Граф Суворов. Книга 16 - Иван Шаман

— Я слышала разговоры Луизы и Фатимы, они не оставляют надежд выйти за вас замуж, — заметила, всхлипнув, принцесса. — А у меня приданое гораздо лучше, целая страна!

— Не совсем понял… Вы сейчас расстраиваетесь, что я не собираюсь отнимать у вас трон, или радуетесь? — покачав головой, произнёс я. — Так или иначе, вам нужно всё обдумать, передохнуть и…

— Нет! Если промедлить, дядя объявит о коронации! — вспыхнув, сказала Калима. — Вы должны действовать решительно. Как вы умеете!

— Умею, так же как умею обдумывать шаги наперёд. И если вы хотите занять трон, я вас поддержу. Принц Грузинский, во всех смыслах выдающийся человек, чьё происхождение и навыки не подлежат сомнению, на время станет вашей правой рукой, поможет на месте и поддержит.

— Если миледи об этом попросит, — галантно склонился Константин.

— Вы принц? — удивлённо спросила девушка, смахнув стоящие в глазах слёзы. — Грузинский? Прошу прощения, но я не слышала о такой стране.

— Это на Кавказе, около четырёх миллионов населения и семидесяти тысяч квадратных километров. У вас, в Болгарии, существенно больше, — улыбнувшись, сказал он. — Но мы гордый воинственный народ, который всегда готов отстаивать свои интересы. Даже когда враг в большинстве. Но, увы, в наших обычаях всегда отвечать на содеянное тем же. Кровь за кровь.

— Сейчас мне бы хотелось, чтобы мы отвечали также, — ответила Калима, решительно подавшись вперёд. — Расскажите мне о своей стране больше.

— О, там великолепные горы, гостеприимные люди и очень красочные просторы… — поднимаясь и беря принцессу за руку, сказал Константин.

Удивительно, как он умел перевоплощаться, и из жёсткого администратора за мгновения вновь стал тем весёлым балагуром, каким я его повстречал пару лет назад. Он в самом деле умел увлекать женщин, и только перед самым выходом обернулся.

— Ваше величество, позвольте украсть у вас принцессу? — спросил он.

— Она наша гостья, а не пленница, и может делать то, что сама пожелает, — отмахнулся я. — Мы лишь беспокоимся о её безопасности. Но если вы, принц, гарантируете, что она будет в полном порядке…

— Со мной ей ничего не грозит! — ударил себя в грудь кулаком Константин, и щёки девушки порозовели несмотря на всё пережитое горе. Да уж, вот действительно ветер в голове гуляет. Ничего, скоро накатит снова… Но думаю, он с ней справится.

— Соедините меня с Багратионом-старшим, — попросил я секретаря, и через несколько секунд на той стороне ответили. — Ваш сын — настоящий самородок и вполне может стать неплохим монархом.

— Если вы так говорите, ваше величество, — устало ответил Леонид. — Мы приложим к этому все возможные усилия.

— Хорошо. Тогда прошу вас подготовиться к поддержке законной наследницы трона Болгарии. Официальное заявление подготовит Мышкин, но вы тоже не расслабляйтесь. Нужна будет агентурная сеть, список тех, кого можно перекупить или кто хотел бы возвыситься при смене правителя.

— Этим ведь не ограничится… Нужны будут войска для поддержания порядка, — напомнил глава внешней разведки.

— Уверен, с этим справится экспедиционный корпус под командованием Суворова.

— Вы хотите оторвать адмирала от управления армией? — в его голосе чувствовалось искреннее удивление.

— Я говорил о Романе, тем более него найдётся занятие на время путешествия, — ответил я, в уме прикидывая план. — Правда, на первое время придётся самому туда слетать. Не хотелось бы, учитывая покушение и наличие где-то неподалёку сильного ментата…

— Если вы позволите, думаю, и в самом деле стоит доверить это дело Мышкину, подготовить официальную позицию, договориться с союзниками о совместных действиях.

— Почему нет. Хорошая идея, — подумав, согласился я. — Но готовиться начинайте.

Получив подтверждение и положив трубку, я почти сразу её поднял, вызвонив вначале Мышкина и дав ему задание, а затем и генерального посла Германии в России. Всё же официальные переговоры требовали длительной подготовки, а я любил всё делать быстро и чётко. Пусть некоторым это и кажется слишком топорным.

Проблема была лишь в том, что, даже согласовав звонок, его сорвали. Время не совпало или что-то ещё, князь рассыпался в извинениях, консул багровел и бледнел, пока я, не выдержав, не потребовал привести Луизу и прямо попросил её связаться с батюшкой. От такого нарушения дипломатического этикета стало дурно уже Мышкину, но я не собирался тормозить на поворотах.

— Ваше императорское величество, прошу прощения, наши послы где-то ошиблись, тратя драгоценное время.

— Ваше императорское величество, — с достоинством улыбнулся Вильгельм. — Понимаю вас, молодость всегда нетерпелива. А ситуация в мире не располагает к долгосрочному планированию. Если вам так угодно, предлагаю опустить разговоры о погоде и наших домашних животных.

— Благодарю, — искренне ответил я. — А вопрос у меня очень простой: что вы собираетесь делать с герцогом Саксонским и бароном Бокхом? Они оба покушались на мою жизнь, а второй ещё и на вашу, и на жизнь вашей дочери.

— Нам известно, что они решили сотрудничать, но в рамках наших законов я не могу судить ни того ни другого, — без всякого удовольствия ответил монарх. — Я бы с радостью казнил обоих, но наша власть держится на законности и сейчас довольно шатка. А у герцога, который на меня не нападал, есть все права на титулы и земли. Я даже не могу его лишить права на престол, не нарушив десяток традиций и обычаев.

— Ого… — я даже замер от неожиданности. — Плачевная ситуация и совершенно для меня неожиданная.

— У вас в России — дикое время, теракты, беззаконие. Как говорил мой дед: время героев и смерти, что могут возвысить до небес любую пыль. Но вы яркий пример того, что достойный даже в такое время займёт своё законное место.

— Что ж… Тогда я рад, что у нас дикое время закончилось. И хочу вам сообщить, что планирую поддержать притязания Калимы Борисовны Саксен-Кобург-Готской на трон Болгарии.

— Вот как? В таком случае наши интересы могут разойтись. Если вы собираетесь стать её супругом и забрать страну себе, это будет конфликт, — и подумав секунду, император добавил: — Который нам бы хотелось избежать.

— В таком случае я рад сообщить, что не планирую жениться на Калиме или претендовать на её трон, хотя, конечно, буду учитывать свои