Из руин - Arlenna

class="p1">Зачаровав дверь Колопортусом и наложив Муффлиато, я подошла к камину. На полке обнаружился горшочек с летучим порохом. Я бросила горсть пороха в камин, назвала адресата и осторожно, стараясь не делать глубоких вдохов, сунула голову в пламя.

Снейп, казалось, дремал, но стоило мне появиться, как он мгновенно открыл глаза.

— Почему у зелья нет накопительного эффекта? — я ринулась в атаку, не позволив ему открыть рта. — Я не хочу зависеть от того, вспомнит ли Волдеморт про приём, не отвлечётся ли на что-то другое или не решит поправить здоровье после перепихона, а не до.

— Накопительный эффект может вызвать ненависть к тебе, — невозмутимо ответил Снейп, — а ты ведь знаешь, те, кого он ненавидит, долго не живут.

— Я готова рискнуть!

— А я не готов. Помнится, ты угрожала, что в случае твоей смерти он получит все сведения обо мне, которые ты неизвестно где и как собрала, сидя в Азкабане. Или это всё-таки был блеф?

— Рискнуть и попробовать ты не готов, как только что сам признался, — обольстительно улыбнулась я, — так что измени состав, рассчитай как следует, найди баланс. Ты же у нас один из лучших зельеваров Британии, а может, и всего мира, захочешь — справишься. Повторяю, я с ним делить постель больше не собираюсь, полезет ещё раз, придётся отвлекать твоей историей. Когда Лорд её узнает в полном объёме, он точно надолго обо мне забудет, поскольку переключится на тебя.

Снейп скривился, словно вместо яблока откусил лимон.

— Хорошо, я поэкспериментирую, — кивнул он. — Но смотри, Беллатрикс, не заигрывайся.

— Так, а ты что хотел? — вспомнила я.

— Что имел в виду Волдеморт, когда говорил о пророчестве?

— Что он его получил, — невозмутимо ответила я.

— Но оно же разбилось, — недоверчиво сощурился Снейп.

— Разбилось, — согласилась я.

— Белла, не выводи меня из себя, — доброжелательно попросил Северус.

Я изложила ему версию про услышанное в момент разбивания пророчество.

— И тебе удалось расслышать его во время схватки? — скептически хмыкнул

Снейп.

— Мысль, что в противном случае придётся возвращаться к Лорду с пустыми

руками и испытать на себе его гнев, очень меня стимулировала, — любезно пояснила я.

— И что же было в том пророчестве? — стараясь казаться равнодушным, небрежно поинтересовался Северус.

— А что, Дамблдор тебе не рассказал? — преувеличенно изумилась я. — Вроде на каждом углу кричит, что доверяет тебе как самому себе.

— Не рассказал, — холодно произнёс Снейп, — поэтому я хочу услышать его от тебя. Мы же партнёры, при этом я серьёзно рискую и хотел бы получить нечто большее, чем сомнительные угрозы.

— На это я бы многое могла возразить, но не хочу терять время, — я послала Снейпу ещё одну обворожительную улыбку, которую он снова не оценил, и очередной раз повторила бред про рождённого на исходе седьмого месяца у тех, кто трижды осмеливался бросать вызов Тёмному Лорду, отмеченного им как равного, обладающего таинственной силой и неспособного жить спокойно, пока жив его противник.

Когда я закончила, Снейп выглядел таким же озадаченным, как Волдеморт.

— Это всё? — недоверчиво спросил он.

— Всё, — подтвердила я.

— Дамблдор говорил, что это наше тайное оружие, способное сокрушить Лорда, но я не понимаю… — протянул Снейп, впрочем, тут же осёкшись — откровенничать передо мной ему не хотелось. — Беллатрикс, признайся, ты всё это выдумала, чтобы Лорд не прикончил вас троих за провал.

— Спроси у Дамблдора, — так же холодно посоветовала я, скопировав его тон, — полагаю, он подтвердит, что это именно то, что содержалось в шаре, от первого до последнего слова.

На мгновение у меня появился соблазн поделиться с Северусом своим предположением, — да что там, уверенностью! — что именно Дамблдор и был автором пророчества. Нужен был всего лишь подходящий ребёнок, а там любая мать сделала бы то же самое, что Лили Поттер. Та же Нарцисса, к слову, ради сына и не такую жертву принесла бы. Но ей повезло — у Драко не было родственников-маглов, которые одиннадцать лет воспринимали бы его как обузу. А в случае с Поттерами Дамблдор получал ещё и бонус в виде раскаявшегося Снейпа, перешедшего на сторону Ордена и снабжавшего их эксклюзивной информацией. Горечь потери и чувство вины гарантировали, что Северусу никогда не сорваться с крючка.

Но я отказалась от этой мысли. Даже если Снейп согласится с моими выводами и убьёт Дамблдора сейчас, а не к концу учебного года, наверняка старик уже озаботился, чтобы информация о крестражах так или иначе попала к Гарри Поттеру. После неудачной попытки подчинить себе воскрешающий камень великий светлый должен был задуматься о смерти и подстраховаться. Но вероятнее всего, что сначала Снейп захочет выслушать Дамблдора, а тот, с его-то навыками манипуляции и демагогии, заболтает Северуса в два счёта. Я не добьюсь ничего, зато привлеку внимание Дамблдора. До сих пор он считал Беллатрикс невменяемой психопаткой, от которой много шума, но минимум толка, к тому же одержимой страстью к Лорду и потому вообще неспособной мыслить здраво. Вот пусть и остаётся при своём мнении, если он поймёт, что ошибся на мой счёт, наверняка попытается уничтожить, а возможностей для этого у него не меньше, чем у Волдеморта.

— И из-за этого погибли Лили и Джеймс? — оторвало меня от размышлений бормотание Снейпа.

— Лили, Джеймс, Сириус, который до этого провёл двенадцать лет в Азкабане ни за что, Бродерик Боуд… На их фоне Артур Уизли ещё легко отделался. Да и дети пострадали, испытав то, что им ещё рано испытывать, и едва не погибнув, — подлила я масла в огонь. Может, Снейп сам догадается?

— С каких пор тебя волнует участь детей, Беллатрикс? — вместо этого съехидничал он.

— Да мне плевать, — пожала я плечами. — Родольфус расстраивается.

— Ну, хоть на него тебе теперь не плевать. Лучше поздно, чем никогда, — в ехидстве Снейп легко мог состязаться со мной, и неизвестно, кто бы из этого состязания вышел победителем. — Удивительно, что это благодатное для Родольфуса время вообще настало. Белла, тебя в Азкабане, часом, не подменили?

Разумеется, это была шутка, но я рассвирепела.

— Северус, ты у нас, конечно, поборник добра и света, бескорыстно пекущийся о неблагодарных детях, но скажи-ка откровенно, если бы пророчество не касалось твоей обожаемой Лили, если бы в нём шла речь только о Лонгботтоме, если бы под описание подходил Рон Уизли, Драко, Финниган, да кто угодно, принял бы ты его так близко к сердцу? Примчался бы к Дамблдору с мольбой о спасении будущих жертв, предал бы Лорда или по-прежнему служил бы только ему, служил не за страх, а за совесть, спокойно глядя, как он уничтожает грязнокровок, предателей крови и