Системный скуф. 3 том - Шекли

Глава 20

Правитель

Маадор Икрал: Чего ты хочешь? Возвышение? Место в сенате? Свой дистрикт?

Сообщение повисло в пустоте, заставляя меня оторваться от вялотекущих мыслей и попытаться собрать их в кучку. События последних дней оказались столь насыщены, что даже я, в двух телах, с прокачанным сверх всякой меры разумом и четырьмя потоками сознания в реальном теле жутко устал. События неслись вскачь. И стоило мне остановиться хотя бы на минуту, как все могло рухнуть. Каждая секунда отдыха отзывалась подспудным страхом. А вдруг именно их не хватит, чтобы все увенчалось успехом? А вдруг за это время произойдет что-то, что я уже не смогу контролировать.

Вендор Кловд: То, чего я хочу, вы мне дать не сможете. Вы умрете. Империя восторжествует. А вместе с ней над обоими сферами миров воцарится бессмертный. Во славу императора Человечества и его аватары Ксандры…

На этой ноте я разорвал соединение, удаляя контакт. И, наконец, позволил себе искреннюю усмешку, представляя ошарашенное лицо сенатора под номером двадцать пять. Пожалуй, это могло быть самым масштабным троллингом за всю историю республики и империи. А тот масштаб событий, которые я заварил, не даст им быстро отбросить этот бред про бессмертного как дезинформацию. Конечно, соблазн поговорить с сенатом был. Особенно теперь. Когда они, вроде как, облажались.

Ведь несколько Рук, прибывших сверху за эти дни, неплохо так меня напрягли. Даже ранили. Но так и не отбили эти миры. Наверное, если бы сенат не зассал, если бы отправил за мной всех рук сразу, включая тех, что недавно возродились. И у меня бы не было шансов. Но история не любит сослагательных наклонений. А после еще одной заварушки там наверху власть словно затихла. Но не стоило обольщаться. Все те, кого я убил, могли вернуться сюда как минимум еще один раз. Даже если еще одной смерти они могли и не пережить. Сенат ни перед чем не остановится. Так что я не удивлюсь, если в самый неожиданный момент все руки снова сюда хлынут, но уже с рабскими печатями, чтобы уж точно не попытались сбежать перед лицом окончательной смерти.

Однако и путь переговоров не мог мне ничего дать. Нам просто не о чем было договариваться. Я сделал свою ставку. Поставил все. Перевернул мироздание. Пошел против самой основы власти сената. И даже пообещай они мне что, даже титул императора всего первого слоя с обширнейшей автономией, в мироздании не было никакой силы и никаких законов, чтобы проследить за исполнением этих обещаний. Здесь правила лишь сила. И пока что сила была на моей стороне. Ну а сообщение? Будет только круто, если меня посчитают марионеткой империи. Тогда часть ресурсов республики будет кинута не против меня, а против наших общих врагов. Да и заставить сенат трепетать перед страхом того, что у империи есть бессмертный, практик седьмого этапа, о котором ходили только легенды, дорогого стоило!

— Слушайте все… — Произнес я, устало, измотано глядя вниз. На Мондотар. Столицу первого горизонта. Величественный мегаполис, где к облакам тянулись даже небоскребы. Непривычные мне, с чуждой архитектурой, чуть напоминающей творения советских футуристов. Это еще раз напоминало об одной немаловажной детали. Что этот мир для меня неродной. Что пришлые здесь прибыли с Баворта. С Тверди. Из мира так похожего на Землю, но все равно отличающегося.

— Отныне на всем первом горизонте больше нет власти Сената. — Слова, пронизанные светом, пронизанные чудовищным объемом силы, падали вниз. На изъеденный, припорошенный черным пеплом полуразрушенный город. Впрочем, учитывая, что Мондотар располагался прямо рядом с переходом на второй горизонт, было удивительно, что он вообще уцелел. Именно неподалеку отсюда прошла одна из финальных битв с руками-ликвидаторами. С парой адептов, которых натаскивали именно на устранение неугодных рук.

— Сенат это не мудрые правители. Сенат это кровавые поработители. Монстры, что заняли небесный пьедестал. И их не волновало ничего, кроме собственного возвышения. Да, этот мир жесток. Куда жестче нашей прошлой родины. И те из вас, кто пришел оттуда, кто помнит прошлые порядки, здесь были вынуждены вымарать эти воспоминания из своей души. А те, кто родились уже здесь, даже и не понимают, почему другие ужасаются жестокости. И должен признаться, за свою чудовищно долгую жизнь, я тоже вымарал эти воспоминания. Заставил себя забыть все и встать на сторону сильнейших.

Эта речь, которую сейчас слышали миллионы, была ложью. Естественно, Вендор не был пришлым. Он родился уже здесь, в могущественном роде Сенатора. Но его память имела прекрасную базу, в плане знаний о мироустройстве Баворта. Даже из разных временных отрезков этого мира, ведь как и в империю, сюда попадали жители из разных эпох этой загадочной планеты трех континентов. И сейчас я пытался сыграть на струнах души людей. Заставить их вспомнить то, что они забыли. Пускай это и было глупо. Большинство горожан в столице были уже местными. Только разве что слуги и рабы иногда были из возрожденных. Но мне нужны были все.

— Мы все привыкли жить в жестокости. Мы привыкли жить в парадигме силы. Где сила правит и определяет все. Но всему есть предел! — Добавил я в голос ярости. Так что внизу смертные даже попадали на колени. Но глупо было бы надеяться только на такой эффект слов. А потому невдалеке, скрытый невидимостью, набирал мощность крайне редкий артефакт, добытый мной за эти дни.

Артефакт «Великое знамение» (этап: 4)(качество: среднее) - Напитанный эссенциями, этот артефакт распространяет ментальную ауру на многие мили, позволяя воздействовать на разумы миллионов разумных.

Огромный шар запульсировал синим светом, что становился затем почти незаметным, растекаясь на километры вокруг. Подчинить им разумы людей полностью было не то чтобы невозможно. Возможно. Но неэффективно. Простым смертным он мог выжечь мозги, включи его в полную мощь. А сильные адепты сопротивлялись. Так что к ним если и можно было применять ментальное программирование, то только точечно, с привлечением специалистов. Хотя я до сих пор предпочитал пользоваться печатями. Я клеймил всех печатями рабства. Всех глав, наследников, даже столпов. Банкиров и наместников. Я выгребал все запасы печатей рабства и освобождения от них, становясь монополистом на этот ресурс. Собственно последние пару дней я как ужаленный летал по всему первому слою, прыгая из мира в мир и подчиняя всех, кто под руку попадется.