Из руин - Arlenna

— Мне это не нравится, — мрачно заявил Родольфус, непонятно что имея в виду, то ли наше раздельное поселение, то ли приём Драко в ряды Пожирателей. Скорее всего, и то, и другое.

— Постарайся этого не демонстрировать, — предостерёг его Басти. — Навряд ли Лорд безвылазно сидит в Мэноре, как отбудет — всем станет проще. Но до этого нужно проявлять осторожность.

Родольфус недовольно поморщился, но был вынужден признать правоту брата.

В комнате меня ожидал знакомый наряд — плащ с капюшоном и маска. Увидев их, я ту же вспомнила рейд, звук падающего тела, широко распахнутые мёртвые глаза Кэролайн, Метку, расплывающуюся над домом, где после нас не осталось никого живого… Каким далёким это казалось из лондонского отеля, и каким ужасающе близким выглядело сейчас.

Но долго предаваться воспоминаниям мне не пришлось. Родольфус напомнил, что пора. Я быстро облачилась, и мы присоединились к цепочке гостей, спускавшихся в подземелье по крутой лестнице со стёртыми за века ступенями.

Это явно был не тот подвал, где содержали или, вернее сказать, будут содержать пленников. Подземелье, по моим ощущениям, находилось гораздо глубже. Огромный зал освещался колеблющимся пламенем факелов. Их света было недостаточно, и углы тонули в темноте.

В центре зала возвышалась костлявая фигура Лорда. Перед ним на коленях стоял Драко. В отличие от остальных присутствующих, он был в белой рубашке, выделявшейся неестественным пятном на фоне заполнивших помещение чёрных силуэтов. Поодаль стояла Нарцисса. Она была в чёрном платье, но без маски. Лицо её бледностью превосходило рубашку сына.

Мы стали широким кругом. Шорохи и бормотание смолкли, наступила тишина, нарушаемая лишь треском пламени.

— Драко Малфой! — высокий голос Волдеморта гулко разнёсся под сводами подземелья, — клянёшься ли ты хранить мне верность?

— Да, милорд! — взволнованно произнёс Драко.

— Клянёшься ли ты безжалостно очищать наш мир от грязнокровок и предателей крови, покуда последний враг не истребится — смерть?

— Да, милорд!

— Клянёшься ли ты исполнять любой мой приказ не считаясь с потерями и жертвами?

— Да, милорд!

— Готов ли ты при необходимости принести в жертву нашему делу своих друзей, родителей, самого себя?

— Да, милорд!

В этот раз голос Драко слегка дрогнул, похоже, к такому повороту он не был готов. Но обратного пути уже не было.

— Дай мне свою руку!

Оставаясь на коленях, Драко молниеносно закатал рукав левый рукав и протянул руку Лорду. Тот прижал к его предплечью свою палочку. Раздался треск, Драко застонал, и словно в ответ на его стон наши метки вспыхнули болью. «Хорошо, что Лорд не устроил массовое посвящение, — подумала я, и уверена, что многие, если не все Пожиратели со мной бы согласились.

Волдеморт медленно вёл палочку, и на руке Драко проступал рисунок черепа с выползающей изо рта змеёй. Малфой-младший дрожал от боли, на лбу и над верхней губой выступили бисеринки пота, Нарцисса бессильно опёрлась о стенку, но вмешиваться не смела. Наконец, Лорд завершил посвящение и дал Драко знак встать.

Юноша с трудом поднялся на ноги. Перед ним неслышно материализовался домашний эльф и протянул маску и плащ, такие же, как у нас. Драко, морщась от боли, надел их.

— Поприветствуйте нашего нового собрата, — обратился к нам Волдеморт.

Теперь мы опустились на колени и склонили головы.

— Драко Малфой заменит нам тех, кто по вине его отца оказался в Азкабане и не может мне служить, — вкрадчиво произнёс Лорд, — и он исправит оплошность Люциуса. У меня есть для тебя особое задание, мой друг, — он положил руку на плечо юноше, — задание, с которым сможешь справиться только ты. Выполни его — и я прощу твоего отца. Но если окажешься таким же бесполезным, как он — умрёте оба, — буднично закончил Волдеморт, делая нам знак подняться.

Драко судорожно сглотнул.

— Беллатрикс, — обратился ко мне Волдеморт.

— Да, мой Лорд, — я склонилась в глубоком поклоне.

— С завтрашнего дня будешь заниматься с Драко. Научи его всему, что знаешь. Особое внимание удели окклюменции. Никто не должен знать, о чём он думает и что ему поручено.

— Ваше приказание — честь для меня, — я склонилась ещё ниже, мимоходом отметив, что рискую нарушить торжественность церемонии, потеряв равновесие. К счастью, обошлось, всё-таки полжизни йогой занималась.

Торжественная часть завершилась. Пожиратели окружили Драко, поздравляли его, хлопали по плечу, пожимали руку и тянулись к выходу. Я отметила, что племянник совершенно вымотан, он вяло улыбался, кивал, благодарил. Наконец, все разошлись, остались лишь мы, Малфои и Волдеморт. Снейп перед уходом смерил меня испытующим взглядом, однако при всех обратиться не решился.

Нарцисса подошла к сыну и крепко обняла его.

— Тебе нужно отдохнуть, милый, — прошептала она.

Драко обернулся на Лорда.

— Иди, — милостиво разрешил тот, — и не забудь того, что я тебе сказал.

Драко кивнул. Нарцисса, продолжая обнимать, увела сына из подземелья.

— Милорд… — наклонил голову Родольфус.

— Пойдём, Белла, — Волдеморт хозяйским жестом приобнял меня за плечи и повёл к выходу.

Родольфус пополотнел. Я изобразила счастливую улыбку, хотя внутри у меня всё похолодело, и поплелась за Лордом, чувствуя спиной растерянный взгляд мужа.

Волдеморт устроился с показной аскетичностью. Ничего лишнего — стол, пара кресел, кровать, ковёр на полу. На ковре свилась тугими кольцами огромная змея. При нашем появлении она подняла уродливую треугольную голову и уставилась на меня вполне осмысленным недобрым взглядом. При всей моей симпатии к рептилиям это чудище пугало до озноба. Я ей не нравилась, и она, похоже, чувствовала мой страх.

— Белла! — окрик Лорда вернул меня к действительности. Волдеморт раздражённо указывал на кресло. Я осторожно села, не сводя глаз со змеи. Лорд опустился в соседнее, Нагайна тут же подползла к нему, обвилась вокруг ног и, приподнявшись над спинкой кресла, опустила голову Волдеморту на плечо.

— Напомни мне пророчество! — не тратя времени на small talk, потребовал Лорд.

Я ошарашенно взглянула на него.

Змея угрожающе зашипела, и я невольно перевела взгляд на неё.

— Не ревнуй, Нагайна, — засмеялся Лорд, потрепав чудовище по морде. — А ты не бойся, Белла, без моего приказа она тебя не тронет.

Не то чтобы меня успокоили его слова, но я усилием воли отвернулась от змеи, восстановила в памяти картинку разбивающегося шара и поднимающейся из него призрачной фигуры на случай, если Волдеморт захочет развлечься окклюменцией, и повторила:

— Грядёт тот, у кого хватит могущества победить Тёмного Лорда… рождённый теми, кто трижды бросал ему вызов, рождённый на исходе седьмого месяца… и Тёмный Лорд отметит его как равного себе, но не будет знать всей его силы… И один из них должен погибнуть от руки другого, ибо ни один