Предатели за спиной - Ольга Олеговна Погожева

Джен Эвергрин держала лицо Джона Ллойда в ладонях, словно тянула с того света на поверхность, и в глазах её, распахнутых и напряжённых, дрожали крупные слёзы. Бледно-синие губы Джона приоткрылись, грудь тяжело поднялась и опустилась, когда он сделал первый глубокий, болезненный вдох.

– Я не смогу удерживать тебя долго, Джонни, – прошептала Джен. – Я пришла, чтобы попрощаться. Прости, что разбудила… просто я так хотела увидеть твои прекрасные глаза, мой дорогой. Помнишь нашу первую встречу? Ты опустился на колени, чтобы мне не пришлось смотреть на тебя снизу вверх. Я влюбилась в твои глаза с первого взгляда… бескрайние, как космос… безграничные, как наши возможности…

– Я тоже… люблю… малышка… Дженни…

Агент Ллойд всё ещё смотрел сквозь сестру, так что Маргарет подумала, что Джон разговаривает с призраком, видением или трепетным сном, а может, и кошмаром. Ещё не вернувшийся с той стороны, ещё не шагнувший обратно в жизнь, Джон общался не с Джен, которую едва видел – он говорил с собственными воспоминаниями.

И голос его с каждым словом становился всё тише и вымученнее.

– Я знаю, мой дорогой, – через силу рассмеялась Джен, и одна дрожащая слеза всё-таки сорвалась из сияющих глаз. – Этого ничто не изменит, верно? Ты всегда будешь меня любить. Свою малышку Дженни…. Жаль, что у нас осталось так мало времени. Но иногда одного мгновения хватит на всю жизнь… Это в нашей крови… Ты ведь никогда не забудешь нашу первую встречу, верно, Джонни? Не забудешь и последнюю…

– Не уходи, Дженни… не убегай… Джен…

Слеза, сорвавшаяся с ресниц Джен Эвергрин, стекла по щеке Джона Ллойда. Маргарет показалось, будто их слёзы перемешались, стекая по судорожно сжатым пальцам леди Эвергрин.

– Я должна, Джонни. Ты поймёшь, – прошептала Джен, склоняясь к его лицу. – Ты ещё будешь счастлив… Прощай, Джонни. Прощай, мой дорогой…

Маргарет видела, как их губы встретились – а затем растрёпанные локоны Джен Эвергрин скрыли их лица от её взгляда.

Когда Джен отстранилась, агент Джон Ллойд уже спал. Лицо его казалось измученным, но спокойным, как у человека, который долго страдал, но наконец обрёл покой.

– Помни меня, – прошептала Джен, медленно отнимая ладони.

За окном постепенно стихала гроза, и Маргарет подумала, что это к лучшему – круиз мисс Эвергрин не задержат.

Джен просидела ещё несколько секунд, бездумно глядя сквозь спящего брата, затем небрежно вытерла лицо и поднялась, забирая с собой саквояж. К удивлению Маргарет, мисс Эвергрин протянула сумку ей.

– Здесь – мои записи по созданию препарата, – безразлично и отстранённо проронила Джен. – Передашь профессору Зборовскому. Твой жених – честный человек, Маргарет Морган. Он обещал, что моё имя не забудут, и я ему верю. Напомни ему об этом, хорошо?

Маргарет молча кивнула, принимая саквояж.

– Уверена, ты меня понимаешь, – помолчав, добавила Джен Эвергрин. – Мир не должен забыть маленькую шотландскую девочку, которая хотела всего лишь показать, на что способна.

Маргарет снова кивнула. С леди Эвергрин вообще не получалось спорить.

– Куда вы теперь? – спросила она без всякой задней мысли.

МИ-6 не станет её искать в преддверии разразившейся войны. Агент Морган это точно знала. Шеф Кеннингем порадуется, что его оружие массового поражения снова в строю, а с данными по уникальной разработке леди Джен Эвергрин у них исчезла последняя причина разыскивать гениальную менталистку.

