Инквизитор. Охотник на попаданцев 2 - Миф Базаров

Что же касается шестого мира, я достал из внутреннего кармана схему колоний. Развернул. Мир «Орск», судя по обозначениям, степной. Дорог и населённых пунктов нет. Полезных ископаемых тоже нет. Идеально подходит для земледелия, но находится на отшибе, а это дополнительные траты на логистику и охрану, которые съедят все выгоды от колонизации этого мира.

Радует то, что со мной маг земли Захар, а это значит, что переместиться из пятого в шестой круг миров мы сможем без проблем. Знать бы только в каком месте, чтобы потом не плутать там кругами в поисках каравана. А время идёт.

Чёрт!

«Езжай тихо». Не «жди». Не «не торопись». Тихо значит не светясь.

Я сложил записку. Засунул её во внутренний карман, который ещё немного — и будет напоминать портфель для бумаг. Все записки Петра, письмо от Насти и схема колоний, которая тоже заняла своё законное место там.

Поправил на поясе рунный нож и вышел на улицу. Машины на заправке не было, пикап уже стоял у кафе.

Я сделал пару шагов и остановился.

У капота пикапа стоял Снежный. Наклонился, чертил пальцем в пыли на горячем металле. Что-то рисовал. Мария рядом, тоже наклонилась, смотрела на схему. Захар говорил негромко, ровно, без напряжения.

Мария негромко рассмеялась. И что-то добавила сама, палец её прошёл по тому же чертежу, ткнул в какую-то точку.

Захар коротко кивнул и улыбнулся, а потом после очередной фразы девушки вдруг засмеялся.

Я стоял и смотрел.

Смеющимся Захара я ещё не видел.

Взгляд по привычке прошёлся по фону.

На Захаре висел амулет. Цепочка на месте, артефакт под рубашкой, выпирал на груди овальным бугорком. Но фона он больше не давал. Заряд кончился.

Глава 19

Я подошёл ближе.

Захар так увлёкся, что не замечал меня. Его палец всё ещё чертил что-то на капоте, но теперь я увидел, что. Это был план среднего форта, где мы познакомились во время схватки.

Мария рядом, само участие: наклонилась к рисунку, плечо опущено. По фону понял, что меня напарница засекла, как только я вышел из-за угла, но глаз в мою сторону не подняла. И Захара не остановила.

Я притормозил метрах в четырёх.

— … вот я и подумал, — продолжал Захар, — что инквизитор перед боем молится. Я же не знаю, как там у вас заведено. Ну… мешать не стал, перекрестился.

Мария негромко хмыкнула.

— А он, оказывается, что? — продолжил мужчина. — Стоит, на пролом смотрит. Лицо такое… сосредоточенное. Взгляд будто сквозь стену глядит. Губами шевелит, шепчет. Я думаю: четырём стихиям, помилуйте меня. Дёргать не буду.

— А он что шептал?

— Считал.

— Считал?

— Двадцать четыре, — Захар выпрямился, посмотрел в небо. — Двадцать четыре разрывных. Шесть в револьвере. Два картечных в дробовике. Восемнадцать в подсумке. Наверняка ещё в башке макры из кошеля подсчитывает.

Мария наклонила голову, повела бровью.

— А вы откуда знаете?

— Ну… это после боя. По дороге в «Данилино»: двадцать четыре, шесть, шесть, двенадцать, восемнадцать. И опять куда-то вдаль стеклянным взглядом. И тут до меня и дошло, что это не молитва была.

Захар сделал короткую паузу. Я по фону понял, что останавливать поток фантазии Снежный не собирался.

— Я с того дня тоже считаю.

— Перед боем?

— Перед. У меня лом один, два макра. Считать недолго.

Мария тихо рассмеялась.

Захар поднял глаза, потом обернулся и увидел меня. Палец дёрнулся, портя образцовую топографическую схему на капоте.

Я подошёл ещё на пару шагов.

Маг смотрел на меня секунды две. По верхам у него, как у человека, которого застали посреди двора без штанов. Секунда — и Снежного отпустило. Я улыбнулся.

— Игорь Юрьевич, — ровно сказал он.

— Захар Васильевич.

Мария даже бровью не повела. Только чуть кивнула, словно продолжала прерванный диалог.

Захар ничего обидного не рассказал, так, байки травил. Считать боезапас перед сражением — вообще не то, над чем смеются люди, которые хоть раз в разгар битвы оставались без патронов.

Главное тут другое: они, вроде, поладили.

— Мария Ивановна, что там с едой?

— Подали, наверное, пойдёмте.

— Я догоню, — сказал Захар, — переставлю пикап в тень.

Он развернулся к водительской двери, попутно мазнул ладонью по капоту, стирая схему. Я перехватил его взгляд на полпути. Захар чуть приподнял один угол рта. Я ответил тем же.

В кафе пахло жареным луком и хлебом из печи.

Длинные столы со скамьями, над которыми работали большие вентиляторы, у входа занавески от мух, женщина в фартуке с подносом наперевес. На крайнем столе, у окна, стояла еда: миски с борщом, жаркое, чёрный хлеб. В центре — стеклянный графин с морсом, по бокам капли конденсата, сползающие к подносу.

Сели.

Первые минут пять не говорили. Морс холодный, до зубной ломоты. Наконец нормальная еда. Жаркое было чересчур сдобрено чесноком, но это даже придавало некую колониальную изюминку.

Ели молча, наслаждались.

Закончив с первым и вторым, положил ложку и достал из внутреннего кармана записку Петра. Развернул, посмотрел ещё раз, хотя текст и так помнил.

— По южному. В шестом — «Орск». Основная база у них в восьмом, но туда идут налегке. Езжай тихо.

Мария кивнула. Захар жевал, не поднимая глаз.

Я развернул на углу стола схему колоний. «Орск» в шестом кольце, земляной сектор. Проход через «Кержак». Ни одного населённого пункта.

— Степь, — сказал я. — Мне непонятно, зачем им туда налегке. Ведь по степи на грузовике езжай куда хочешь, везде дорога.

Захар поднял голову от тарелки. Прожевал. Запил морсом.

— «Орск» — не степь. Болото. Трясина одна, завязнешь, как только вступишь. Техника там или увязнет вся, или сразу ко дну пойдёт.

— А на карте?

— Карты эти не обновляются, да и зачем, всё, что за внешним кольцом колоний, это фронтир. Лет двадцать назад там и правда везде была степь. Но потом после очередного прорыва всё затопило. А карты не меняли. Я когда первый раз туда поехал, был удивлён. Думал, на разведку этого мира потрачу несколько месяцев. В итоге всё закончилось в первый же час.

Я отодвинул стакан с морсом.

«Первый раз поехал».

Значит, был и следующий. В шестое кольцо, в болото, не учтённое никаким имперским сектором. Изыскания? На такие задачи серовского дорожника без серьёзного образования и связей не пошлют. Плюс магия земли пятого, работает тонко, строил мост в Аркино три года назад, уверенная манера вождения. Слишком много для простого инженера