей, и переключившись на использование холодного оружия рубящего и дробящего действия. Любимым орудием убийства стал топор, хотя по меньшей мере в двух нападениях бандиты воспользовались молотком, а один раз — весовой гирей, взятой в магазине. Гирю они вложили в полотенце и орудовали ею, как кистенем.

Данная деталь заслуживает быть отмеченной особо: преступники были прекрасно вооружены и имели возможность убивать жертвы быстро, тихо и с минимальными мучениями, но они явно отдавали предпочтение наиболее изуверскому и пугающему виду убийств, которые совершались на глазах пленников и явно были рассчитаны на их полное подавление.

Банда Котова отметилась рядом массовых убийств, удивляющих числом жертв. Так, например, в январе 1921 г. преступники в г. Курске зарубили топорами китайскую семью и пришедших к ней в гости друзей, всего погибло 15 человек! В июне 1922 г. в Боровском уезде Калужской области аналогичным образом была убита семья из 16 человек.

Общее число убитых этой бандой точному определению не поддаётся, сам Котов в период следствия сознался в причастности к умерщвлению 116 человек, но следует иметь в виду, что он не был до конца откровенен. Главарь, понимая, что будет расстрелян, не спешил сознаваться и каяться, скрывал подельников, явно многое умалчивал и вообще держал себя по воровским «понятиям». Не подлежит сомнению, что личный мартиролог Котова очень велик и этого изувера надлежит с полным основанием отнести к числу самых кровавых уголовных убийц новейшего времени.

Разоблачили Котова во многом благодаря удачному стечению обстоятельств. 2 мая 1922 г. в районе железнодорожной станции «Шаликово» Можайского уезда Московской области (тогда — губернии) была убита семья хуторянина Поздняка из 8 чел. Кроме крестьян жертвами стали 3-е мужчин, никак с ними не связанные. Как выяснилось в ходе следствия, это были охотники, проходившие мимо дома и задержанные убийцами, выдававшими себя за работников милиции, якобы проводящими обыск. Охотников заманили в дом под тем предлогом, что надлежит поприсутствовать при обыске и подписать протокол, после чего разоружили, связали и казнили вместе с членами семьи Поздняка.

О деталях случившегося сотрудникам уголовного розыска сообщила 11-летняя Христина Поздняк. На протяжении многих часов девочка наблюдала за «обыском» грабителей, видела, как в дом привели охотников, как преступники стали выносить на улицу тюки с награбленным имуществом. Девочка сообщила, что все 11 человек, связанные по рукам и ногам, находились в одной комнате, и преступники начали убивать их одного за другим, даже не пытаясь скрыть расправу от пленников. В момент совершения убийства, когда поднялся всеобщий крик и связанные люди попытались буквально расползтись кто куда, Христина к своему счастью заползла под кровать и неожиданно провалилась под подгнившие доски пола. Убийцы видели, что девочка исчезла под кроватью и принялись её искать, для чего сначала отодвинули кровать, затем подняли несколько половиц и стали осматривать подпол, освещая темноту фонарями. Христина, хотя и была крепко связана, сумела отползти за выступ фундамента печи и осталась не замечена — это спасло девочке жизнь.

Христина Поздняк сообщила сотрудникам уголовного розыска описания преступников, которых хорошо рассмотрела. Это дало первую надёжную зацепку, а вскоре появилась и вторая.

Через две недели — 15 мая 1922 г. — случившееся возле железнодорожной станции «Шаликово» повторилось возле другой железнодорожной станции — «Нара» в Наро-Фоминском уезде Московской губернии. Расстояние между местами совершения преступлений составляло немногим менее 25 км. Там при очень схожих обстоятельствах оказалась умерщвлена семья крестьянина Иванова численностью 13 человек. Один из потерпевших, смертельно раненый Николай Иванов, несмотря на тяжёлую черепно-мозговую травму, несколько раз приходил в сознание и сумел дать важные показания сотрудникам уголовного розыска. Так правоохранительным органам стало ясно, что разные преступления совершены одними и теми же людьми и в окрестностях Москвы орудует исключительно опасная банда.

Непосредственная развязка последовала после того, как в октябре 1922 г. на Котова донёс один из членов банды, некий Иван Крылов. Последний был арестован за грабёж, никак не связанный с делами Василия Котова. Опасаясь смертной казни, Крылов попросил прокурора о снисхождении и… «заложил» своего дружка и патрона.

Василий Котов родился в 1885 г., отец его был алкоголиком с уголовным прошлым, за кражу он пробыл в местах лишения свободы 4 года. В семье было 5 детей и все мальчики, что следует признать нетипичным. Первый раз будущий убийца попал под суд в 1904 г. за хищение из кассы трактира, в котором работал. Это примерно то же самое преступление, за которое