Правила волшебной кухни 4 - Олег Сапфир

Так торопиться я не стал и сперва решил осмотреться. Ситуация была, как на мой вкус, презабавнейшая. В центре зала за столом сидел молодой паренёк, с виду самый обычный и спокойный. С него-то я и решил начать. Подошёл, спросил не хочет ли он сыграть, а он в ответ сказал, что:

— Я не играю с незнакомцами, — и отвернулся.

— В смысле? — опешил я. — Тут вроде бы все друг другу незнакомцы.

— Я всё сказал. У меня принцип. До свидания.

Ничего себе какая важная пи… птица. И ничего себе заявочки. Как он вообще на турнир попал? И с кем собирался играть? Интересно.

Что ж, с тем я пошёл дальше. Подошёл к бородачу, который на прошлом этапе разгромил своего соперника в пух и прах, хотел было договориться об игре, но тот мне даже рта раскрыть не дал:

— Занято, — сказал он. — Я жду другого.

Третий не стал придумывать причины и просто сказал, что не хочет со мной играть. Запутавшись окончательно, я отошёл в угол и начал анализировать. Судя по всему, многие тут действительно знали друг друга. К одним игрокам никто не подходил, к другим наоборот встала целая очередь из желающих. Кого-то явно считали обманщиками, кого-то боялись, и вот как интересный момент…

Получается, что если кто-то считался слишком сильным игроком, то с ним просто никто не играл. Суть стратегии этого второго раунда заключалась в том, чтобы выискать кого-нибудь, кто слабее тебя ну или хотя бы равен. На аутсайдеров охотились, как на добычу, а сильные тем временем рисковали не сыграть вообще ни единой партии.

Поэтому многие даже не садились за стол — сидели на диванчике с отстранённым лицом и ждали, когда их автоматически допустят до финала. Наверное. А может да. А может нет. Чёрт, что тут вообще происходит⁈

Наконец я заметил черноволосого паренька, который метался по залу как угорелый и без разбора упрашивал всех сыграть с ним. Побегал к одному, что-то быстро тараторил, расстраивался, жестикулировал, и бежал к следующему, но раз за разом получал отказ. На вид вроде бы сильный игрок, но что важно — честный. До сих пор я не уловил от него ни грамма тёмной энергии. Никаких артефактов, никакой магии.

Тем временем в другом углу, вальяжно развалившись на стуле, сидел мужик, от которого чёрная энергия так и пёрла. Разумеется, к нему никто не подходил. Но самое что забавное — мужчина сидел не просто так, а с бутылочкой, кажется виски, и двумя бокалами. К одному, наполненному на два пальца, он периодически прикладывался.

Тут я увидел ещё один интересный момент — над всем этим хаосом висело огромное табло тотализатора. Строчки, похожие на список рейсов вылета, вот только вместо стран и городов имена, а вместо времени цифры коэффициента. Имена тех, к кому никто не подходил, значились выше остальных. На них ставили, как на фаворитов, вот только интересно кто ставит? Сами организаторы?

Ну… что ж… раз уж я здесь для того, чтобы выиграть, значит мне нужны сильные соперники. Так что я наскоро набросал у себя в голове план и решил выбивать тех, к кому никто не подходит.

— Сыграем?

— М-м-м-м, — толстяк с оттопыренными ушами смерил меня взглядом. — Хорошо. Но есть одно условие. Я с уважением отношусь ко всем своим соперникам, и потому перед игрой жму каждому руку. Вы не против?

— Нисколечко…

Я протянул руку, и как только наши руки соприкоснулись, почувствовал укол. Уже знакомый мне холодок, который на сей раз был замаскирован под доброжелательность. Из ладони мужчины побежала тонкая, едва уловимая струйка негативной энергии. Другая по своему воздействию, нежели раньше. Конкретно эта магия должна была замедлить моё мышление, сделать меня медлительным и… ну скажем прямо — туповатым.

Я усмехнулся и подумал, что люди вокруг меня ничему не учатся. Схема уже отработана — не сопротивляться, запустить в себя как можно больше, включить переработку и просто наблюдать за тем, как горе-оппонента накроет откат.

Так оно всё и вышло. «Тормозная» энергия переработалась в свою полную противоположность и стала ускорителем. Мои мысли забегали с невероятной скоростью, а варианты ходов сами собой начали выстраиваться в идеальные комбинации.

А вот мой соперник тем временем приуныл. Осоловелым взглядом он смотрел то на меня, то на доску, и каждый ход делал через чрезвычайное усилие. Спустя пять минут он уже толком не мог сфокусироваться на доске, к середине партии у него изо рта потекла вязкая струйка слюну, ну и наконец:

— И-го-го! — заржал он, схватил коня и начал скакать им по шахматной доске, сшибая все другие фигуры. Ну и схлопотал дисквалификацию.

Глядя на то, как судьи пытаются поймать и спеленать ушастого, я осмотрелся вокруг и понял, что процесс пошёл веселее. Игроки уже выбрали все свои три шанса на отказ, и теперь даже самым сильнейшим и самым слабейшим пришлось схлестнуться в игре. Кто-то проиграл честно, кто-то попался на жульничестве, кто-то сдался.

Итого нас в зале осталось пятеро. И среди них — тот самый тип с виски, к которому до сих пор никто не подошёл. Никто не подошёл, а вот я рискнул.

— Синьор? — я присел напротив. — Сыграем?

— А, новенький, — улыбнулся он. — Я за тобой уже давно наблюдаю. Пока что тебе везло, но со мной этот номер не пройдёт. Я, знаешь ли, чемпион Англии, Ирландии и Уэльса. И как чемпион имею право ставить свои условия. Я играю лишь с теми, кто со мной выпьет.

— Да легко, — кивнул я.

Синьор Чемпион довольно хмыкнул, пододвинул мне бокал и разлил по порции. Мы чокнулись, я сделал глоток и чуть было не поперхнулся. Вискарь? Ну-ну… это было не просто крепкое пойло, это был чистый спирт с красителем. Градусов восемьдесят, если не больше. Дрянь обожгла горло и провалилась в желудок огненным шаром. Мужик напротив довольно улыбнулся.

— Неплохо, — выдохнул я. — А давайте-ка ещё по одной, а?

— Чего? — опешил Чемпион.

— Для храбрости, — я пододвинул свой бокал. — Давайте-давайте, наливайте.

Мужик видимо решил, что я блефую и налил снова. Мы выпили «для храбрости». Потом ещё разок «ну, чтобы все». Потом «чтобы у всех». Потом