Школа благородных девиц Терезии Ольденбургской - Елизавета Владимировна Соболянская

— Я запросил для вас закрытый полигон, — сказал он с легкой улыбкой, — здесь вас никто не увидит, не услышит, не помешает. Здесь вы можете делать своей магией что угодно, и самое главное — от ваших действий никто не пострадает!

Саша еще раз огляделась в некоторой рассеянности, а прапорщик решил показать ей пример и шарахнул своей магией по камням. Булыжники весом, наверное, в пару тонн разлетелись в воздухе, как детские мячики. Груда осколков с гудением понеслась к ним и… рухнула к ногам, разбившись на каменную крошку.

— Щит работает, — напомнил Медведев. — Прошу, мадемуазель. Сделайте с этими камнями то, что хотели бы сделать с вашими врагами.

Александра прищурилась, вспоминая все-все презрительные и недоверчивые взгляды, страх умереть с голоду в нищих доходных комнатах и высокомерные взоры чиновников из министерства образования, потом протянула руку и… скрутила груду камней отчаянным желанием выжать из них воду… Вода не потекла, но груда пыли свернулась в бешеный вихрь, плюющийся искрами, раскаленным камнем и почему-то каплями металла.

Медведев восхищенно присвистнул:

— Не хотел бы я стать вашим врагом, мадемуазель! — с поклоном сказал он.

Саша фыркнула и переключилась на воду — фонтан, мелкие брызги, радуга, поднявшаяся к небу, гигантский “плюх” после подъема всей воды, налитой в слегка оплавленную каменную чашу, потом метание водяных стрел, каменных снарядов, пыльных ядер…

Устав до дрожащих рук и темноты в глазах, девушка опустилась на щербатый камень, не заботясь о чистоте подола.

— Вижу, вам стало легче, — Медведев давно укрылся от снарядов за большим камнем, пережидая бурю.

— Кажется, да, — Саша смахнула с лица выбившуюся прядь волос, — но как в таком виде появиться в лагере?

— У вас найдется другое платье? В школе?

— Найдется что-то, — растерянно ответила Александра.

— Значит, заедем туда, — Медведев отвел девушку назад, к началу тропинки, ложащейся под ноги поверх груд щебенки, шипящих луж и затухающих искр.

Глава 39

Пробраться в школу незаметно не получилось.

Оставленные присматривать за помещением и делать мелкий ремонт слуги заперли ворота и устроились на кухне с изрядным штофом “казенки” и деликатесами, выуженными из погреба через продух. Появления на пороге закопченной и чумазой директрисы никто из них не ожидал.

Пожалуй, явись Саша одна, ей пришлось бы гонять нерадивых лентяев остатками резерва, но с ней был прапорщик, которому хватило одного взгляда, чтобы вся хмельная компания немедля протрезвела и принялась судорожно оправдываться.

— Подайте в мои комнаты горячую воду для купания, — ледяным тоном распорядилась Александра, — накройте обед в малой столовой. Господину прапорщику воду, бритву и чистку мундира. А после обеда я пойду с проверкой по залам, и наказание будет только одно — увольнение!

Забегали все!

Медведев проводил Сашу до самых комнат.

— Вы изрядно истощили резерв, мадемуазель. Не хочу, чтобы вы упали, — сказал он на ее недоумение.

— Благодарю, господин Медведев. Боюсь, сегодня мне придется ночевать здесь. Я просто не успею вернуться к заливу.

— Я уже предупредил офицеров, — спокойно ответил прапорщик, — устроим подчиненным проверку. Справятся ли они без нас?

— Думаю, справятся, — слабо улыбнулась Александра, — но будут возмущаться и ворчать!

— Не страшно, — отмахнулся Медведев, спускаясь по лестнице, чтобы перейти во флигель, в котором располагались комнаты преподавателей.

Саша спрятала вздох и отправилась в спальню — снимать платье, смывать сажу, подбирать другой наряд, соответствующий сезону и ситуации.

Уже освеженная, завернутая в простыню, она склонилась над сундуком, благословляя собственную предусмотрительность и настойчивость мастерицы.

Когда Александра заказывала “рабочие” платья — в основном серые, коричневые и темно-темно синие, подходящие для ежедневной работы, ей предложили попробовать новинку — “английский костюм”.

Юбка с чуть завышенной талией, блузка из плотного хлопка и жакет с модными широкими рукавами, сужающимися к запястью. Жакет надевался поверх блузки и корсета, так что все вместе выглядело как платье, но надевалось проще, носилоссь удобнее, и сам “английский костюм” шился не из шерсти, а из смесовой хлопково-шелковой материи, достаточно прочной и тонкой, подходящей для лета.

Вот этот самый костюм Александра и надела.

Чуть подсушенные волосы собрала в привычный узел и уточнила у встрепанной горничной:

— Обед уже накрыли?

— Не ведаю, барыня!

— Так пойди узнай, — чуть раздраженно велела Саша, отчаянно жалея о том, что в этом мире нет привычных средств связи.

Горничная убежала, сверкая босыми пятками — летом в доме все деревенские ходили босиком, пока их не видит строгая Авдотья Павловна, и Александра подошла к окну, бессмысленным взглядом уставившись на кусты сирени.

Сегодня она сорвалась. Рыдала в грудь мужчины, которого давно хотела обнять — и не только. Разнесла в огненный щебень какую-то часть полигона на его глазах. Чумазая, в песке, саже и каменной крошке ехала за его спиной, прижимаясь всем телом. Вдыхала запах его волос и кожи. Сжимала руками талию. Боролась с собой в желании уткнуться в его широкую спину и замурлыкать, как котенок, прижимаясь и потираясь всем телом…

Нет! Она взрослая женщина, осознающая последствия своих поступков! Ее репутация и честь должны быть безупречны! Медведев… он поймет. Он сам продукт воспитания этого времени.

К тому же Саша уже осторожно кое-что проверила — этот мир отличался не только магией. Благодаря этому небольшому “компоненту” немного изменилась история. Огнестрельное оружие считается уделом бедняков и неодаренных. Дворяне бьются магией. Лечатся ею же, так что некоторая часть матерей, умерших в прежнем мире Саши родами, — здесь выжили, поэтому население Российской Империи больше по количеству и разнообразнее по структуре.

Страшные эпидемии холеры, тифа, дифтерита и оспы быстро локализуются и лечатся не только карантином и святой водой, но и магией.

Декабристов заковали в антимагические кандалы и услали в Сибирь, при этом дозволив им пользоваться магией за пределами Тобольска. В результате половина восточных губерний обзавелась штатными магами и магическими лекарями — жены бунтовщиков не сидели сложа руки, осваивали доступные им силы, а так как половина их была дочерьми офицеров, традиционно берущих в жены женщин с хорошим лекарским даром, то и в Сибири смертность изрядно снизилась.

Саша даже посмеялась, аккуратно выуживая информацию из газет и кое-каких журналов.

Казалось бы, какую помощь оказали эти самые декабристки, спасая от родильной горячки десяток баб или два десятка сопливых детей от воспаления легких? Однако баба после удачных родов может родить