Семь смертей чёрного демона - Ольга Морох

Исполнял просьбы и поручения, иногда делал перерывы для отдыха. Так и в тот злополучный день. Возвращался я после одного дела к другому и должен был встретиться на тракте с представителем нанимателя. Встреча была назначена в таверне.

Таверна стояла недалеко от города. Называлась незатейливо «Развилка». Там и стояла. На развилке то есть. Выдающегося из себя ничего не являла. Обычно устроена. Харчевный зал, кухонька, жилые, хозяйские комнатки, на задах строения мелкие для скота и птицы. Хорошо устроено. Крепко. Не трогают грабители, не давят налоги. Красиво все, чинно.

А я уж был в пути долго. При последней моей смерти Жнец, как мог собрал меня по кускам, да видать, в этот раз плоховато. От того теперь долгую дорогу верхом я переносил с трудом. Особенно, коль не жрать целый день. Крутило внутри так, словно бездна открывалась ледяная. Аж до обморока. Но о том говорить нельзя было, а уж показывать тем более. Потому по приезде отдал я коня мальчику, у таверны обитавшиему, разогнулся, чтоб не казаться ему ущербным, и прошёл внутрь, к своей встрече. Да почуял я сразу, что протекторский след замарал ту таверну. Стояли две лошади, вороная да пегая, со знакомым клеймом. Управские кони. Еще три были не знакомы. Одна с богатой сбруей, породистая. Может, посредника? Еще одна — крестьянская кляча, оседланная старым седлом. Не иначе крестьянский сын, отправился из отчего дома, счастья искать. Третья белая, в яблоках, с добротной упряжью. Хороша. А то значило, что они здесь уж ждали. Возможно и меня, но я был всегда осторожен. Потому вошёл, делая вид, что желаю подхарчиться, да ехать дальше.

В таверни сидели уж пятеро. Двоих я сразу определил, как протекторских, прочие были незнакомы. Один, возможно посредник, но сейчас подойти, значило, выдать и его и себя. Я сел за свободный стол. Кишки крутило так, что пожалуй, не подняться. Такова была моя новая реальность. Хозяин уж подскочил, условным словом сообщил, что засада. Я кивнул ему и попросил принести похлёбки какой или ещё чего посытнее. Чтоб с дороги мне стало полегче...

Тут-то мы с Вилеем и встретились. Зашёл он в таверну по хозяйски. Сделал своим людям знак не мешаться до поры. Сам с улыбкой направился ко мне, как ни в чём ни бывало. Я взглянул на него, узнал. Вырос Вилей, приподнялся. Одёжа на нём крепкая, даже нож на поясе, а значит, разрешение он на оружие получил. Это я опасался, что станут мне вопросы задавать на каждом разъезде, а он нет. И, зная Вельку, понял я, что он тут командует. Значит, Командер. По мою душу.

— Вилей?

— Удивлен? — Вилей, не спросясь, сел напротив за грязный, измазанный по бокам белой краской стол. Я улыбнулся, даже, по-дружески.

— Не совсем. Сейчас пиво принесут. И раков, — я с интересом разглядывал старого знакомого. Вилей тоже ко мне присматривался. Уж не знаю, что он увидел во мне, но что-то вроде жалости промелькнуло во взгляде. Видать вид мой был чрезмерно бледен с дороги. Я, к слову, иногда и сам ужасался.

— Много времени прошло, — проговорил Вилей.

— Полтора года, — ответил я, усаживаясь удобнее.

— Нда, — Вилей с грустью опустил голову. — Морхей-то помер. Знаешь?

Вот тогда-то я узнал, что добрый арденский купец отправился к праотцам. Мне было жаль его. Но поделать тут нечего.

— Жаль, достойный был человек, — сказал я тихо. Вилей стиснул зубы, не спуская взгляда. Видать, винил в том меня.

— Сердце не выдержало. Слабое было, — Коммандер сжал кулачищи, заткнутые под плечи. — Из-за того случая. Помнишь?

— Какого случая? — Невинно спросил я, наблюдая за подходящим с полными руками еды хозяином. Уж поминать Жнеца в суе не стоило. Тем более при посторонних. Вилей оглянулся, замолчал. Смотрел, как хозяин выставляет пивную кружку, широкое блюдо с вареными раками, резанный широкими ломтями хлеб.

— Того самого. Не помнишь что ли? — Зло спросил Вилей, когда хозяин отошел. А я отпил пива.

— Признаться, помню плохо. Благополучно же все закончилось.

— Издеваешься? — Прошипел Вилей. И понял я, что он ждёт только знака иль случая, чтоб взяться за меня всерьёз. Не до игры мне было. Требовался план, какой вытащит меня оттуда быстро и без потерь. Я принялся за раков, жестом подозвал хозяина снова.

— Не кипи, Вилей. Поешь лучше, — и к хозяину. — Еще мяса в подливе для моего друга принеси и пива. И прибор не забудь. — Хозяин важно кивнул, выслушав, удалился. Условные слова сказаны, а значит в кухне сейчас подготовили для меня путь к отступлению.

— Я есть не хочу. И не друг я тебе, — проговорил Вилей, оглядываясь. Не укрылись от меня быстрые взгляды меж протекторами. Что ж, с посредником мы не встретились. Знать он меня не знает, коль прижмут, сказать ничего не скажет, думалось мне, а теперь надо выскочить быстро. Но прежде поесть, чтоб не качало. А то, неровен час, постыдно лягу там, аки девица.

— Что ж ты? Не поесть сюда заглянул? — Усмехнулся я, высасывая мясо. — По другой надобности?

— Да-а, — протянул Вилей внимательно вглядываясь в моё лицо. — Ищут тебя. Знаешь? Воинство Девово. Со страстью ищут. Лицезреть желают твою личность.

— Что ж, все известные боги им в помощь. Я, как будто, не скрываюсь, — спокойно ответил я, отпил пива, глядя на бывшего товарища поверх кружки. Отрыгнул сытно, взялся за другого рака. — Ты тоже не случайно здесь?

Подошел хозяин, поставил блюдо с кусками мяса в кровавой подливе, положил рядом запотевшую двузубую вилку, поставил кружку пива, с ожиданием посмотрел на меня. Я спохватился, кивнул. Сколь не желал хозяин помогать, а платы ждал.

— Да, конечно, — выложил на стол гельд, нарочито громко звякнув серебреной кромкой о дерево. Звук словно дернул Вилеев хребет вверх. Коммандер выпрямился, точно палка. Хозяин сгреб гельд со стола, ушел.

— Нет, не случайно, — кивнул Вилей. Отодвинул подальше пивную кружку и блюдо. Гордый. — Я вроде как на службе.

— Не у Морхеев, значит, служишь? — хоть я это и без его ответов знал. Протекторских то я ни с кем не спутаю.

— Нет. Не у них, — Вилей с досадой смотрел, на меня как пью свое пиво. Тоже, поди, разыгралась жажда. Я меж тем отодвинул блюдо, полное пустых панцирей, обтер руки о приготовленную тряпицу,