Школа благородных девиц Терезии Ольденбургской - Елизавета Владимировна Соболянская

Вахмистр в кавалерии, он же фельдфебель, плюс два чина… Подпрапорщик? Хм, а кто же тогда подпрапорщик? Подпоручик? Все интереснее! А кто же тогда прапорщик Медведев с учетом наград и выслуги лет? Штабс-капитан? Ну-ну… Скромный такой прапорщик…

— Не хотите говорить — не говорите, — вздохнула она наконец. — Вы поступили в мое распоряжение до первого сентября. Чтобы стать для вас хорошим командиром на этот период, я должна знать, чему вы обучены. Итак, господин Леман?

Молодой офицер замялся, но ответил:

— Верховая езда обычная, парадная и конкурная, строевой шаг, “парады”, уход за оружием, боевая магия…

— Прекрасно! Какой раздел боевой магии вы знаете лучше всего?

— Э-э-э-э, — вахмистр растерялся, — огненный бой, мадемуазель!

— Великолепно! — искренне обрадовалась Александра. — Фехтование? Французский язык? Или английский?

— И французский, и английский, и немецкий, — совсем растерянно ответил Леман. — Простите, мадемуазель, а зачем все это?

— Чтобы вести занятия, разумеется, — улыбнулась ему Саша. — Видите ли, вахмистр, наши преподаватели отчаянно хотят в отпуск, а я не имею права прерывать обучения детей. Ваши навыки нам подходят. Господин Мясников, у вас те же навыки?

— Стрельба из лука и арбалета, ближний бой, водная магия, турецкий язык и фарси.

— Еще лучше! — от довольной улыбки директрисы офицеры окночательно сникли. Они, вероятно, представляли себе отбывание наказания в школе совсем иначе — сидение в тесной “караулке”, вино, карты, скука, а тут…

— Идемте знакомиться с ученицами! Сразу предупреждаю — барышень надо учить. Не производить на них впечатление, а учить! Начнем со старшего класса!

Глава 37

Самые младшие после обеда отдыхали в саду.

Для них специально расстилали в тени на траве тонкие матрасики, укладывали, сняв обувь и передники, накрывали простынками, а классная дама читала вслух что-то из грядущей программы, причем один день на русском, другой день то же самое на английском, потом на французском.

Средние и старшие такому времяпрепровождению завидовали, потому что они самое жаркое время дня пережидали в зале, занимаясь пением, танцами или спортивными упражнениями. А уже после полудня, хорошенько пропотев на занятиях, шли купаться.

Вот в спортивный зал Александра и привела офицеров.

Тридцать барышень в просторных рубахах и очень широких, похожих на юбки штанах довольно лихо выполняли упражнения под руководством прапорщика Медведева. Саша попросила новичков подождать за дверью, тихонько вошла, дождалась приветственного книксена от детей и обратилась к Ефиму Александровичу:

— Господин прапорщик, его высокоблагородие генерал Бенкендорф прислал в школу пару офицеров для помощи в наших особых делах. Прошу вас принять их под свое крыло. Объяснить наши правила, назначить занятия по общей физической подготовке, стрельбе и выездке. Уделить внимание занятиям магией. Плюс прошу оставить им время для замены уроков французским, английским, турецким и фарси. Очень на вас надеюсь.

Медведев выглядел как человек, который ничего не понял, а вот Александра внутренне торжествовала.

Прелестную ситуацию создал генерал Бенкендорф — обеспечил школе дополнительную охрану и прикрытие, пополнил список преподавателей и… создал для своих подчиненных самый страшный ужас — отработку наказаний в женской магической школе! Это пока ее крошки маленькие, неловкие подростки. Года через три старший курс превратится в “курс невест”, вот тогда молодые прапорщики и подпрапорщики будут готовы на все, только бы не появляться в школе!

Вернувшись к двери, Саша пригласила офицеров внутрь и еще раз повторила, чего от них ожидает.

— Сегодня у вас день адаптации, господа, знакомьтесь с ученицами, входите в колею. Я пока распоряжусь поставить вас на довольствие и выделить комнату. Завтра школа всем составом выезжает на дачу. Надеюсь, вы позаботились о смене белья, лошадях и всем необходимом.

Вахмистр и подпрапорщик слушали ее с застывшими лицами. Александра вздохнула и немного упростила задачу:

— Что ж, господа, у вас есть время собраться в поход! Помните, в девять часов дети ложатся спать, и шуметь после половины девятого в здании не принято!

После этого мадемуазель Пешкова ушла, а прапорщик Медведев, спрятав усмешку, повернулся к девочкам и сказал:

— Мадемуазель, познакомьтесь с вашими новыми преподавателями! Вахмистр Леман Исидор Петрович! Подпрапорщик Мясников Потап Иванович! Они будут замещать меня на некоторых занятиях и помогать вам с развитием магических сил. А теперь… побежали! Три круга по залу!

Барышни сорвались в галоп, разглядывая новичков, а мужчины отошли немного в сторону, чтобы поговорить.

— Чем вы так прогневали генерала? — сразу уточнил Медведев. Этих офицеров он знал и был уверен, что два шалопая влетели в историю либо с дамами, либо с избытком шампанского.

— Да в заливе купались, рядом с лагерем, — вздохнув, признался Мясников, — жарко же!

— С каких пор вышел запрет купаться в заливе? — удивился Медведев.

— С той поры, как на берег вышел Михаил Павлович со свитой, а этот идиот выскочил из воды в одежде Адама, вытянулся во фрунт и заорал: “Здравия желаю, ваше высочество!” — махнул рукой Леман.

Медведев с трудом удержался от громового хохота, представив себе эту картину. Отвечающий за развитие армии младший сын Павла Петровича никогда не ходил по военному лагерю один. Наверняка с ним была приличная званию свита… В том числе фрейлины супруги или какие-нибудь полковые дамы.

— Много шампанского перед тем выпили? — только и хмыкнул опытный прапорщик.

— Много, — вздохнул подпрапорщик.

— Ну, тогда поделом вам! У Александры Николаевны не забалуешь. Итак, господа, сейчас у нас идет урок физической подготовки. За барышнями нужно следить, как за новобранцами, но относиться бережнее!

Господа офицеры только вздохнули, но отказаться отбывать наказание не смели.

На следующий день в школе с раннего утра царил переполох. Герцогиня

Ольденбургская прислала шесть подвод для перевозки детей, преподавателей и всего необходимого для летнего проживания скарба “на дачу”.

На три подводы погрузили детей с классными дамами и припасами. Еще одну выделили слугам. Две остались под все остальное. Александра ехала в экипаже вместе с преподавателями. Офицеры отправились на дачу верхом, прихватив с собой лошадей с императорской конюшни.

День стоял жаркий, вокруг животных вились мухи, оводы, слепни и прочая кусачая нечисть. Слабо помогали советы конюха натереть кожаную сбрую полынью или мятой. Зато неплохо помогло гвоздичное масло, которое по приказу Александры экономка раздобыла в аптеке. Пансионерки и классные дамы нанесли по паре капель на носовые платки, и кусающие торпеды облетали их стороной.

Дома, выделенные для школы, оказались не особенно новыми и чистыми, да