Александр Пушкин. Покой и воля - Сергей Владимирович Сурин

въехать в Царское Село было нельзя[84]. Но в самом Царском Селе было тихо и спокойно: прекрасный парк, красивая жена, друзья у вечернего разожженного камина – не рай ли во время чумы?

«Моя невестка прелестна; она является предметом удивления в Царском Селе… физически они совершенная противоположность: Вулкан и Венера…». (Ольга Павлищева)

В райской жизни простая, вкусная еда: щи или зеленый суп с крутыми яйцами, рубленые большие котлеты со шпинатом или щавелем, на десерт – варенье из белого крыжовника.

Неизвестный художник. Вид на Большой дворец в Павловске со стороны парка

Впрочем, ложкой дегтя стабильно работает Наталья Ивановна Гончарова-Шапокляк. Теще Александр Сергеевич пишет письмо, из которого мы узнаем, что Пушкины вынуждены были уехать из Москвы во избежание неприятностей, которые могли лишить их покоя…

«Бедному дворянину, каков он, лучше жениться на бедной дворяночке да быть главою в доме, чем сделаться приказчиком избалованной бабенки…». (Александр Пушкин. «Дубровский»)

…но Наталья Ивановна не останавливается на достигнутом и наращивает наступательные действия, настраивая молодую жену против супруга.

«Не восемнадцатилетней женщине управлять мужчиной, которому 32 года… Я ценю свой покой и сумею его обеспечить». (Александр Пушкин)

Поэт готовится к философскому обобщению (которое случится через три года) – где покой и воля заменяют счастье, которого на свете нет.

«Теща моя не унимается; ее не переменит ничто… бранит меня, да и только…» (Александр Пушкин)

Вернувшись в город, молодожены сначала ненадолго поселятся на Воскресенском проспекте, а затем переедут, более основательно, на Галерную улицу в дом Брискорн (за восемь или девять комнат Пушкин платит 2500 рублей – это половина его нового губернаторского оклада, на наши деньги – не менее 250 тысяч в месяц – дорого! – но следующие квартиры будут еще дороже).

Владелица квартиры, Ольга Брискорн, – вполне благопристойная с виду дама, окажется истязательницей своих крепостных крестьян. Как и в случае с лицейским гувернером и коридорным Сазоновым (который оказался серийным убийцей), заметим – никогда не знаешь, чем занимается твой приятный собеседник в свободное от общения время…

19 октября Пушкин пишет прекрасное и печальное стихотворение «Чем чаще празднует Лицей…» и угадывает, что он будет следующим ушедшим лицеистом (но не угадывает, в отсутствие навигатора, где живет лицейский «староста» Яковлев, так что пока одноклассники справляли Лицейский день – Пушкин бродил вдоль улиц шумных, бормоча свое стихотворение…):

И мнится, очередь за мной,

Зовет меня мой Дельвиг милый…

Через шесть лет Пушкин действительно поспешит на встречу с Дельвигом (став седьмым лицеистом первого выпуска, покинувшим этот мир).

Поселив жену в восьмикомнатной квартире, Пушкин со спокойной душой отправляется на четыре недели в отпуск в Москву (и впервые делает это на поспешном дилижансе, с пересадкой на сани в Валдае – сплошные технические новшества!).

«Что касается моей невестки, то эта женщина здесь в большой моде. Она принята в аристократическом кругу, и общее мнение, что она красивее всех; ее прозвали „Психеей“». (Ольга Павлищева)

Мы помним, что в Москве с 1831 года поэт будет жить у Нащокина, только в этот раз он насилу его отыскал (вдоволь побродив вдоль улиц шумных), так как Павел Воинович сменил адрес и не уведомил. И всегда, найдя Нащокина, Александр Сергеевич шел с ним в баню…

«Русский человек в дороге не переодевается и, доехав до места свинья свиньею, идет в баню, которая наша вторая мать…» (Александр Пушкин)

Во время этой поездки Пушкину присваивается девятый класс табели о рангах, так что в столицу он вернулся уже титулярным советником. Девятый чин можно было сразу получить по выпуску из Лицея, и девять из 29 лицеистов (среди них будущий канцлер Горчаков и будущий государственный преступник Кюхельбекер) так и сделали. Но двоечники и хулиганы этого не хотели и выпустились с десятым классом.

Историческая справка

Точно так же Шуберт после похорон Бетховена, зайдя в трактир, чтобы помянуть покойного, поднял тост «за того, кто последует за Бетховеном». Но кого позовет автор Девятой симфонии? Через полтора года совсем еще молодой Шуберт (посмертный возраст Шуберта – 31 год – это приблизительно среднее арифметическое между возрастом ухода из жизни Лермонтова и Пушкина) идет на зов своего кумира. И похоронили Франца Петера, по его завещанию, рядом с Бетховеном. Потом останки знаменитостей аккуратно перенесут на Центральное кладбище – Бетховен и Шуберт вновь окажутся рядом.

Наталья Николаевна пожаловалась в письме мужу на слуг, которые, как только Пушкин уехал, распустились: стали просить лишних денег и впускать в дом кредиторов. Пушкин пообещал по приезде разобраться с беспределом. А Новый, 1832-й год справили у Карамзиных – с Жуковским и Вяземским.

1832-й – год первого ребенка и надежд на то, что все уладится

Главные события начала 1832 года – выход в продажу восьмой главы «Онегина» и знаменитый обед литераторов на Невском, 22, у книгопродавца Александра Смирдина. По некоторым данным, обедали порядка 120 персон (первая в России литераторская трапеза в особо крупных размерах) – неудивительно, что Смирдин в конце жизни разорился. И вот что примечательно: на этот знаковый в русской истории обед пришли и правые, и левые, и критики, и критикуемые, и патриоты, и либералы. Те, кто доносил, сидели рядом с теми, на кого доносили (именно так будет после последнего сражения Апокалипсиса, когда львы станут пировать вместе с ягнятами). И все прошло мирно и согласованно, без жертв, уныния и оскорблений – хорошо посидели! (а Александр Брюллов нарисовал это удивительное застолье).

И.И. Матюшин. В.К. Кюхельбекер

Расширившись, Пушкины переезжают на Фурштатскую и будут жить там до декабря. Большая квартира из 14 комнат (в два раза больше, чем на предыдущей квартире) на втором этаже. С кухней, людской и прачечной – солидно! Двор тоже немаленький – сюда Пушкин перевезет медную статую Екатерины Великой, доставшуюся ему от деда супруги, Николая Афанасьевича.

Три радостные новости

1. Пушкину разрешили работать в Библиотеке Вольтера в Эрмитаже – и первым из деятелей русской культуры он посещает это книгохранилище.

2. Поэт получил кредит у владельца французского винного погреба Рауля (расплачиваться по кредиту в основном придется потом Николаю I – по винным долгам Опека заплатила порядка миллиона рублей на сегодняшние деньги, – но без вина какие ж рифмы побегут навстречу мыслям?..).

3. Первый