Школа благородных девиц Терезии Ольденбургской - Елизавета Владимировна Соболянская

— Барочники, — вздохнула Авдотья Павловна.

— Что такое “барочники”? — полюбопытствовала Александра, осматривая новые владения школы.

— Купцы из Новгорода али из Череповца барки с зерном в столицу гонят, а после эти барки тут разбирают, а лес задешево продают. Лес сырой, да с дырками от скоб, да изначально не больно хорош, так что берут чаще всего на дрова, если время есть посушить. А кто победнее — и на избы берет. Такие вот избушки “барочниками” и зовут.

— Ну, барочники или нет, а нам тут месяц жить, — нахмурилась Александра. — Дети пока на лугу полдничают, потом купаться пойдут, но спать все равно где-то надо. Давайте, Авдотья Павловна, командуйте своим девкам все вынести, перемыть, посуду прокипятить да постели чистые застелить.

— Не успеем, — честно ответила экономка, оглядев фронт работ.

— Значит, сперва постель готовим, — решила Саша. — Велите под навес телеги поставить да сеном их застелить. На сено — белье. Одну ночь и так поспать можно, пока избы в порядок приводить будем!

С таким распорядком экономка согласилась.

Пока горничные вытаскивали из трех небольших домов абсолютно все до горшков и лавок, дворник, конюх и столяр поставили телеги под навес и взялись за косы — нужного количества сена у крестьян не нашлось. Душистую траву насыпали пышным слоем — тут уж сами пансионерки помогли, и накрыли простынями.

Тем временем избы окурили смесью полыни и пижмы, чтобы изгнать насекомых, побелили, вымыли песком полы и на подсыхающие доски начали стелить прожаренные на солнце деревенские “дорожки”, заносить столы, лавки и табуреты.

Ужин готовили второпях — на костре.

Осмотрев припасы, Александра распорядилась готовить крутую кашу с салом и луком, словно не для нежных барышень, а для солдат, но детям такое приключение понравилось, да и проголодались они изрядно, так что свои порции смели не глядя. Офицеры шутили, рассказывали байки у рдеющих угольев, дым отгонял насекомых, и по личному разрешению директрисы пансионерки отправились спать немного позже обычного часа.

А вот подняли их в обычное время. Выстроили на молитву, потом провели гимнастику с умыванием колодезной водой и наконец усадили за длинные столы завтракать “чем Бог послал”. Старанием Авдотьи Павловны Бог послал еще теплый хлеб, недавно вынутый из печи, густые сливки, купленные у местной молочницы и слегка подсоленные, да чай.

Сытые дети уселись в кружок прямо на траве, чтобы повторить иностранные слова, а тем временем столяр взялся ладить навес из прикупленных в деревеньке жердей и припасенной кастеляншей парусины. Барышням загорать на солнце нельзя!

Офицеры занимались конями — почистить, покормить, напоить, укрыть в тени от жаркого полудня, проследить, чтобы не закусали слепни.

Когда навес был готов, под него переставили столы и лавки, дежурные взялись накрывать обед, а прочие барышни отправились купаться.

Уроки плаванья продолжались, так что Александра пошла вместе со всеми и присмотрела на небольшом пляжике место для гамаков и нескольких удобных для сидения бревен. Все обещал устроить местный староста, узнавший, как ему повезло с “дачниками” — прокорм сорока пяти детей и двадцати взрослых обещал ему солидный прибыток.

После обеда всех уложили спать на сено, чтобы переждать самую жаркую жару, а когда солнце склонилось к горизонту, продолжились занятия — верховая езда, фехтование палками, чтение стихов и занятия магией.

Александра и прапорщик Медведев наблюдали за маленьким лагерем со стороны.

— Вы удивительно ловко и умело все организовали, — сказал Ефим Александрович, заметив, как искусно дети распределены между взрослыми. Пять человек накрывали столы к ужину, слушая экономку, вещающую о правилах сервировки. Еще пятеро самых младших весело плескались в тазу с мыльной водой, собственноручно заполаскивая воротнички и манжеты к следующему дню — барышням нельзя расслабляться даже в деревне!

Девочки постарше занимались магией, разделившись между преподавателем и офицером. Подпрапорщик водил под уздцы лошадку, на которой, вцепившись в луку седла, сидела воспитанница, а остальные напряженно ждали своей очереди.

Кухарка бренчала кастрюями, прачки стирали на реке, горничные перетряхивали подвядшую траву, чтобы быстрее сохла, а конюх и дворник обкашивали следующую делянку.

Все при деле!

— Моя задача научить этих детей организовывать процессы по образцу, — не отвлекаясь, ответила Александра, перехватывая огненный шарик, сорвавшийся с руки Акилины: — Килечка, ты снова торопишься! Медленный выдох! Медленный!

Прапорщик хмыкнул:

— Сложная задача, но я верю, что у вас все получится. Завтра великая княгиня нагрянет к вам с проверкой. Советую с утра отправить детей за цветами и максимально украсить дома.

Саша фыркнула:

— Заниматься ерундой мы не будем. Сейчас семеро старших собирают целебные травы, развесим пучки на просушку вместо украшений.

— Вы неподражаемы! — только и смог сказать Медведев.

Глава 38

Великая княгиня прибыла с визитом ровно в полдень.

Сначала издалека раздался топот копыт, и буквально через минуту на полянку перед домиками явились гвардейцы верхом на красивых черных конях. Они натянули поводья, заставив животных подняться на дыбы, и картинно замерли под слегка испуганными взглядами девочек. Вслед за красавцами-офицерами вкатился элегантный легкий экипаж, с которого в чем-то волшебно-воздушном, словно фея Мелузина из волшебной сказки, сошла Терезия Ольденбургская.

Классные дамы сработали безупречно и без команды Александры — все девочки тотчас присели в реверансах, слуги поясно поклонились, офицеры застыли в приветствии.

Ее высочество милостиво улыбнулась и оглядела изрядно вытоптанное пространство между домиками. Заметила навес, накрытый стол и набитые мхом мешки, заменяющие подушки, под деревом и развешанные всюду пучки трав.

Александра отдала контроль над телом Шурочке и выполнила безупречный провинциальный реверанс — учитель этикета быстро ей объяснил, что реверансы бывают очень-очень разные!

— Мадемуазель Пешкова! — герцогиня подозвала директрису школы к себе легким поворотом головы.

Саша подошла ближе:

— Ваше высочество, рады вашему визиту! — склонила голову.

— Полно, мадемуазель, я заехала по-соседски, узнать, как вы устроились. Покажете мне все?

Александра присела в книксене и повела великую княгиню под навес, туда, где дежурные как раз раскладывали куверты к обеду. Терезия Борисовна с удовольствием сняла пробу с молочного супа, битков из курицы, загущенных сарацинским зерном, и густого летнего киселя, сладко пахнущего малиной.

— Право слово, мадемуазель, вы отлично организовали питание! — удивилась она. — Насколько я знаю, в Смольном и Павловском летом подают зеленые щи с вареным яйцом и крупеник. На десерт дают максимум булку.

— Девочки много занимаются верховой ездой, плаванием и магией, — вежливо