Его враг – его жена - Ника Давыдова

— Этот свет можно использовать, — мягко, но настойчиво продолжил он. — Если вы сможете почувствовать его внутри себя, собрать в маленький шар и мысленно направить адресату, получится нечто вроде варианта солнечного вестника. Но для того, чтобы сигнал гарантированно нашел меня сквозь любые барьеры, вам нужно знать, куда его отправлять. Сигнал путешествует от источника к источнику.

Он остановился в шаге от меня и протянул руки ладонями вверх.

— Дайте мне ваши руки. Я должен показать вам свой источник, чтобы вы поняли, как это примерно выглядит.

Я послушно, стараясь двигаться максимально плавно, вложила свои ладони в его. Аэлрик бережно перехватил мои запястья. Его пальцы были горячими, сильными и чуть шершавыми.

— Смотрите в район моего сердца, Шаэри, — попросил он понизившимся, бархатным голосом. Будто мы минуту назад мы тут не говорили с друг другом на повышенных тонах. — Сосредоточьтесь на ощущениях. Представьте, что у силы, которую вы почувствуете, есть форма.

В следующий миг от горячих пальцев Аэлрика, сжимающих мои запястья, по моим венам потекло мягкое знакомое тепло. Оно не обжигало, а ласково окутывало, устремляясь куда-то вглубь моей груди и отзываясь там странным, щемящим трепетом. Я задержала дыхание.

Сначала я просто прислушивалась к этому теплу, смотрела вперед, но кроме привычного мундира ничего не видела. Но со временем взгляд будто сам собой немного размылся, очертания тела напротив немного поплыли, и я увидела то, о чем говорил Аэлрик.

Огромный, пульсирующий сгусток золотой энергии, живой и бесконечно мощный. От него веяло абсолютной надежностью, силой и… затаенной, глубокой болью. Сквозь эту магическую связь на меня вдруг обрушились его эмоции: глухая тоска, разрывающий изнутри страх, гнев и совсем робкое желание чего-то мне не совсем понятного. Это все показалось вдруг таким интимным, что я резко разорвала прикосновение.

Золотое сияние тут же погасло, оставив меня в привычном полумраке кабинета наедине с бешено колотящимся сердцем. Одно неловкое движение — и холодный металл в левом рукаве предательски скользнул по коже вниз, заставив меня судорожно прижать локоть к талии. Главное, чтобы не выпал. Хотя в данный момент ключ казался самой последней вещью, которая меня вообще беспокоила. Мне как-то… стало не по себе.

Аэлрик замер, медленно опуская опустевшие ладони. В его потемневших глазах мелькнуло понимание.

— Испугались? — негромко спросил он, внимательно вглядываясь в мое лицо.

— Нет, просто это… слишком личное, — призналась я, пряча глаза, — Вы уверены, что мне можно все это видеть? То есть… чувствовать?

— Ну, вы ведь никому не расскажете? — голос сильварха смягчился. — Но вы должны понять, как это работает, чтобы в нужный момент не растеряться. Давайте попробуем еще раз. Позволите?

Я нерешительно кивнула. Аэлрик снова бережно взял меня за запястья, и по венам вновь побежало пульсирующее тепло. Внутренним взором я опять увидела этот ослепительный золотой сгусток в его груди, и меня опять буквально окунуло в солнечный водоворот.

— Хорошо, — прошептал он, и его теплое дыхание коснулось моей макушки. — А теперь загляните в себя, Шаэри. В саму свою суть. Найдите там то же самое тепло.

Послушно закрыла глаза, стараясь абстрагироваться от близости мужчины и жара его ладоней на своих запястьях. Прислушалась к себе, как велел Аэлрик, попыталась заглянуть вглубь… и мысленно наткнулась на глухую стену.

Вместо обещанного света на меня обрушилась лишь липкая паника сегодняшнего дня. Я физически ощущала давящую тяжесть браслета на руке, чувствовала ледяное, вязкое присутствие Тьмы, которая оказывается все время была где-то рядом и ждала своего часа, и сковывающий ужас перед грядущей ночью. Внутри все дрожало. Как можно найти свет, когда ты до смерти напугана, а тело, в котором ты находишься, буквально пропитано чужими грехами и проклятиями?

Я разочарованно выдохнула и уже хотела открыть глаза, признавая поражение, но Аэлрик не дал мне этого сделать.

— Не ищите глазами, Шаэри, — его низкий, бархатный голос прозвучал совсем рядом, пробиваясь сквозь мою внутреннюю панику. Большие пальцы сильварха ободряюще погладили мою кожу. — Отпустите страх. Ищите там, где прячется ваше желание помочь. Там, где ваша искренность и человечность.

Я заставила себя сделать глубокий вдох. И вдруг, сквозь нагромождение чужих мрачных воспоминаний и собственных страхов, действительно пробилось что-то иное.

Сначала это было лишь крошечное, едва уловимое тепло. Но чем больше я концентрировалась на нем, тем яснее оно становилось. Мягкое, светлое, спокойное. Мой собственный внутренний свет. Он не был таким огромным, ревущим и ослепляющим, как золотой источник Хранителя. Скорее, он напоминал ровное, упрямое пламя свечи в темной комнате. Но этот свет был абсолютно чистым, живым, и стоило мне только мысленно прикоснуться к нему, как он радостно вспыхнул, откликаясь и разливая по телу приятное умиротворение.

— Нашла, — тихо выдохнула я, не открывая глаз.

— Отлично, — голос Аэлрика стал чуть более низким. — А теперь, удерживая это состояние, потянитесь к моему источнику. Представьте, что вы отрываете от своего света крошечную искру и отправляете её мне.

Я сосредоточилась. Представила, как светящаяся нить тянется от меня к его золотому центру, и мысленно толкнула её вперед.

Искра сорвалась и достигла цели. И в то же мгновение меня словно окатило теплой волной.

— Получилось, — сдавленно произнес Аэлрик. Большие пальцы на моих запястьях дрогнули. — Попробуйте еще.

Я повторила все, как он просил. А потом еще раз, и еще.

С каждой новой попыткой, с каждым соприкосновением наших энергий воздух в кабинете, казалось, становился плотнее. Мне вдруг стало жарко. Этот жар растекался по венам от точек, где его пальцы сжимали мои руки, и спускался ниже, отзываясь тягучим, пугающе-сладким напряжением где-то внизу живота. Я совершенно не понимала, почему простая магическая тренировка вдруг вызывает такие странные ощущения.

Я приоткрыла глаза, чтобы сказать ему об этом, и осеклась.

Кажется, не на одну меня непонятным образом подействовала магия. Сильварх дышал заметно чаще, грудь тяжело и неровно вздымалась под плотной тканью мундира. Его ладони, держащие мои запястья, стали почти обжигающе горячими. Он смотрел на меня сверху вниз, и его зрачки расширились так, что светлой радужки почти не было видно. Магический резонанс между нашими источниками творил что-то невообразимое.

— Аэлрик… — прошептала я, чувствуя, как от очередного невольного импульса у меня подкашиваются ноги. — Мне… мне почему-то очень жарко.

Он не ответил. Лишь тяжело, судорожно втянул воздух, словно ему катастрофически не хватало кислорода, и его взгляд медленно опустился вниз, остановившись на моих губах.

Воздух между