Маньчжурия. Финал Второй мировой войны - Алексей Васильевич Шишов

Расклад операционных направлений армий 1-го Дальневосточного фронта выглядел на штабных картах так: наступать предстояло на большие и важные по местоположению города Харбин и Гирин и вдоль морского побережья Северной Кореи на города Вонсан (Гензан) и Пхеньян (ныне столица КНДР).

1-я Краснознаменной и 5-й армиям предстояло пробиваться через труднопроходимую горную тайгу и прорываться: первой через Мишаньский укрепрайон, второй – через Пограниченский. Тот и другой относились к числу самых мощных и обширных в системе японских укрепленных районов на государственной границе СССР.

На правом крыле фронта севернее озера Ханко предстояло идти вперед 35-й армии генерал-лейтенанта Н.Д. Захватаева. Первым препятствием для войск этой армии являлась полноводная река Уссури, лежащая за ней заболоченная местность и Хутоуский укрепленный район.

На левом крыле 1-го Дальневосточного фронта наступала 25-я армия генерал-полковника И.М. Чистякова. Путь ей преграждали горные леса с малым числом дорог, в том числе и на сопредельной корейской территории. Здесь японцы имели четыре укрепрайона: Дуннинский, Дунсинженевский, Хуньчуньский и Кэнхынский.

Исходя из этого, Главное командование на Дальнем Востоке приняло решение значительно усилить их состав инженерными войсками. 1-я Краснознаменная армия пополнилась 12-й инженерно-саперной бригадой, двумя понтонно-мостовыми батальонами, двумя парками инженерных машин, ротой полевого водоснабжения и гидротехнической ротой.

На усиление 5-й армии поступили 20-я Свирская штурмовая, 23-я и 46-я моторизованные инженерно-саперные бригады и два понтонно-мостовых батальона. В общей сложности на долю 5-й армии пришлось 90 саперных рот, тогда как другие армии фронта их имели по 60–70. Такое инженерное усиление дало в начале Маньчжурской стратегической операции желаемый результат. Все передовые отряды и штурмовые группы имели хорошее саперное усиление.

В полках первого эшелона дивизий 1-й Краснознаменной и 5-й армий наиболее ответственные задачи при прорыве укрепрайонов, блокировании и уничтожении отдельных фортификационных сооружений решали штурмовые группы. Их типовой состав был таков: взвод саперов-штурмовиков, два расчета огнеметчиков, два-три стрелковых отделения, два пулеметных отделения, отделение противотанковых ружей, два 45-мм орудия, отделение 82-мм минометов и две самоходки – САУ–152. Состав штурмовой группы свидетельствовал о силе ее огня и возможностей одновременной борьбы даже с несколькими близлежащими дотами, которые могли оказать друг другу огневую поддержку.

В 25-й и 35-й армиях «тяжелых случаев» при прорыве вражеских укрепленных районов не предвиделось. Поэтому в передовых полках их стрелковых дивизий роль штурмовых отрядов исполняли усиленные стрелковые роты. Такая практика тоже оправдала себя.

Здесь, благодаря местности, к дотам укрепрайонов можно было подобраться скрытно, используя… японские траншеи. Атакующие подбирались к амбразурам дотов и закрывали их мешками с землей. Доты враз становились «слепыми» и «немыми». После этого следовало найти решетки, прикрывавшие вентиляционные трубы, и забросить в них ручные и противотанковые гранаты. В таких случаях уцелевшая часть гарнизонов дотов укрывалась в подземных убежищах. Оттуда японцев «выкуривали» огнеметами, зарядами взрывчатки, а случалось, и воспламененным бензином.

К примеру, штурмовые группы 25-й армии в первый день операции, 9 августа, действовали тактически очень грамотно. Используя непогоду, они бесшумно снимали часовых, врывались внутрь дотов, уничтожали их гарнизоны, а потом подрывали сами укрепления. Однако в ряде случаев такой успех достигался с большим трудом с заметным превосходством в силе огня и числе штурмующих. Показателен следуюший пример.

