Его враг – его жена - Ника Давыдова

окном. Аэлрик вернулся только под утро. Я услышала тяжелые, бесконечно усталые шаги на лестнице. В какой-то момент мне до одури захотелось выйти, спросить, не ранен ли он, предложить заварить чай… я даже встала с кровати, но так и осталась стоять у своей двери, вцепившись побелевшими пальцами в дверную ручку.

А на следующий день нас внезапно навестил канцлер. Ринвар прибыл совершенно неожиданно — без предупреждения и, судя по короткому удивленному взгляду вышедшего в холл Аэлрика, они о встрече не договаривались. Глава Канцелярии выглядел мрачнее грозовой тучи. Его плащ был запылен, словно он примчался сюда прямиком с места очередного происшествия.

Не тратя времени на светские приветствия, Канцлер целенаправленно подошел ко мне, тоже спустившейся на первый этаж, но застывшей на лестнице.

Он не стал тратить время на светские расшаркивания и фальшивые улыбки. Едва кивнув мне в знак приветствия он потребовал:

— Вашу руку, пожалуйста.

Я инстинктивно вздрогнула, но послушно протянула ему левое запястье. Канцлер бесцеремонно оттянул край моего домашнего платья, обнажая тяжелый металлический браслет. Я так сроднилась с этим артефактом за последние дни, что почти перестала ощущать его холод и вес. Он стал казаться мне чем-то вроде второй кожи, неотъемлемой частью моего нового, пугающего существования.

Первым делом его жесткие пальцы перехватили мое запястье. Он бесцеремонно задрал рукав домашнего платья, обнажая металлический браслет. Ринвар внимательно, почти придирчиво осмотрел светлый металл, словно проверяя целостность каждой вырезанной печати, и только после этого перевел тяжелый, пронизывающий взгляд на Аэлрика.

— Его Величество видел это? — отрывисто спросил он, кивнув на мою руку.

Аэлрик покачал головой. Лицо его оставалось привычно непроницаемым, но я заметила, как напряглись мышцы на его скулах.

— Нет. Артефакт был надежно спрятан под длинным рукавом платья на протяжении всего визита во дворец.

Канцлер удовлетворенно кивнул, но расслабляться явно не собирался. В каждом его движении, в сжатых губах и напряженной линии плеч сквозила плохо скрываемая тревога.

— Нам нужно поговорить. Сейчас, — бросил он Аэлрику, резко разворачиваясь в сторону лестницы.

Аэлрик послушно последовал за начальником, но перед тем как ступить на ступени, бросил на меня короткий, нечитаемый взгляд. В этих карих глазах с золотистыми искрами мелькнуло то ли немое извинение, то ли строгий приказ ни во что не вмешиваться.

Спустя минуту тяжелая дверь Стального кабинета на втором этаже захлопнулась за ними, отрезая меня от любых ответов. Гулко, как приговор, щелкнул замок.

Я осталась стоять посреди пустого холла, чувствуя, как липкий холодок животного страха начинает ползти по позвоночнику. Ринвар не стал бы врываться в дом средь бела дня без крайне веской причины. Что произошло?

Аэлрик

— Начну с хорошего, — сухо произнес Ринвар, поочередно задергивая занавески на окнах кабинета. — Слежка за Валерианом Эшборном по твоей наводке ведется полным ходом. Мои лучшие люди ведут его от самого особняка. Мы фиксируем каждый его шаг, каждую встречу. Если он хоть как-то свяжется с культом или настоящей Сэлирой, мы об этом узнаем. Так же мы следим и за близкими членами его семьи и с теми, с кем он наиболее часто общается.

Аэлрик коротко кивнул. Эта новость должна была принести облегчение, но напряженная поза канцлера говорила о том, что главное еще впереди.

— А теперь о плохом, — голос Ринвара стал тише и жестче. — Во дворец поступил донос.

Аэлрик нахмурился, чувствуя, как внутри сжимается тугая пружина предчувствия беды. — От кого? И на кого?

— Имя доносчика мне узнать не удалось, так как Его Величество, видимо, подозревает, что я тебя покрывал, но суть в другом. Донесли на твою жену. Точнее, — Ринвар многозначительно посмотрел на дверь, за которой осталась Шаэри, — на ту, кто сейчас находится в ее теле. Королю доложили, что Сэлира одержима темным духом. Злобной, паразитирующей сущностью, которая захватила ее разум.

Аэлрик глухо выдохнул сквозь стиснутые зубы. Идеальная ложь, сотканная из полуправды.

— К сожалению, это еще не все, — безжалостно продолжил канцлер. — Видимо, и среди моих людей, есть предатели… Тот, кто писал донос, прекрасно осведомлен о том, что происходит внутри твоего дома. Королю стало известно, что в твоем особняке постоянно находится несколько Хранителей Света. И это идеально укладывается в картину того, что ты пытаешься удержать «одержимую» жену под контролем.

— Какова реакция Его Величества? — ровно спросил Аэлрик, хотя магия Света внутри него уже начала тревожно покалывать кончики пальцев, отзываясь на гнев хозяина.

— Он в бешенстве. Но, что удивительно, король не винит тебя. Он искренне считает, что ты просто попал под влияние темной магии этого духа. Поэтому за тобой не придут, Аэлрик. Придут исключительно за ней. А тебя, ради твоей же безопасности, отстранят от службы до окончания расследования. Я на твоей стороне, но отменит приказ Его Величества не могу.

Аэлрик резко подался вперед. Глаза сильварха вспыхнули опасным золотым светом.

— Я не отдам ее в подземелья, Ринвар. Ты знаешь, что они делают с теми, кого подозревают в одержимости Тьмой. Шаэри этого не выдержит. Значит, у нас нет времени ждать. Я проведу ритуал обратного обмена сегодня же ночью, а потом выбить из Сэлиры местонахождение базы отступников.

— И убьешь несколько человек в процессе? — ледяным тоном осадил его канцлер.

— Это приговоренные к смерти преступники! Я вроде уже с тобой об этом договаривался! — почти прорычал Аэлрик. — Их все равно казнят!

— А потом отложил на неопределнный срок! Очнись! — Ринвар с силой ударил ладонью по столешнице. — Им назначен другой палач, другие даты казни. Как это будет выглядеть со стороны⁈ Сильварх, втайне пробирается в тюрьму и совершает массовое убийство ради кровавого ритуала! Да это станет для короля неопровержимым доказательством того, что ты тоже одержим! Нас обоих вздернут на площади, а девчонку все равно сожгут!

Аэлрик осекся, тяжело дыша. Логика Ринвара была железобетонной, но отчаяние захлестывало разум.

— Тогда я сейчас же поеду к королю, — упрямо произнес он, направляясь к двери. — Я расскажу ему все. Про обмен душами, про настоящую Сэлиру, про Эшборна…

— И что ты ему предъявишь в качестве доказательств? — устало спросил Ринвар в спину сильварху. — Слова испуганной цветочницы? Мои догадки? У нас нет никаких физических улик, Аэлрик. Ни-че-го. Только вера в слова Шаэри.

Аэлрик остановился, опустив голову. Плечи его напряглись.

— И что ты предлагаешь? Ждать, пока за ней придут?

— Я предлагаю рискнуть, — голос канцлера