Юрист с Рублёвки. Том 1 - Дмитрий Лим

— Да?.. Чего?.. В какую больницу?

Слушая сестру, он побледнел. Схватил куртку со стула и направился к выходу. У двери обернулся на меня:

— Мы ещё поговорим, юрист.

И вышел. Не раскаялся и не стал лучше — просто впервые за вечер испугался чего-то сильнее, чем потерять лицо перед приятелями.

Вера сидела, прижимая запястье к груди, и смотрела на меня. В её лице было не удивление, а скорее замешательство.

— Садитесь, — она кивнула на стул напротив.

Я сел. Бармен принёс мне новый чай, который я не заказывал. Видимо, по знаку Левиной. Вера смотрела на меня поверх бокала, и её взгляд стал мягче, но это была мягкость пьяного человека, а не трезвого.

— Вы, — она запнулась. — Вы же были в четверг в суде. Смирнов, верно?

— Верно.

— И прежде чем спросите: я встречалась здесь с человеком по другому делу. Место выбрал он. Разговор оказался хуже, чем я ожидала. Больше я ничего не скажу.

— Я и не спрашивал.

— Но собирались, — усмехнулась Вера. — Вы хорошо выступили. Я не ожидала. У вас… есть навыки.

— Спасибо.

— Но вы не из тех, кто обычно работает в той конторке. Вы не… — она пошевелила пальцами в воздухе, подбирая слово, — не такого уровня.

— Не буду спорить, — ответил я. — Уровень у меня повыше, но я работаю, и это пока никак не изменить.

Она усмехнулась и потом наклонилась вперёд, пытаясь сфокусировать свой взгляд:

— Смирнов, а почему вы работаете там? А? Да ещё и стажёром… ставка-то явно небольшая? — я лишь кивнул. — Вы на том слушании держались так, как будто вы провели не одну сотню… дел! Выиграли даже… а я вижу таких людей! Но вы… откуда у вас такая уверенность?

— Я много читал, — ответил я. — И много работал.

— Много читал, — она хмыкнула. — Все так говорят.

Вера потянулась к бокалу, но я отодвинул его.

— Вам хватит. Назовите адрес, я вызову такси.

— Домой нельзя, — произнесла она, глядя в стол. — Сегодня я ушла от мужа. Возвращаться не буду.

Вот теперь многое стало понятнее.

— Тогда гостиница.

— Без паспорта меня не заселят. Сумка с документами и картами осталась дома. Телефон почти сел.

— Помощник? Подруга? Кто-нибудь, кому можно позвонить?

— Помощник работает на банк и доложит о моём состоянии раньше, чем довезёт. А подруг, которым я готова показаться такой, у меня нет.

— Скорая?

— Я пьяна, а не умираю, — отрезала она и вполне осмысленно назвала сегодняшнюю дату.

Я посмотрел на бармена. Тот пожал плечами: оставить Левину здесь означало снова отдать её тем же людям. Денег на гостиницу у меня не было, документов у неё — тоже. Домой она ехать отказывалась.

— Хорошо, — сказал я. — Пойдёте ко мне. Переночуете на диване. Бармен слышит, куда и почему мы уходим, а камера над стойкой всё записывает.

— Предусмотрительный, — пробормотала Вера.

Я допил чай и поднялся. Она встала сама, но сразу ухватилась за спинку стула. До моей квартиры мы добирались около получаса: Вера шла, опираясь на мою руку, а дважды мы останавливались, чтобы она пришла в себя. Тащить её на себе я бы всё равно не смог.

На лестницу она поднялась самостоятельно. Я впустил её в квартиру, и Вера на миг собралась: осмотрела коридор, сняла туфли и направилась в комнату. Села на диван, откинулась на спинку и закрыла глаза.

Я дал ей воды, поставил рядом таз на случай тошноты и уложил на бок. Только убедившись, что она нормально дышит и отвечает на вопросы, накрыл одеялом. Через несколько минут Вера уснула.

Я вышел на кухню, закрыл дверь, сел за стол и положил голову на руки. Глаза закрывались…

Но перед тем как уснуть, я успел подумать: меня убили, материалы замяли, а Бирюковы молчат. «Северсталь» — вот ключевое слово. Слишком много всего…

Глава 12

Вера проснулась около половины девятого, и, судя по звуку «О-о-о-о», она не ожидала проснуться в таком «местечке», как моя квартира. Если, конечно, она помнила, кто её забрал. Я же в это время сидел за кухонным столом с кружкой остывшего чая и тетрадью, в которой за последний час исписал восемь страниц по делу Самойлова. Голова варила нормально: до десяти утра оставалось полтора часа, а значит, я мог позволить себе роскошь посидеть в тишине и разобрать банковский расчёт построчно. По крайней мере, так я думал, пока из комнаты не донёсся ещё один звук…

Глухой стук, который означал, что Левина свалилась с дивана.

Я с улыбкой выдохнул и повернулся ровно в тот момент, когда она вышла в коридор, остановилась и ухватилась за стену. Потом посмотрела на меня… явно трезвым и оценивающим взглядом. А если учесть, что мозги у неё были, то она явно прокрутила в голове минимум три варианта объяснения и отбросила два самых глупых.

«И какой же вариант итоговый?»

Ответ был смешным… она начала проверять одежду, даже не глядя на себя. Но всё было на месте: и блузка, и юбка, разве что помялись так, будто их жевал бегемот.

— Доброе утро, — поздоровался я. — Чайник вскипел.

— Г… где я? — прохрипела Вера.

— Южное Бутово, улица Горчакова, дом двенадцать, квартира сорок шестая. Меня зовут…

— Я знаю, кто ты! Почему…

Я попытался предугадать её следующий вопрос:

— Вы вчера не смогли назвать свой адрес или же не захотели ехать домой. В общем, я привёз вас сюда.

Левина молчала ровно десять секунд. Я считал, потому что это было «психологическим» приёмом. Если человек в такой ситуации выдаёт какой-то ответ за четыре-пять секунд — он в норме. Если меньше — он начинает защищаться, вследствие чего обвиняет. А вот если больше — он начинает придумывать себе всякое.

— Я помню, — наконец произнесла она. — Бар, вино, какой-то мудак с его лапами. И вы… перехватили его руку. Дальше… всё как в тумане.

— Дальше вы объяснили, что не можете поехать домой, — я налил ей чай и протянул чашку. — Я не стал сильно уж выяснять, почему, поэтому привёл вас, показал на кровать, но вы сели на диван. Вот, собственно говоря, и всё.

Левина приняла кружку, но не стала пить. Держала двумя ладонями, будто грелась.

— Вы всё-таки могли отвезти меня в гостиницу, — заявила она, но без истерики.

— Я предлагал. Вы сами напомнили, что без паспорта вас не заселят: сумка с