Плата за жизнь - Татьяна Александровна Захарова

Фух, а я волновалась. Я улыбнулась и, подойдя к нему, привстала на цыпочки, чтобы поцеловать. Да, я пыталась понять границы дозволенного, так как помнила, что он привык всё контролировать, в том числе и поведение сабы. Легко поцеловала в губы и тут же отстранилась.

– А это тебе нравится? – шепотом уточнила я. Он хмыкнул и покачал головой.

– Понравилось именно сейчас и в твоем исполнении, – признался он. – Не уверен, что так будет всегда.

Он резко притянул меня к себе и поцеловал гораздо требовательнее и откровеннее. Его руки обхватили ягодицы и чувственно сжали их.

– Твою мать! – хрипло выдохнул он, отстранившись. – Нам надо на переговоры, но такими темпами я не смогу никуда уйти.

После чего резко отстранился и направился на выход, по дороге подхватывая пиджак и рубашку. И даже не обернулся ни разу. А я ещё пару минут приходила в себя. После собрала игрушки, которые мы вчера опробовали, и спрятала их в пакет, а потом и в чемодан, вместе с остальными игрушками. А то как представила, как горничная находит их, так сразу и покраснела.

Поколебавшись, выбрала на сегодня брючный костюм. Так больше шансов удержаться в рамках приличий до вечера. Я заканчивала легкий макияж, когда в дверь постучали. Это Алексей решил зайти за мной, чтобы вместе пойти на завтрак.

– Юль, – начал он, когда мы подошли к лифту. – Боюсь, что Владимир будет сегодня хамить. Ради Бога, не обижайся на него. Он вспыльчивый, и ты ему действительно понравилась.

– Не преследовала такой цели, – откровенно сказала я. Ковалевский молча кивнул.

В ресторане за нашим столом уже сидел Владимир и иронично наблюдал за нами. Сдержанно поприветствовала его и уткнулась в собственную тарелку.

– То есть теперь ты будешь дружить с Алексеем против меня? – шутливо уточнил он у меня. Фыркнула от абсурдности предположения и вскинула взгляд. И с удивлением обнаружила в его глазах всю ту же иронию, без примеси злости или гнева. Ковалевский многозначительно хмыкнул и посмотрел на нас, как на малых детей. Вот и как у него это получается? Владимир тоже глянул на него и поморщился. – У тебя такая довольная морда, что даже смотреть противно.

– Не смотри, – коротко предложил он.

Они продолжили препираться между собой, и я выдохнула от облегчения. Всё оказалось не так страшно. Подписание договоров не заняло много времени. Я даже успела за сувенирчиками заскочить по дороге в аэропорт. Просто попросила Сашу остановить машину на пять минут возле туристических магазинчиков.

В самолете Ковалевский не дал мне, как прежде, отсесть в сторонку. Усадил у иллюминатора и сам застегнул мой ремень.

– Пилотов я предупредил. Но может как-то ещё можно облегчить тебе посадку? – спросил он, притягивая мою голову к себе на плечо. Другой рукой он начал массажировать мне кожу под волосами. От удовольствия я едва не замурлыкала как кошка.

– Вот так, все полтора часа полета делай, – с улыбкой попросила я. Наглеть – так на полную катушку. Ковалевский усмехнулся и поцеловал меня куда-то в висок.

– Бррр. Я и забыл, как меня раздражают влюбленные парочки, – заметил Владимир, отстегиваясь и пересаживаясь к Саше и охранникам в конец салона.

– Не обращай внимания, – зачем-то сказал Алексей.

– Легко, – промурлыкала я, утыкаясь лбом в его плечо. Его пальцы прошлись по шее, проминая напряженные мышцы, и я не смогла сдержать стон удовольствия.

Не могу сказать, что приземления я совсем не почувствовала, мои уши ощутили его сразу, как мы пошли на посадку. Но боль была терпимой, да и Ковалевский меня отвлекал.

Так что к отелю в Цюрихе я подъехала во вменяемом состоянии. Ужин Алексей предложил не откладывать, поэтому в номер я поднялась всего на пару минут, чтобы оставить вещи и умыться. За трапезой обсудили завтрашний день. На утро у Алексея запланировано было несколько встреч, но так как все участники свободно говорили на английском, мне было предложено отдохнуть. Или погулять по финансовой столице Швейцарии.

– На выходных у тебя такой возможности не будет, – шепнул Алексей мне на ухо. Я только кивнула в ответ.

Владимир больше не ехидничал насчет нас, а после ужина сослался на дела и свинтил куда-то из отеля. По дороге в номера Алексей держался отстраненно. И весьма непринужденно завернул меня к своим апартаментам. Я и вякнуть не успела, как оказалась прижата к двери с внутренней стороны.

Сумасшедшие поцелуи не давали возразить. А вскоре я и забыла, что хотела сказать…

Утром Лёша старался меня не будить, но я все равно проснулась.

– Я точно тебе не нужна сегодня? – сонно спросила я.

– Ты мне всегда нужна, – тут же нашелся он. – Но сегодня тебе лучше выспаться и отдохнуть.

– Это намек, что в выходные на это времени не будет? – шутливо уточнила я.

– Это не намек, – парировал Алексей, застегивая запонки. А после подошел и выгреб меня из-под одеяла для того, чтобы поцеловать.

В Цюрихе уже царствовала осень. Солнца не было, почти весь день дождь моросил. Гулять в такую погоду не было желания, но до магазина я дошла. Купила чулки и пару сувениров, чтобы не откладывать на последний день.

Остальное время болтала с Кариной, обсуждая её будни. Параллельно собиралась на прием. Решила сегодня надеть фиолетовое платье в пол с оголенными плечами и полупрозрачными рукавами. Шифоновые вставки были и на свободной юбке, а точнее, они выглядывали при ходьбе из разрезов на ней. Не сразу вспомнила о линзах, но все-таки решила пойти в них. Макияж же сделала неброским. Волосы чуть собрала по бокам невидимками, каплевидными сережками подчеркнула длинную шею.

Критически оглядев себя в зеркале, я осталась довольна собой.

Ошеломленный взгляд Ковалевского ещё больше повысил мою самооценку. Пару минут он молча смотрел на меня, а потом решительно зашел в номер.

– Нам нужно на прием, – поспешно напомнила я, отступая.

– Я помню, – с хрипотцой ответил он и полез во внутренний карман фрака. – Я думал подождать с этим до вечера, но теперь понимаю, что лучше сделать это сейчас. А то ведь уведут, не успею и глазом моргнуть.

Ювелирная коробочка вызвала недоумение, которое переросло в шок, когда он её открыл. Честно, ожидала увидеть какое-нибудь украшение на шею, по типу чокера или толстой цепи. Но внутри лежало кольцо. Это ведь не то, что я подумала?

В волнении спрятала за спину руки и прикусила губу.

– Юль, – тихо позвал меня Ковалевский. Я заставила себя поднять взгляд. – Ты выйдешь за меня замуж?

– Лёшшшш, – протянула я растерянно. Так далеко вперед я не заглядывала, привыкшая к