Медея - Ли Литвиненко

– «Да, так и есть. Только ты сама сделала себя последней, а я…возможно всё наладится. Возможно, Луна ещё подарит нам с Церусом ребеночка»

– Время для секретиков, – Териона подошла к окну, раздвинула портьеры и приоткрыла створку.

Серость и сырость позднего вечера сразу пробрались в комнату. Монотонный шум дождя, до этого приглушенный стеклом, стал слышен очень отчетливо. Антураж действительно самый подходящий для жуткой легенды.

– Давным-давно, —Териона накинула на плечи вязанную шаль и села к камину. – На берегу безымянной речки, недалеко от Темных гор, жила супружеская пара. Они были бедны, как и положено рыбакам. Несчастные каждый день питались рыбным супом и только изредка, когда мужчине удавалось продать улов, они могли позволить себе мясо.

Рыбаков вокруг было много и рыбы в реке тоже было много. Потому заработать получалось редко и только гроши. А ртов в рыбацкой хибаре было немало и с каждым годом дети прибавлялись и прибавлялись. Знаешь Меди, – Териона ласково посмотрела на подругу. – Мне кажется, слушая именно эту историю, я еще в детстве стала ненавидеть материнство. Что может быть хуже грязных детишек, хватающих тебя за подол и постоянно просящих есть? Согласна?

– «Нет! —Хотелось кричать Медее. – Нет ни чего хуже одиночества. И предательства близкого человека», – но даже если бы Тери услышала её слова, не смогла бы согласится. Она ведь не знает каково это, когда тебя предают. Ведь предавали не её, а она.

– Так бы они и прозябали, но женщина, мать семейства, была довольно умна. Она посоветовала мужу отнести улов к Темной гряде. Я уже говорила тебе, что супруги жили на Людожите? Нет? Так вот, милая подружка, я не из переселенцев. Мои предки всегда обитали на этой стороне, – красиво очерченные брови Терионы задумчиво сдвинулись к переносице и девушка продолжила. – Мужчина боялся… они всегда оказываются трусливей, чем пытаются казаться. Но нужда заставила его подчинится воле супруги. Гоблины встретили его с радостью и щедро наградили. Представь: алмаз за корзину рыбы! Человек обзавёлся повозкой, лошадьми и стал регулярно поставлять свой товар к темным пещерам. А потом ему сделали очень заманчивое предложение. Ведро алмазов. Представляешь? Целое ведро алмазов! – глаза Терионы экзальтированно загорелись. За такое вознаграждение, она бы сделала что угодно. Видно, и её предок согласился.

– «Неужели..? Предатели принесшие Красный мор..?» – глаза Медеи наполнились ужасом.

– А всего-то нужно было втереться в доверие к двуликим и подбросить в их замок несколько цветков. Каройдомуса естественно, – Териона так весело рассказывала о страшной тайне своей семьи, словно за тем событием не тянулся кровавый шлейф. – Предок так и поступил. Ему оборотни погоды не делали и опасаться гоблинов не нужно было, они не ходили на этот берег. Он вытребовал у гоблинов оплату вперед и как честный супруг отдал все своей жене. Потом взяв сыновей, отправился приторговывать с Красным берегом. А когда все наладилось…

Идиот. Он, видно, был таким же криворуким как мой братец. Всего-то нужно было спустить горшок с горы, а он опрокинул отраву на свою голову. Один из его сыновей все видел и бросился бежать. Видно, был самым умных из них. Вернувшись домой, рассказал все матери. Вот так Хордуоны и узнали о проклятье Каройдомуса. И разбогатели. Необычно да? Получить состояние от гоблинов. После, мои предки стали одними из основателей этого города. Наша семья стала влиятельной и уважаемой.

– «Но видно знание правды, свело вас всех с ума. А теперь и денег не осталось. Только проклятие…»

Глядя на бывшую подругу, Медея догадалась что все плохое, происходившие с Хордуонами, не были простой случайностью. Это расплата, их личное проклятие за страшный грех, совершённый предками. Пусть они не признавались, но чувство вины передавалось из поколения в поклонение и пожирало их души.

– А потом я встретила Вейда, – Тери обняла себя за плечи и мечтательно уставилась на огонь.

– «Ого! – удивилась Меди, – Какой неожиданный переход. Только говорила о своем грязном бельишке и тут вдруг о любви».

– Он всегда был обаятельным. И умел расположить к себе и уговорить… не только на поцелуи, – хихикнула Териона. – К счастью, мой престарелый муж был так увлечен процессом первого совокупления, что не заметил мой изъян. Конечно, пришлось сначала хорошенько подпоить его и только потом подпускать к своему телу.

– «Какая гадость», – сморщила нос Меди и обрадовалась поняв, что к лицу потихоньку возвращается чувствительность. Значит на булавке был какой-то яд, а не ворожба. И регенерация двуликих справлялась с ним. Жаль, что не очень быстро. Меди замерла, стараясь не выдавать эмоций. Пусть Териона и дальше думает о ней, как о неподвижном истукане.

– Я бы с радостью пошла за Вейдена, даже за голодранца, которым он был на тот момент. Подумай только, одна пара туфель и два костюма… Зато сколько гордости!

– «Это у вас видно общее, – с презрением решила Медея. – Бедность и амбиции. А еще лицемерие, лживость и глупость».

– Но он более трезво оценивал наше будущее. Любил, но искал невесту с приданным. Я не в обиде.

– «Ага, конечно, – зло усмехнулась Меди. – Говори это себе как можно чаще. Может и поверишь, когда-нибудь».

– Если бы мы поженились тогда, то повторили историю моего предка-рыбака. Куча детей и ничего больше, – покачала головой Тери. – Тогда я вспомнила о тебе, моя лучшая подруга. Невеста с большим приданным.

– «Гадина», – Медее захотелось плюнуть в неё. Вот прямо сейчас. И губы уже оттаяли. Но сдержалась.

– Я выдумала такой прекрасный план для нас с Вейденом. Почти как у моей прапрапрабабки. Только в нашем случае, подбросить Каройдомус нужно было не оборотням, а зазнайкам Фалин.

– «Тварь! Так это ты!» – хорошо, что Териона смотрела на огонь, ведь Медея не смогла сохранить на лице маску безучастности. Попробовала вскочить, но остальное тело еще не слушалось. Пришлось глубже вдохнуть и попытаться успокоится. Нужно дослушать историю до конца.

– А после, когда все лишние люди умрут, мы с Вейденом воссоединимся опять, – териона с нежностью коснулась обручального кольца. – Сначала я раздобыла для Вейда немного деньжат. Выпросила у своего женишка, как будто для свадебного наряда. Потом Горнер распустил слух о своём успешном деле, пылил деньгами, покрутился в торговых кругах, примелькался. И когда в его состоятельность поверили, я познакомила вас. Конечно, твоего отца не так просто было провести. Но у него имелось уязвимое местечко, любимица дочь. Все твои прихоти всегда выполнялись. Рано или поздно, но всегда. Ты сама понимаешь это?

Медея