– Ну как же, – мягко усмехнулась Джен. – Я обещала Рафаэлю, что вернусь к Рождеству. Он столько лет ждал меня… что, пожалуй, заслужил тех дней счастья, которые я успею ему подарить.

– Удачи, мисс Эвергрин, – зачем-то пожелала Маргарет.

Шотландское родство взыграло, не иначе.

– И вам, агент Морган, – вернула пожелание Джен. – Впереди у вас несколько увлекательных лет на службе у шефа Кеннингема. Желаю вам выжить.

Дверь за мисс Джен Эвергрин закрылась, а в ушах всё ещё отзывались последние слова. Гениальная менталистка была права: с текущими европейскими волнениями и особенностями её службы у Маргарет имелись все шансы получить личный некролог раньше, чем мисс Эвергрин доберётся до Чикаго.

– Босс как-то говорил, – пробурчал Гравано, отлипая от стены, – стальной стержень под обманчиво нежными лепестками. Та ещё штучка эта мисс Джен.

Маргарет подошла к окну и не отходила до тех пор, пока от главного входа не отлепилась маленькая фигурка и не забралась в послушно ожидавшее такси.

– Прощайте, мисс Эвергрин, – сказала агент Морган.

Жёлтый автомобиль за окном уверенно рассекал дождь и лужи, ярким лучом удаляясь прочь от госпиталя.

ГЛАВА 14. Военные льготы

«Хорошо быть добрым. В смысле, не тебе хорошо, а окружающим».

Агент Маргарет Морган

В коридоре раздавались голоса и звук приближающихся шагов. Маргарет узнала каркающий тембр дорогого начальника и переглянулась с Сэмом.

– Я обожду снаружи, мисс, – пробурчал Гравано, отставляя шахматную доску. – Вы уж проследите, чтобы этот ваш босс не додавил лорда Ллойда со старта.

Маргарет бросила взгляд на Джона и быстро кивнула. Агент Ллойд уже несколько раз приходил в себя после памятной операции, но никого не узнавал, ничего не говорил и не оставался в сознании надолго. Профессор Зборовский с доктором Вольфом не спешили с прогнозами, хотя магэксперт осторожно предположил, что динамика положительная. Новых разрывов, мол, он не видит, а излеченная профессором-менталистом аура набирает густоту медленно, но уверенно.

Шеф Кеннингем мог легко свести на нет все их усилия и жертву Джен Эвергрин.

– Морган! – гаркнул начальник, распахнув дверь. – Как он?!

Гравано едва заметно поморщился и обошёл шефа МИ-6 по дуге, выжидая удобный момент, чтобы выскользнуть из палаты.

– Не кричите, Джером, – встревоженно попросил профессор Зборовский, вглядываясь в агента Ллойда. – Наша цель – уменьшить сенсорную нагрузку на пациента. Мы с доктором Вольфом считаем, что это поспособствует скорейшему восстановлению…

– Насколько скорейшему? – сбавил обороты Кеннингем, не сводя, однако, буравящего взгляда с агента Ллойда.

Маргарет даже удивилась: неужели Джерри считает, что возможно так притворяться?! До синевы под глазами, бледно-серых губ и торчащих из вен трубочек капельниц?

– Может занять месяцы, – пожал плечами Ян. – А то и годы. Пока Джон не придет в себя окончательно, и мы не проведём всех тестов, точнее сказать не смогу. Есть также вероятность, что он не восстановится в полном объёме…

– Предположим, сажать многотонные самолёты ему больше не потребуется, – отрезал начальник МИ-6. – Но ведь взорвать бомбу на расстоянии он способен? Или порвать глотку крикуну на трибуне? Давайте так, профессор: как скоро вы сможете поставить его на ноги? Учтите, через месяц он нужен мне в Европе!

– Исключено! – повысил голос Ян, и Маргарет впервые увидела гнев на лице всегда доброжелательного и миролюбивого