Оно мне надо - Эмир Кустурица

В таком случае для начала достаточно будет предложить им гостеприимство в доме страха и ужаса в Диснейленде. Вместе с фюрером? Все зависит от развития ситуации на местах. Верят ли бошняцкие интеллектуалы в то, что на этот раз НАТО доберется до Сибири и после этого 22 миллиона россиян, погибших во Второй мировой войне в борьбе против нацистов, усташей и дивизии «Ханджар», будут посмертно объявлены нацистами? Если это произойдет, верят ли они, что Гитлера будут показывать в Диснейленде в роли регулировщика дорожного движения, указывающего направление Гуфи и Микки Маусу и ведущего гостей посмотреть на скалы Огайо и место, где живут оставшиеся индейцы?

Письмо духовному апатриду

9 января 2015 года

Сараевский поэт, духовный апатрид Абдула Сидран написал, что Эмир Кустурица превратился в Пантелию[181]. Что еще может написать человек, который на глазах у своего народа превращается в бойлер, который ржавеет и сверху, и снизу, протекает и шипит во все стороны?! В любую минуту ожидается торжественный взрыв Академика. Как и положено бойлеру! Что еще ему остается делать, кроме как представлять, как другие персонажи из его жизни превращаются во что-то иное. Вовсе не обязательно листать книги по психоанализу, чтобы добраться до сути бредятины Сидрана. Это можно найти в мусорных контейнерах великих поэтов, где всю свою жизнь человек-бойлер рылся в поисках вдохновения. Длинен список людей, которым Сидран должен деньги, а, чтобы долги списали, Сидран меняет биографии своих современников!

Если Кустурица погиб на войне, защищая Сараево, а Госбезопасность вместо него состряпала «Пантелию», как же тогда Сидран в апреле 2008 года приехал в Мечавник, чтобы предложить Кустурице сценарий, плата за который обеспечила бы ему пенсию, которую он не заработал, защищая Сараево и сочиняя боевые стихи: «Наша Дрина – Мекка и Медина!» Приезд в Мечавник – старый трюк сараевского наперсточника: он кладет на стол три исписанные страницы, которые я должен заново переписать, а потом снять фильм! Даже если это и не так, что же он не едет к Пантелии, а вместо этого едет к Кустурице? Когда чуть позже он оказался на грани потери зрения, а в Сараеве не нашлось спонсоров (говорят, там нет такого места, куда бы он не постучался), он обратился к Кустурице за помощью для операции катаракты?! Как же тогда Кустурица, а не Пантелия, вынул из кармана пять тысяч евро и отправил его в клинику «Свети Вид», где хранятся данные о том, кто был оперирован и кто дал деньги?! Поняв, что из продажи обветшалого сценария ничего не выйдет, почему он позже в интервью еженедельнику «НИН»[182] оправдывался, что для операции по удалению катаракты «обработал» книгу «Смерть – это непроверенный слух» (Смрт је непроверена гласина, 2010) Кустурицы, а не Пантелии?!

С ранних лет Абдула Сидран выказывал потребность в укрупнении своей мелкой души! Как бестолковый турист, рыскающий по обменникам большого города, чтобы ему поменяли сто евро мелочью на бумажную купюру. В сущности, он делал все возможное, лишь бы не быть сараевской мышью, и поэтому писал стихи. Посвящал их Бранко Микуличу, Тито и, подобно дрожащей медузе, женщинам, которых не мог затащить в постель. В этом он был честен. Жаль, что уже тогда не появилась идея создания Пантелии, чтобы человек, успешно превратившийся в бойлер, не вкусил не принадлежащей ему славы. Вот так, сочиняя свою «мусоропись», он живет в тупике, меняя убеждения быстрее, чем меняется погода в его городе. Пару лет назад он писал в «Ослободжене», в надежде получить деньги: «Много еще той Миляцке течь, прежде чем родится такой талант, как Кустурица».

Когда же понял, что не получит свою мзду, он объявил меня мертвым. Какая славная попытка рэкета! По логике бойлера, который ржавеет и протекает во все стороны, мне следовало бы доказывать, что я немного жив, и эту правду можно было бы подтвердить, давая деньги! Так я бы деньгами доказал Сидрану, что я жив и: «My name is not Pantelija!»[183] А что, если бы выяснилось, что на самом деле как раз Сидран погиб в Сирии, как и многие его соотечественники, воевавшие против Башара, и что этот подтекающий на наших глазах бойлер – всего лишь подмена тезиса?

Даже если он жив – а я сомневаюсь, что мы когда-нибудь снова увидимся, – важно, чтобы он кое-что узнал перед смертью! И до этого, Авдо, ты относился ко мне не ахти, и поэтому передаю тебе привет от Авдо[184]!

Голливуд и «дикие» русские

21 марта 2015 года

На Западе ничего нового! Только нетерпимость к русским перерастает в истерическую ненависть, превращается в фобию, достигает высшей точки (старые добрые времена). Бывший генерал армии США Роберт Х. Скейлс с улыбкой говорит в микрофон американского телеканала Fox News, что «<…> нужно убить как можно больше русских на Украине, и таким образом решить проблему этой страны!»

На годовщине освобождения Освенцима отсутствует президент России. Рядом с выжившими узниками лагеря сидят Стивен Спилберг и президенты республик, тесно сотрудничавших с Гитлером во время Второй мировой войны. Польские организаторы забыли позвать русских, освободивших Освенцим!!! Мои друзья в Париже говорят: «Ну, это было давно, неважно, все изменилось». А я не думаю, что хоть что-то изменилось. Реакция моих парижских друзей напомнила мне фразу из фильма «Папа в командировке». В разгар семейной драмы дед реагирует на поворот сюжета, и на настойчивые требования дяди рассказать правду старик говорит: «Лучше все это забыть…» Вот только в случае с Освенцимом речь идет не о забвении, а о фальсификации.

А заявление отставного генерала Скейлса касается давнего и теперь уже неприкрытого желания Америки уничтожить Россию. Пока был коммунизм, эта идея маскировалась под борьбу с тоталитарным режимом, теперь же это очевидное намерение. Желание уничтожить русских так же старо, как и сама Америка, его приписывают WASP[185] – неформальной организации белых протестантов, окончивших лучшие университеты Англии и Америки. Из их рядов выдвигали президентов, а также идеи о том, что русские опасны и этих славянских дикарей необходимо уничтожить.

Как и другие деяния американских агентов по всему миру, это дело с русскими было официально оформлено Голливудом в девяностых годах! Именно тогда, в 1993 году, в коридорах Американской школы Парижа, в которой учился мой сын Стрибор, была произнесена одна фраза. Один из его сверстников, десятилетний американец, просто так, мимоходом сказал ему: «Русские дерьмо, югославы идиоты». Сын не остался у него в долгу. Он решил конфликт, как и подобает