Обнулённый - Виктор Рэн

И вскоре мы снова оказались в избе старосты под звуки далёких ударов молота из местной кузницы. Всё тот же паренёк в прихожей в этот раз стоял по струнке. Мы прошли мимо него и вновь оказались в кабинете Остапа. Кажется, бумаг на его столе только прибавилось, как и отметок на карте на стене.

Остап был ещё более измождённый и осунувшийся, чем в прошлый раз, и выглядел так, будто просидел за столом с тех самых пор, что мы виделись в прошлый раз. Он перешёл к делу без предисловий.

— Что-то не так с Серым лесом к северу от Бракмура, — начал он. — Всё чаще и чаще мои люди встречают больных животных, которые выходят из леса. Это не просто болезнь или голод. Скорее…

Староста призадумался, пытаясь подобрать слова.

— … Сложно объяснить, — произнёс он и потёр переносицу. — Что у монстров, что у животных появляются зелёные язвы, глаза заплывают, а страх они теряют напрочь. Некоторые из них за последние две седмицы подбирались к деревне настолько близко, что стали представлять опасность для моих людей.

Здесь под «своими людьми» Остап, вероятнее всего, имел в виду жителей Бракмура.

— Мне нужно, чтобы их прикончили, — твёрдо сказал он. — И мне нужно знать, есть ли у всего этого, как бы оно ни называлось, источник, который можно найти и устранить.

Остап покопался в бумагах на столе и развернул небольшой плотный лист. Это оказалась грубая карта, нарисованная от руки, с отмеченными углём точками.

— Все идут с одного направления, — отметил я, когда подошёл ближе. — Север и северо-восток. Может, конечно, это и случайность…

— А может, и нет, — поднял на меня глаза Остап. — Я заплачу один серебряный за каждое подтвержденное убийство зараженного зверя. И ещё три серебром, если сможете найти источник заразы.

Я присвистнул. Тридцать медных монет это неплохая награда за источник. Да и тварей мы в состоянии убить достаточно, особенно втроем. Такая сумма могла бы покрыть наши расходы на ближайшие несколько дней, если не на седмицу сразу. Я ещё немного поглядел на карту, угадав на ней очертания дороги, ведущей в Бракмур, и беглую зарисовку леса, откуда мы пришли совсем недавно.

— Работа дельная, и мы за неё возьмёмся, — спокойно произнёс я. — А кто это будет: монстры, бандиты или лесная зараза, это всегда вопрос цены.

— Мне нравится твой ход мыслей, — кивнул Остап.

Он аккуратно сложил карту в трубочку и протянул её мне. Я заткнул её за пояс.

— Райнер организует для вас кое-какие припасы к полудню, — сказал Остап, возвращаясь к документам на столе. — Мне нет нужды напоминать вам о том, что Серый лес — это опасное место.

Староста поднял взгляд на секунду и посмотрел мне прямо в глаза.

— Но я всё равно напомню, — добавил он, после чего окончательно зарылся в работу.

Мы развернулись и собирались уходить, но я остановился в самых дверях.

— Ещё один вопрос, — сказал я, повернувшись к столу. — Почему вашей заразой не занимаются люди из аббатства? Да тот же Истафан?

Остап поднял голову, и выражение его лица едва уловимо поменялось: глаза чуть прищурились, а брови сдвинулись к переносице.

— Я бы сам хотел знать ответ на этот вопрос… — тяжело выдохнул Остап и откинулся на спинку стула. — Что касается сэра Истафана, в последний раз его видели на западной приграничной тропе, ведущей к лесу. Ещё вопросы имеются?

Я кивнул с таким невинным видом, будто спрашивал из праздного любопытства. Хотя мы оба понимали, что это было не так. А затем мы вместе с отрядом покинули комнату.

Айрис ничего не сказала в коридоре по поводу моего вопроса, но я заметил, как она слегка напряглась. Тропа, ведущая к лесу, означала, что её брат уходил от границы. Чем ближе он к лесу, тем ближе к Бракмуру. Несмотря на разговор в бане, было похоже, что встречаться с братом она пока была не готова.

Райнера в прихожей уже не было, и мы спокойно вернулись в таверну. Мы благоразумно решили, что и я, и Айрис заслуживаем ещё несколько часов отдыха до того, как начнётся наша вылазка.

В полдень, как по часам, к нам вновь пришёл Райнер и доставил припасы. Среди них было два бурдюка с водой, порция вяленого мяса, завёрнутого в ткань, баночка соли, небольшой походный котелок и чистые тряпки. Практично, ничего лишнего. Учитывая, что огниво для розжига у меня уже было, нам вполне хватало припасов для короткой вылазки.

Бертран же добавил к этому собственное приобретение с рынка, куда он ходил, пока мы спали: моток верёвки, небольшой топорик и несколько горстей сухарей. Пока мы с Бертраном разбирались с припасами, к нам заглянула Айрис. Её платье, как и всегда, оставалось безупречно-чистым. Я никогда раньше не видел такую магию, но кроме магии никак не мог объяснить это явление.

— Райнер выронил что-то у двери? — спросила Айрис, заинтересованно разглядывая провиант и инструменты на столе.

— Вроде нет, — хмыкнул Бертран и пригладил рукой бакенбарды. — Точно нет, всё здесь.

Я вышел в коридор. Внизу, у самого косяка, притаился небольшой свёрток. Я осторожно поднял его и развернул. Внутри оказался кусочек тяжёлой дублёной кожи и записка.

— Мастерская. Полночь, — прочитал я вслух.

От кожи пахло кислым дымом. Поэтому вопросов, в какой именно мастерской нас хотят увидеть сегодня ночью, не возникло.

— Это Милош подсуетился? — настороженно озвучил вопрос Бертран, когда я вернулся в комнату.

Возможно, это и вправду был Милош. А может, мы влезли во что-то посерьёзнее, чем встреча с местным шефом Братства. В любом случае, остаток дня мы провели в настороженном ожидании, и лишь Айрис казалась все столь же невозмутимой, как и всегда. Когда деревню окутал мрак, мы выдвинулись к мастерской, чтобы обустроить точку обзора и понаблюдать.

Кожевенная мастерская стояла на восточной окраине Бракмура, чуть в стороне от скопления рыночных улиц. Днём я бы и не заметил чего-то особенного средь кислого запаха кожи и мельтешащих вокруг мастерской людей. А вот ночью, когда вокруг было тихо и свет от подозрительно вовремя перегоревших магических фонарей не освещал улицу, ощущения от мастерской были другими.

— Пойду поговорю с этой Марьей, — в конце концов произнёс я, когда