Фронтир в американской истории - Фредерик Джексон Тёрнер

крупных собственников; в других местах наблюдается нехватка капиталов, преобладают более примитивные условия, совершенно иные экономические и социальные идеалы, и на первом плане стоит удовлетворенность среднего человека. Было бы трудно продемонстрировать, что правительство всегда вело себя одинаково по отношению к этим двум идеалам.

Разобщение жителя Запада с побережьем и всем, что с ним было связано, сделало его в большей мере независимым от европейских прецедентов и сил. У него были независимые взгляды, он мало считался с лучшим опытом Старого Света и не ценил его. У западного поселенца не было идеала философской, эклектичной нации, которая должна продвигать цивилизацию «путем сношений с иностранцами и знакомства с их точкой зрения и готовности к принятию всего, что есть лучшего и наиболее подходящего в их идеях, манерах и привычках». Для него идеал скорее представлял собой сохранение и развитие того оригинального и ценного, что было в его новой стране. Вступление старого общества на свободные земли означало для него возможности нового типа демократии и новых популярных идей. Запад не был консервативным: его отличительными составными чертами являлись бьющая через край уверенность в себе и самоутверждение. В своем росте Запад усматривал не меньше, чем новый социальный и государственный порядок. В этой концепции были элементы зла и добра.

Однако фундаментальным фактором для характеристики этого нового общества было его отношение к земле. Профессор Баутми сказал следующее о США: «Их единственной, первоначальной и главенствующей целью является возделать и заселить все эти прерии, леса и обширные пустые земли. Поразительная и характерная черта американского общества заключается в том, что это не столько демократия, сколько огромная коммерческая компания для открытия, возделывания и капитализации своей громадной территории. Соединенные Штаты — это, прежде всего, коммерческое общество и только затем страна». Конечно, здесь допущено серьезное заблуждение. Именно вследствие самого факта постановки упомянутой здесь задачи на Западе выработались широкие идеалы государства и общества, а вместе с ними и лояльность стране, представляющей эти идеалы. Однако формулировка г-на Баутми затрагивает весьма значительный факт, а именно: основополагающие характеристики колониста внутренних районов были обусловлены наличием свободных земель на Западе. Они привлекли его внимание к великой задаче подчинения их целям цивилизации, задаче повышения своего экономического и социального статуса в новой демократии, которую поселенец помогал создавать. Искусство, литература, утонченность, научно обоснованное управление — все должно было отступить перед этим титаническим трудом. Судьбой нового американца стали энергия, безостановочная деятельность. Путешественник времен Эндрю Джексона свидетельствует: «Америка подобна огромной мастерской, на дверях которой укреплена надпись огненными буквами: “Вход воспрещен, кроме тех, кому по делу”». Запад наших дней напоминает Дж. Брайсу «о толпе, которую Ватек увидел в зале Эблиса[59], где люди метались во всех направлениях, спеша с озабоченными выражениями на лицах, устремляясь туда и сюда, полные воодушевления. Кажется, что им не хватает времени для всех дел, которые им надо сделать, и результат никогда не достигает того, чего они желают».

Но свободные земли и осознание того, что своим трудом можно повлиять на свою социальную участь, достигли большего, чем только обратили человека Запада к материальным интересам и сделали его существование беспокойным. Они способствовали распространению равноправия среди поселенцев Запада и выполняли роль барьера на пути аристократических влияний Востока. Там, где каждый мог обзавестись фермой почти даром, легко установилось экономическое равенство, а это связано с политическим равенством. Этот идеал человек Запада отдал не без борьбы, и он многое объясняет в причинах сегодняшнего беспокойства в отдаленных района региона.

Демократия Запада предусматривала индивидуальную свободу и равноправие. Житель фронтира терпеть не мог ограничений. Он знал, как сохранять порядок даже в отсутствие легальной власти. К похитителям скота применялся суд Линча — скорый и эффективный; каролинские регуляторы были предшественниками ассоциаций лиц, выдвигавших требования в Айове, и комитетов бдительности в Калифорнии. Но индивидуум не был готов подчиниться сложным правилам. Население было редким, не существовало множества сталкивающихся между собой интересов, как в более старых поселениях, которые требовали бы детально разработанной системы личных ограничений. Общество стало атомистическим. Воспроизводилась примитивная идея правосубъектности закона, преступление являлось больше преступлением против личности, чем нарушением законности. Идеалом поселенца из внутренних районов было реальное правосудие, обеспечиваемое самым прямым путем. Его выводили из терпения тончайшие различия или щепетильность метода. Если дело следовало сделать должным образом, то лучше всего подходил самый быстрый, грубый, но энергичный и эффективный путь.

Следствием отсутствия организованной политической жизни, атомистических условий общества глубинки являлось то, что индивидуум всячески превозносился и ему была предоставлена полная свобода. Слово «Запад» означало «возможности». Здесь находились рудники, которые можно было захватить, плодородные долины, на землю которых можно было претендовать по праву преимущественной покупки, все природные богатства лежат у ног самых проницательных и дерзких людей. Соединенные Штаты уникальны в том, до каких пределов простирается предоставленная индивидууму свобода действий, не сдерживаемая ограничениями старого общественного порядка или научно обоснованным управлением со стороны правительства. Человек, добившийся успеха своими собственными силами, был идеалом жителя Запада. Это был такой человек, которым мог стать каждый. Опираясь на свой опыт жизни в диких местностях, на опыт обладания свободой возможностей, он вывел формулу социального обновления — свободой индивидуума добиваться своих целей. Житель Запада не считал, что его положение было необычным и временным.

В подобных условиях быстро пояляются лидеры. Их власть основывается на обладании такими качествами, которые больше всего подходят для молодого общества. В истории заселения Запада мы видим, что каждый укрепленный населенный пункт сплачивается вокруг своего местного героя. Примерами этой тенденции в периоды, когда герои Запада становились национальными героями, были Г. Клей, Э. Джексон, У. Гаррисон, А. Линкольн.

Человек Запада верил в предначертание судьбы своей страны. На рубежах, мешая его продвижению, стояли индеец, испанец и англичанин. Он был преисполнен негодования в связи с проявлявшимся на Востоке безразличием и отсутствием сочувствия к его мнению об отношениях с этими людьми, а также в связи с близорукостью политики Востока. Закрытие р. Миссисипи Испанией и предложения обменять наше требование свободы плавания по этой реке на торговые преимущества для Новой Англии чуть было не привели к отторжению Запада от Союза. Именно требования Запада привели к покупке Луизианы и качнули чашу весов в пользу объявления Войны 1812 г. Происходившее ежегодно расширение заселенных территорий, несмотря на враждебных индейцев и тяжелые природные условия, благоприятствовало развитию воинственных характеристик. Запад обрел видение континентальной судьбы страны. Генри Адамс в его «Истории Соединенных Штатов», описывает, как в 1800 г. американец в разговоре с иностранным визитером восклицает: «Посмотрите на мое богатство! Взгляните на эти