Final Fantasy: истоки и развитие легендарной серии - Сергей Цилюрик

же, увы, тестирование не сильно помогло. Главной идеей боевой системы, по словам Мотому Ториямы, было «сделать битвы с командами через меню как можно более быстрыми». Ради этого у игрока отняли контроль за всеми членами команды, кроме одного: если принимать решения втрое реже, то и динамика втрое выше! Только вот и стратегии втрое меньше.

Помимо крайне ограниченного выбора умений у управляемого героя, игрок также мог переключать «парадигмы» – заранее заготовленные наборы из шести… даже не профессий, а ролей в бою. Одна специализировалась на шкале оглушения противника, вторая – на нанесении урона, когда противник оглушен и уязвим, третья – на баффах, четвертая – на дебаффах, пятая – на лечении, шестая – на защите.

И если бы для ролей можно было написать гамбиты, было бы еще полдела. Но их поведение предопределено разработчиками и неподвластно игроку. Если нужны защитные баффы, вы их не получите, пока соответствующий персонаж не даст усиление атаки. Если нужно лечение – придется ждать, пока лекарь не снимет с вас негативный статус. А если управляемый персонаж погибнет, это Game Over. Сменить персонажа в бою нельзя, как и профессии другим героям. Остается только переключать парадигмы и надеяться на автобой. Стратегии тут минимум.

Но Мотому Торияма (до тестирования планировавший выпустить боевую систему в еще более постыдном виде) остался полностью доволен: «Final Fantasy XII была больше про метод проб и ошибок во время приготовления к бою, а в Final Fantasy XIII мы сделали упор на стратегическом аспекте битв, где игроки должны в реальном времени адаптироваться к постоянно меняющимся условиям боя». Правда, конечно же, выглядит иначе: в FFXII (которую Торияма должен был знать, учитывая, что он написал для нее продолжение) игрок может прямо во время боя менять гамбиты, экипировку и даже членов команды, а также отдавать всем героям команды, в то время как в FFXIII большая часть «стратегии» заключается в выборе парадигм перед боем и накоплении шкалы оглушения в бою.

Полный бардак творился и со сценарием. Торияма, лично написавший плеяду ужасных сиквелов к чужим проектам, решил отдать сценарий собственной игры в чужие руки. Он сочинил сюжет, набросал события первой его половины в общих чертах (например, «тут эти герои мирятся») и передал бразды Дайсукэ Ватанабэ. Торияма следил за написанием сценария и постоянно требовал правок – на протяжении всего цикла разработки. Вместе со сценарием по прихоти Ториямы менялась и вся игра. Сам Дайсукэ Ватанабэ после работы над Final Fantasy XIII назвал ее самым сложным проектом, в разработке которого он принимал участие в Square Enix.

Но тяжело было не только ему. «С точки зрения локализации это был абсолютный логистический кошмар, – рассказывает переводчик Том Слэттери. – Я понимаю претензии, появляющиеся у людей, которые смотрят снаружи, и они полностью справедливы. Но если смотреть изнутри, представляя, с чем нам приходилось иметь дело, я удивлен, какого качества мы смогли добиться».

«Локализация проходила параллельно разработке. Не было в принципе такого момента, когда японская версия была готова, а нам оставалось просто откинуться на спинку и подумать о том, что делать с нашей. Мы вкалывали, переводили, перепереводили, а потом перепереводили снова, потому что изменения поступали отовсюду – а иногда прошмыгивали прямо у нас под носом».

«Не было инфраструктуры для параллельной разработки и локализации. Не было дедлайнов, после которых контент утверждался бы, чтобы мы могли работать над его финальной версией с нужным контекстом. Сцены менялись после того, как мы закончили запись английской озвучки. Мы, наверное, перевели весь сценарий для озвучки раза четыре или пять. Мы переводили текст вслепую, потом видели ранний рендер и говорили: ”Нет, так не пойдет, надо переписать эту сцену“. А потом появлялось черновое аудио, и мы понимали, что по времени наши реплики, скорее всего, не попадают в эмоции на лицах персонажей. Переписать снова, а потом еще раз и еще – с финальной версией озвучки, с захватом движений и с бесконечными правками. У нас были тексты от сценаристов, видеоролики событий, расшифровки японской озвучки и новейшие билды игры, и все они были разными, и ни один неокончательный».

Дизайном персонажей по традиции занимался Тэцуя Номура. В этот раз Торияма хотел видеть в роли протагониста женщину… но не женственную. «Когда я попросил Номуру сделать ее дизайн, я запросил что-то вроде женской версии Клауда из Final Fantasy VII», – говорит Торияма. Именно он, кстати, в FFVII придумал в одной из сцен переодеть Клауда в женское платье.

«Меня попросили сделать ее сильной и красивой, но, когда я прочел сценарий, подумал: ”И это все?“, – вспоминает Номура. – Там говорилось, что она солдат, и характер у нее под стать. Серьезная, непрощающая, безжалостная. Может, она слишком сурова по отношению к себе тоже, но и с другими не нянчится». Чтобы придать ей больше женственности и расположить к ней игроков, Номура сделал цвет волос героини розовым.

Героиня получила прозвище Лайтнинг – «молния» по-английски. Номура был этому удивлен: он хотел, чтобы серия отказалась от «погодных» имен героев (Клауд – «облако», Скволл – «шквал»). Настоящее имя героини – Эклер («молния» по-французски) – в локализации изменили на Клэр, чтобы не вызывать ассоциаций с выпечкой.

«В Final Fantasy были женские персонажи на главных ролях, но всегда очень женственные. У них не было внутренней силы, как у Лайтнинг, – говорит Торияма, метафорически бросая под поезд Юну. – И мы хотели сделать персонажа, который был бы иным, женского персонажа, про которого даже парни могли сказать, что она очень крутая. Она не только красива снаружи, но еще и очень сильна…»

Лайнтинг живет в Коконе – огромной полой сфере, висящей над просторами мира под названием Пульс. И в Коконе, и на Пульсе живут полубоги, именуемые фал’си; в Коконе они дарят людям беззаботную жизнь, обеспечивая их всем необходимым и втайне управляя ими. В далеком прошлом Пульс и Кокон воевали: монстр Рагнарёк пробил дыру в Коконе, но не закончил начатое, и с тех пор два мира не контактируют друг с другом. Все это время в Коконе оставались древние руины – последствия этой войны, – и в них таился фал’си с Пульса.

Сэра, сестра Лайтнинг, незадолго до событий игры находит эти руины, и фал’си дает ей магические силы, превращая в л’си – человека с определенным заданием, называемым «фокус». Л’си обречены: если они не выполнят задание, то через определенное время обратятся в монстров, а если выполнят – в кристалл.

Власти Кокона устраивают массовую «чистку» всех жителей города, в котором обнаружился вражеский фал’си. Сопротивление оказывает доброхот Сноу, жених Сэры; в этом сражении погибает мать мальчика Хоупа. К Лайтнинг присоединяется чернокожий пилот Саж, чей сын недавно стал л’си Кокона и превратился в кристалл. Эти четверо, а также две незнакомки Фанг и Ваниль, встречаются во время «чистки»