Четыре касания тьмы - Амалия Мо

– Были, – он пожал плечами. – Они не знали меня, я их не знал. Это были попытки заглушить пустоту. Они не могли догадаться, что я думаю. Не могли разбудить то, что разбудила ты.

От искренности, с которой это прозвучало, на глаза снова навернулись слёзы.

– Всё, что было до, перестало иметь значение. Я не планировал этого, но где-то в глубине всегда мечтал о том, чтобы… Блять, как сложно, – Демиан провёл рукой по лицу и попытался спрятаться за фальшивой ухмылкой. – Ты стала частью моих решений, моего дома, моих чёртовых дней. И не потому, что я тебя держу… а потому что ты сама осталась. Потому что выбрала меня – даже тогда, когда я этого не заслуживал. Не знаю… может тебе нужно кольцо на пальце и моя фамилия, чтобы поверить в то, что я не собираюсь от тебя отказываться?

– Давай, Дем, продолжай меня засыпать. Сначала дом, потом кольцо. У нас всё как-то…

– Да, я в курсе, что у многих по-другому, но ты посмотри на нас, Левьер. Я трахнул тебя пальцами на задании. Потом осознал, что не отпущу никогда в жизни, а ты вообще не хотела иметь со мной ничего общего.

Я покачала головой от формулировки, но не стала спорить. Тогда я тоже сомневалась и пряталась за удобными аргументами.

– Дом я купил не ради красивого жеста. Я хочу построить место, где мы будем счастливы. И ни одна женщина до тебя не удостаивалась того, чтобы я думал о «потом». Ты – первая.

– Демиан… – выдавила я. – Это… я не знаю, что сказать.

Он усмехнулся, чертовски довольный тем, что выбил меня из равновесия.

– Так не говори, Левьер, – Дем наклонился, коснувшись моей щеки губами. – Просто останься. Это всё, чего я прошу.

Когда Демиан держал меня и смотрел так, будто мир в равновесии только потому, что я дышу рядом… пришло осознание: я уже осталась. Даже если бы хотела уйти – было слишком поздно.

23

Я ощущал себя чертовски везучим засранцем. Впервые. А всё благодаря тому, что со мной была женщина, которая смотрела на меня тем самым взглядом, который я когда-то видел у других. Только раньше это вызывало раздражение, неловкость и желание отступить. Чужая привязанность казалась чем-то липким, ненужным, всегда адресованным не тому, кем я являлся.

Теперь – наоборот. От того, что Роза смотрела так на меня, внутри появлялось опасное чувство, которое я не мог заглушить. Оно будто проникало под кожу, заставляя перестать врать самому себе.

Я мог бы сказать, что это любовь, но это слово никогда мне не нравилось. Да и подходило нам с натяжкой. Между нами скорее жёсткая, упрямая тяга, желание держаться рядом, чувствовать, что ты нужен не из страха, не из выгоды и не по привычке.

Мы проторчали взаперти почти месяц, прежде чем Габриэль позвонил мне на мобильный с хорошими новостями.

– Берроуз арестован, – Кронвейн не стал утруждаться, чтобы объяснить всё как следует, оставив меня переваривать сухой факт.

Я уставился на погасший экран телефона. Не потому, что не верил Габриэлю, а потому что слишком долго привыкал к мысли, что эта охота никогда не закончится. И вот так просто… одна фраза.

– Серьёзно?!

Роза выглянула из спальни с широко распахнутыми глазами. Не было никаких вздохов облегчения, никаких драматичных жестов – просто тихая пауза, которую мы позволили себе впервые за это время.

– Похоже на правду, – пробормотал я, бросая телефон на стол.

В последние дни я порывался связаться с Габриэлем и предложить помощь с поимкой мудака, но обошлось без этого. Оказывается, не всегда нужно брать ответственность на себя. Иногда помощь заключается в банальном «не мешать».

– Мы можем выходить? – Роза подошла ко мне, положив руки на грудь.

– Габ не удосужился сказать. Вероятно, слишком занят, чтобы тратить время на слова.

Я прекрасно знал, что она хочет увидеть своего пса. Да и мне пора было решать дела. С тех пор, как распустил отряд, я почти ничего о них не слышал. Единственными, от кого была обратная связь, оставались братья Рой и Лео. Калеб отправил их на поиски лаборанта Орина Диркли, и если кто-то вообще способен вытащить человека из любой щели – это они. Эти двое росли там, куда нормальный человек не зайдёт даже днём. Улица научила их видеть то, что другие пропускали, слышать то, что никто не говорил, и вычислять людей, которые хотели бы остаться тенью.

По правде говоря, меня уже мало волновало, что там с продажей людей. Дерьма слишком много, виноватых – ещё больше. Пусть Верховные сами разгребают то, что десятилетиями плодили под собственным носом.

У меня другой приоритет.

Я планировал добраться до нашего парнишки и тех, кто замешан в смерти Астории. Девчонка не заслужила смерти, но нам не остаётся ничего другого, как найти их и выяснить причины.

– О чём задумался? – Роза склонила голову, будто почувствовала, что мысли снова уходят туда, куда лучше не соваться.

– О делах, – перехватывая её руки, я осторожно поцеловал каждый пальчик.

– Серьёзных?

– Скучных, – привычно соврал я.

– Ты ведь не собираешься во что-то ввязываться? – прищурившись, Левьер зацепилась за моё лицо, пытаясь найти ответы.

– Хотел пригласить тебя на свидание.

– Ты шутишь? – рассмеялась она, но я добился своего, вопросы перестали сыпаться. – Мы идём от обратного?

– Нет, я просто хочу провести с тобой время в приятной обстановке. Снова увидеть тебя в платье, которое потом сниму…

– Снять? – она фыркнула, но слишком быстро отвела взгляд, словно сама представила, как именно это будет происходить. – Ты невероятно самоуверен.

– Нет, – поправил я мягко, скользнув по её запястью. – Я невероятно мотивирован. Это разные вещи.

Роза прикусила губу, стараясь спрятать улыбку. Получилось плохо. Она до зуда под кожей нравилась мне. Чертовски сексуальная, умная, добрая и упрямая, конечно. Опасная смесь. Которую не каждый способен вынести. Но я точно способен, эта девчонка по зубам мне во всех смыслах.

Почти каждый разговор с ней неизбежно приводил к тому, что я тащил её в спальню, часами наслаждаясь охрененными стонами.

– А куда ты хотел меня сводить?

– В