Преподаватель - Юлия Хокка

class="p1">Мы неловко обнялись. Напряжение висело в воздухе и пока мы шли до кафе, и когда уже сидели внутри, попивая кофе. Кажется, Яна тоже это чувствовала.

– Как дела с бабушкой? – спросила она, ковыряя пластиковой вилкой чизкейк.

Мне от десерта, к сожалению, пришлось отказаться и пока ограничиться только латте с сиропом. Теперь моим верным другом стал подсчет калорий.

– Да так же, как и всегда. Чем больше я молчу и пропадаю в комнате, тем меньше ссор. А у тебя как с родителями, как с Пашей? – невозмутимо поинтересовалась я.

Новогодние гирлянды на стенах мерцали теплым желтым светом, добавляя уюта. Рановато, конечно, но в углу заведения уже стояла небольшая елочка, а в меню появились тематические сезонные позиции. Легкая праздничная атмосфера в кафе ярко контрастировала с напряженной атмосферой между нами.

– Ты не думала найти работу и съехать на съемную квартиру? – Яна проигнорировала мой вопрос. То ли ей было просто неинтересно на него отвечать, то ли она специально меняла тему.

– Думала, конечно. Но пока я не готова к таким переменам.

Я перевела взгляд в окно. Прохожие торопливо шли по улице, не замечая ничего вокруг. Все в своих делах, в своих заботах. Вечно спешащие. Единственным человеком, выбивающимся из этой картины, была пожилая женщина, стоящая в ожидании кого-то около противоположного дома.

– Боишься, что не справишься с самостоятельной жизнью? – Одногруппница наконец отправила в рот кусочек несчастного тортика.

– Да нет, дело не в этом. Просто… Бабушка будет против. К тому же пока мне сложно совмещать работу с учебой. Кстати, а ты сделала задание Вьюгина? У меня не получается разобраться.

– Нет. Я спишу у кого-то или просто забью. Не думаю, что он будет ругаться. Вьюгин добрый мужик. Классный.

– А еще симпатичный и умный, – без задней мысли добавила я, улыбнувшись.

– Угу. – Яна отпила кофе и поморщилась. – Фу, мерзкий сироп, надо было тоже с ореховым брать. Слушай, – она отодвинула чашку, внимательно посмотрев на меня, – тебе что, Вячеслав Геннадьевич нравится? – Ее голос повеселел и приобрел заговорщический тон.

– Нет, – я нахмурила брови, – ты чего, нет. Он классный, конечно, но слишком взрослый, наверное…

«Какое “наверное”, Олеся? – тут же одернул меня внутренний голос. – У тебя возник фетиш на преподов?»

– Да ладно тебе, у вас разница около двадцати лет, это нормально.

– А то, что у него жена и ребенок, тебя не напрягает?

– Меня, – Яна ткнула пальцем в свою грудь, – нет. А тебя?

– А меня он не интересует.

Обсуждая нашего математика, мы незаметно перешли на тему мужчин и личной жизни в целом. Одногруппница так восхваляла и Кису, и Димку и расспрашивала про того вымышленного парня из компании, о котором я соврала, что у меня закрались странные подозрения. Это были даже не восхваления, это были будто уговоры попробовать «замутить» хоть с кем-то. Но зачем? Неужели из-за Паши?

– А с Шефером у тебя что?

Ну нет, его мы трогать не будем. Я даже Алене с Настей не рассказала про него.

– С Шефером у меня ничего, я уже говорила, – подавив раздражение, ответила я.

– Мне показалось, что между вами что-то происходит. Ты точно равнодушна к нему? – Яна заглянула мне в глаза.

Она успокоится когда-нибудь?

– Ян, я, видимо, неравнодушна ко всему, что движется и обладает Х- и У-хромосомами. И к Вьюгину, и к Димке, и к Шеферу. К кому еще? – Голос звучал спокойно, но пассивная агрессия наверняка чувствовалась.

– Извини, Олесь, – серьезно произнесла одногруппница, видимо закрыв тему.

– Все в порядке. У тебя как на личном? Встречаешься с кем-то? – максимально дружелюбно поинтересовалась теперь я, постукивая ногтем по ручке чашки.

– Мне сейчас как-то не до этого. – Яна посмотрела в сторону. – Нет времени пока. Работа, учеба, фитнес.

Лгунья. Или она скрывала из благих побуждений, чтобы не ранить?

– Понимаю. С Пашей как? Не ссоритесь больше?

Пару раз Яна рассказывала, что у них бывают конфликты на почве его учебы и работы. Вроде как он ничего не делает, и ей приходится его «пинать». Ведь они друзья. И это ее дружеский долг – присматривать за ним. А его дружеский долг, видимо, дарить ей цветочки, которые она потом выкладывает в истории.

– Нет, сейчас все хорошо. Он наконец взялся за диплом и нашел нормальную работу.

– Здорово.

Возникла неловкая пауза. Я попила кофе и снова уставилась в окно.

– Мы хотим собраться у нас на квартире как-нибудь. Примерно как на день рождения. Приедешь?

Как на день рождения? Неожиданное приглашение ввело меня в легкий ступор. Как-то не особо хотелось находиться в чужой компании и видеть искры между моими бывшим почти-парнем и почти-подругой.

– Смотря когда, в какой день… Спишемся, в общем.

– Хорошо. Может, пройдемся немного? Там, вон, снежок пошел. Хочется посмотреть, как город украсили к Новому году.

– Да, пойдем.

Встав из-за стола, я потянулась за курткой. На телефон пришло сообщение, и, судя по звуку, это был тот мессенджер, на который писали нечасто. На долю секунды возникла мысль: «А вдруг это Олег Сергеевич?»

Глупость. Зачем ему мне писать? Я глянула на экран. Сообщение действительно было от преподавателя, но от другого.

Ксения Витальевна

Олесь, здравствуйте. Мы говорили с вами о работе в деканате. Если у вас будет такая возможность, сможете остаться пару раз на следующей неделе?

Я напечатала ответ.

Олеся

Здравствуйте, да, с удовольствием. В любой день. Хоть завтра.

Ксения Витальевна

Отлично! Спасибо!

Прогулка в целом прошла неплохо. Напряжение со временем отступило, но каждый раз, когда разговор затрагивал личную жизнь, обеим становилось некомфортно. Про Пашу Яна так ничего и не рассказала. Неприятно. В конце концов, я имела к нему какое-то отношение. Хотя и Яну тоже можно понять – ей наверняка было трудно и неловко признаться мне.

С чтением в метро не сложилось: всю дорогу я переписывалась с тетей Ингой. Она вернулась в город и теперь звала нас с бабушкой в гости. Мы обе понимали, что бабушка не поедет – тетю она недолюбливала. Наверное, из зависти. А вот я пообещала, что обязательно заскочу на неделе.

Забежав в электричку в последний момент, я расстегнула куртку и, тяжело дыша из-за незапланированной пробежки, пошла через вагоны в центр поезда. К моему удивлению, на одном из мест сидел до боли знакомый парень. Он задумчиво смотрел в окно и слушал музыку в массивных наушниках. Не узнать я его не могла. Поддавшись внезапному импульсу, я села напротив, однако попутчик не удостоил меня даже мимолетным взглядом.

Пользуясь статусом невидимки, я снова начала рассматривать выразительные черты лица. Может, молодой человек и не был