Чокнуться можно! - Алексей Аржанов

Я остановился. Вопрос прозвучал слишком специфично.

С чего она вдруг заговорила об этом? Женская интуиция? Или она действительно о чём-то догадывается?

— Полина, вы читаете слишком много детективов, — отшутился я. — Моё прошлое в Саратове не стоит этих разговоров. Там всё было скучно. Никаких врагов, никакой интриги. Только сухая медицина.

— Медицина… — она задумчиво прикусила губу. — Ну конечно. Просто вы так органично вписались в наш город, будто… А, впрочем, не важно. Вот и мой пункт выдачи!

Она остановилась у двери с яркой вывеской маркетплейса.

— Спасибо за прогулку, доктор. И будьте осторожны завтра. Я бы не хотела, чтобы у нас с вами возникли проблемы из-за приезда губернатора.

Она кивнула мне на прощание и скрылась за дверью. Я остался стоять на тротуаре. И честно говоря, даже не знал, о чём и думать.

Система молчала, но моё внутреннее чутье вопило во весь голос. В её вопросах сквозила не женская симпатия, а холодный, почти профессиональный интерес.

Кто же она такая? И почему так странно себя ведёт?

Всё-таки первое впечатление меня не обмануло. Моя медсестра что-то скрывает. Вопрос только в том — что?

Я не стал задерживаться. Пошагал к своему дому. Надо ещё раз обработать синяки и подготовиться к завтрашнему дню. Губернатора я не боюсь. Но что-то мне подсказывает, что четверг пройдёт не так гладко, как мне хотелось бы…

* * *

Утро рокового четверга началось непривычно. С тишины. Никто из пациентов ко мне не пришёл.

Обычно коридоры поликлиники к восьми часам уже напоминали залитый водой муравейник. А тут вдруг — тишина.

Я просмотрел пустую сетку записей в компьютере. Ни одного пациента. Руководство, видимо, решило освободить меня от приёма. Чтобы я смог хорошо себя проявить перед губернатором. Что ж, не могу сказать, что мне это нравится. Лучше бы с пациентами весь день возился!

Полина, как и всегда, была на месте. Медсестра всегда приходила раньше меня. Она занималась сортировкой документов, молчала. О вчерашнем разговоре она даже не пыталась напомнить. Однако я замечал её взгляд. Время от времени ловил неприятное ощущение, будто она скрытно за мной наблюдает.

Я ещё раз проверил своё лицо в зеркале. Гримёр из театра, приехавший по просьбе Сафонова час назад, сотворил чудо. От синяка не осталось и следа, кожа выглядела идеально ровной. Никто не догадается, что позавчера я участвовал в драке.

На часах уже одиннадцать часов. Выходит, представление скорой началось час назад. Уже должно было давно закончиться. Но пока что никаких вестей.

И стоило мне об этом подумать, как мне принялся звонить Макс.

Странно… В это время он должен вовсю работать перед камерами. Я принял вызов, и Полина тут же замерла. Опять подслушивает!

— Да, Макс? — ответил я. — Как всё прошло?

— Док… — голос друга дрожал так, будто он пациентов на горбу таскал, а не на машине возил. — Док, ты не представляешь, как прошла наша сценка для губернатора… Мы провалились. По полной программе!

Глава 18

Так я и думал, что вся эта идея с показухой для губернатора по итогу закончится плохо. Но разве ж кто-то стал бы меня слушать? Конечно же нет!

— Тише, Макс. Дыши ровнее, — попросил я. — Рассказывай по порядку. Что у вас там провалилось? Можешь спокойно объяснить, что произошло?

— Док, это был цирк! Разве что без медведей! — Макс уже перешёл на крик. Я слышал, как он активно хлопает ладонью по рулю. — Начнём с того, что пожарные вообще не явились! Сказали, у них там какие-то учения внеплановые и на губернатора они плевать хотели. В итоге машины, которые якобы попали в аварию, так и остались дымиться. Никто к ним даже не прикоснулся. Актёры — это вообще отвал башки. Они переигрывали — хуже некуда. Стонали так, будто они не в аварию попали, а… Будто их в космос без скафандра запустили! Наигранно, фальшиво, жуть! Губернатор хоть и знал, что это шоу, но у него лицо было такое, будто его нагрели на пару миллионов.

Я прикрыл глаза — так было проще переварить весь рассказанный Максом бред. Похоже, весь этот «гениальный» план трещит по швам.

— Вы как отработали? — уточнил я.

— Как-как… Опоздали! И сильно! — воскликнул Макс.

— И «скорые» опоздали? Почему? — поинтересовался я.

— А вот тут самое весёлое, док! — в голосе Макса прорезалась злая ирония. — У нас два реальных вызова упало прямо перед стартом. Инфаркт на окраине города и тяжёлое желудочно-кишечное у женщины в селе. Ты же понимаешь, что мы не могли проигнорировать такие вызовы. Ребята уехали на адреса. Настоящие адреса! В итоге я остался один. Мне поручили в одиночку участвовать в этом шоу. И знаешь, какую машину мне выдали?

Я почувствовал подвох.

— Дай отгадаю… — начал было я, но Макс даже не стал дожидаться моего ответа. Эмоции пёрли через край.

— Старую «буханку» без сигналок, док! Без мигалок, без сирены! Хлам! Я везу этих орущих актёров в стационар, а на дорогах пробки — город-то перекрыли ради приезда губернатора! Я стою в заторе, не могу проехать на красный, не могу объехать по встречке — у меня же нет спецсигналов. Я ж понимаю, что меня потом ГИБДД с потрохами сожрёт, если я нарушу правила. В итоге я добирался до приёмного покоя полчаса. Полчаса позора на глазах у губернатора! Да ещё и перед камерами…

Нельзя было смеяться в этой ситуации, но я едва сдерживался.

— Макс, послушай меня, — я решил серьёзно поговорить с другом. Сейчас он, скорее всего, очень переживает из-за произошедшего. Но беспокоиться тут не о чем. — Ты всё сделал правильно. И ребята, которые уехали на инфаркт — тоже. То, что администрация решила устроить этот театр, не отменяет того, что люди продолжают болеть. Бросать настоящие вызовы нельзя — вы правильно поступили. Это не провал скорой. Проигрывают тут только те, кто планировал показуху. Эти люди о реальных проблемах вообще не помнят.

— Сафонов так не думает, — буркнул Макс. — Он там бледный как поганка бегает. Сказал, что головы полетят… Ладно, док, мне пора. Удачи тебе. Теперь вся надежда только на тебя. Если ты их не впечатлишь своим «фокусом» с пациентом — губернатор явно будет недоволен.

Он отключился. Я медленно опустил телефон.

/Внимание! Эмоциональный фон окружения: напряжение 84 %. Прогноз: агрессия руководства возрастает. Риск увольнения провинившихся коллег — 68 %/

— Провал? — прошептала Полина. Она уже не делала вид, что занята бумагами.

— Катастрофа, — подтвердил я. — Скорая помощь отказалась играть по правилам, которые Сафонов