На второй день наступления, 10 августа, на пути 622-го стрелкового полка оказался 4-амбразурный дот с несколькими открытыми пулеметными точками, прикрываемый тремя рядами колючей проволоки на железных кольях. Его гарнизон состоял из 9 человек (шесть солдат и три унтер-офицера). Хорошо замаскированный дот был обнаружен случайно.

Против такого сильного, хорошо защищенного укрепления пришлось применить артиллерию в количестве пяти стволов, а на приступ шло 30 автоматчиков. Дот с южной стороны обстреливали из трех 76-мм орудий, а с юго-восточной – из двух 45-мм. Их развертывание на позиции и продвижение вперед автоматчиков обеспечивала рота противотанковых ружей. Пушечный огонь отвлек японцев от юго-западной стороны, откуда и последовала атака. Гарнизон дота был уничтожен.

Итоги штурма дота оказались таковы. Потери атакующих: четыре человека получили ранения. Трофеи: два ручных пулемета, 9 винтовок, гранатомет и стереотруба. Было расстреляно боеприпасов: 40 снарядов 76-мм, 30 снарядов 45-мм и 240 патронов к противотанковым ружьям.

Наступление 1-го Дальневосточного фронта в начале Маньчжурской стратегтческой операции велось в замедленном темпе. На то были веские причины. Здесь идущие вперед советские войска сразу же столкнулись с сильным сопротивлением гарнизонных японских войск на рубежах Пограничненского, Дуннинского, Хутоуского укрепленных районов. Здесь фактор внезапности сработал только в утренние часы 9 августа.

Весь день 9 августа (равно как и в последующие дни) фронтовая авиация занималась поддержкой с воздуха наступающих передовых отрядов («способствовала выдвижению передовых батальонов»). Одновременно она совершила ночную бомбардировку городов Харбин и Чанчунь. Всего было сделано 744 самолето-вылетов, в том числе «ночных Ил–4 – 76, дневных Ил–4 – 35, штурмовиков – 147, истребителей – 446, разведчиков – 30».

В полосе наступления 5-й армии находился Волынский узел Пограничненского укрепрайона. Он прикрывал собой города Силин и Суйян, железнодорожную магистраль (восточную часть бывшей КВЖД) и проходящие здесь рокадные дороги. Фланги укрепрайона упирались в труднодоступную горно-лесистую местность. Волынский узел имел фронт до 17 километров и глубину в 3–4 километра и состоял из семи опорных пунктов, расположенных на высотах Верблюд, Острая и Груша. Промежутки между высотами прикрывались разного рода инженерными сооружениями, огнем артиллерии и пулеметов.

О насыщенности Волынского узла фортификационными сооружениями свидетельствует их число: 29 артиллерийских и 31 пулеметных дотов, а также одно артиллерийское и 29 пулеметных сооружений более легкого типа. Там же было оборудовано 14 открытых огневых позиций для артиллерии и 15 позиций для зенитных орудий и пулеметов, 3 командных и 16 наблюдательных пунктов, 20 укрытых складов для боеприпасов и 9 подземных убежищ для личного состава.

Всю эту систему оборонительных сооружений Волынского узла Пограничненского укрепрайона прикрывали 8,5 километра проволочных заграждений, 16,7 километра противотанкового рва, 12,5 километра эскарпов, 3,3 километра надолб. В фортификационном отношении узел был подготовлен сильно.

Гарнизон Волынского узла, которым командовал Арима Нарихико, состоял из пяти рот специальных (крепостных) и полевых войск, общей численностью в 1520 человек.

Подобными были и все остальные узлы обороны Пограничненского укрепленного района, через который предстояло прорываться войскам 5-й армии, составлявшим ее передовые отряды. Ожидались ожесточенные бои сразу же после перехода линии государственной границы и появления передовых отрядов перед укрепрайоном.

Но на помощь наступающим в ночь на 9 августа пришла метеопогода. Пелена дождя «ослепила» гарнизоны дотов. Вперед, соблюдая полную тишину, двинулись специально подготовленные группы пограничников и штурмовые отряды. Японское сторожевое охранение