Капкан Бешеного - Мария Зайцева

И так сладко в его плену. В его капкане.

Говорить не хочется, вспоминать весь бред этот не хочется, но… Вдруг я чего-то не понимаю? Не вижу? А он со стороны и поймет…

— Понимаешь, как объяснить-то…

— Словами. Просто говори. Я уточню все, что мне надо.

— Да если бы я понимала, что именно говорить…

— Про конфликты. Про угрозы. Посылки.

— Ну вот ты сам все знаешь же!

— Не все.

— Ой… — фыркаю я, — ну ладно… Пока у Конюховского была, особых конфликтов не было. Сам понимаешь…

Он кивает, губы чуть резче сжимаются, и носогубные складки проявляются отчетливей. Эй-эй-эй! Мой викинг! Не надо думать про это!

Перескакиваю торопливо на другую тему.

— После того, как все более-менее устаканилось, и я начала снова петь и выкладывать песни, народ ко мне пошел. Многие меня узнали, кто-то, оказывается, ждал меня прежнюю, прикинь? — качаю головой, изумляясь в очередной раз людям, — они мне сделали буст… И песни пошли. Сам понимаешь, народ у меня на канале разный был, писали отзывы, восхищались, ругали, короче, радовали эмоциями. Я кайфовала от того, что эти эмоции мои песни пробуждают. Это, знаешь, особый вид кайфа… Но ладно, не об этом. Потом, года через два, когда я уже вполне раскрутилась, меня стали слушать, рекомендовать, пошли деньги первые рекламные и отчисления, короче, финансовая свобода полная. Тут появилась Вася на горизонте. Я ей помогла, и она меня вытащила на новый уровень. Потому что у меня просто музыка, песни, а у нее… Ну, ты сам знаешь.

Демид чуть морщится, и у меня складывается ощущение, что нифига он не знает. Не интересовался творчеством своей невестки. Блин, бесчувственный какой! Вася — это уникум, а он… Но ладно, потом я с ним это обсужу. Васе будет приятно, если отец ее парня проявит хоть зачаточный интерес к ее творчеству.

— И в этот момент у меня на канале появились новые слушатели… — я разворачиваюсь. поудобней ложась на коленях у Демида, смотрю в потолок машины. Мы тихо едем, и меня едва заметно покачивает. Так уютно сейчас, так спокойно! И тема, от которой меня тогда трясло несколько месяцев, кажется глупостью. Даже смешно рассказывать. — Понимаешь, мне все время что-то дарили… ну, слушатели. Не материальное, нет. Например, одна девочка постоянно писала стихи-ответки на мои песни. Или, например, я пишу песню от лица девушки, а она мне тут же в комментариях — от лица ее парня. Выходило прикольно. Это называется «фан творчество». Оно не продается, само собой, потому что основано на моих песнях, моих героях. Но интересно, и подписчики вовлечены. И так же с картинками. Раньше мне дарили нарисованные от руки, сделанные в фотошоп, клипы делали на мои песни, с нарезками из фильмов, целые мини-фильмы получались, так интересно было! Это все потом расшаривалось, народ ко мне приходил. И была девочка, она делала картинки тоже по моим песням. ИИ-картинки. Как раз же ии вовсю юзать стали. Такие, классные, мне нравилось. Мы с ней общались, все хорошо было. И она прямо много делала картинок! А потом…

Я морщусь, вспоминая, что случилось потом.

И Демид уточняет спокойно:

— Бабок захотела?

— Да нет… — все у него к бабкам… Мир мужчин… — я ей и так платила… Ей нельзя было напрямую, там проблемы были какие-то с оформлением, я не вдавалась даже. И я ей оплачивала курсы разные, программы, в которых она работала… Такое, тоже нематериальное, но денег стоит. По сумме вышло, в итоге, прилично очень, кстати…

— И чего тогда?

— Ой… Там что-то странное… Она обиделась, что мне другая девочка начала делать картинки. Боже, сейчас говорю тебе, реально, словно детство… Нет, это не она, Демид! Ну ей нафига?

— Как ее зовут? Хотя… Данные мне на нее скинь. Проверю.

— Да зачем? Я уже все забыла…

— Это ты. А есть люди, которые все помнят.

— Да я с ней просто общаться перестала! — я сажусь на сиденье, поправляю одежду, смотрю на своего властного викинга, — она там начала всякую фигню говорить, типа, что я ей должна платить за картинки, что она все придумывала, что она на меня бесплатно ишачила и только за счет нее я поднялась… Ну, бред всякий! И все это — не в лицо, а за спиной. Но в одном инфопространстве. Нашлись среди моих подписчиков ее последователи, не знаю уж, каким образом она им умудрилась мозг засрать… Но я быстро со всеми разобралась. В интернет это легко же сделать. Заблочила всех, и дело с концами! Это не оттуда вообще ветер дует!

— Вот и проверю.

Непрошибаемый, блин!

И зачем я сболтнула?

— Знаешь, я вот думаю, может, это кто-то из тех, с кем я работала раньше? — переключаю его на другую тему.

— Подробней.

— Ну, я вот сейчас только подумала… Когда с Конюховским все плохо было уже, меня пытались… Ну… Типа, под опеку взять другие агентства… Как падальщики, почувствовали, что он ко мне остыл, и кинулись. А я ускользнула. И вот мне кажется, что кому-то что-то обломала… А, может, он меня пообещал кому. Тупо слил. А я свалила… Ох… Демид… Я что-то вспомнила сейчас… И не хочу уже в этот гадюшник. Ну вот честно… Столько дерьма.

— Везде полно дерьма. Везде, где деньги и люди. Так что, тут либо дома сидеть, либо уметь кусаться.

— Я не умею…

— Я за тебя всех покусаю. И сожру.

И, не дав мне сполна оценить сказанное, приказал:

— Иди сюда.

Глава 41. Бешеный. Большой переполох

Большой непривычно хмурый.

Нет, вообще-то привычно, конечно, потому что его морда бородатая редко выглядит по-другому. Даже если настроение нормальное, то брови, вечно собранные на переносице, и жесткий взгляд не позволяют оценить степень его благодушия.

Но сегодня что-то прямо перебор.

На охрану рычит так, что те бледные ходят.

И не отсвечивают.

Юристы его тоже лишний раз стараются не попадаться на глаза.

Мой Анатолий покрепче, конечно, но атмосферу ловит. Потому и так долго со мной проработал. Чутье у человека звериное на проблемы и настрой возможных партнеров по сделке.

Потому на самой встрече тишина, нарушаемая лишь по необходимости: вопросы по формулировкам, замечания, уточнения и прочее.

Анатолий рулит.

Я просто сижу необходимым приложением с финальным правом подписи.

Изучаю переданные мне документы.

Большой просто сидит, бездумно смотрит на дождь за окном.

И взгляд у него… Странный.

Надо поговорить после заключения сделки.

А то до не получилось, я был занят, а