Белая птица и черный змей - Екатерина Витальевна Белецкая

class="p1">— Вы действительно хотите это знать? — повернулся к нему Салус. — В первую очередь к тому, что в вашей истории слишком уж много подобных совпадений. А случайности, как известно, отнюдь не случайны.

Ит усмехнулся.

— Я слышал это утверждение, — кивнул он. — Только в чуть ином контексте. А именно — случайностей не бывает. И знаете, господин Салус, этот тезис верен. Совпадений действительно не бывает. Но существует воля великой Фелы, которая вполне способна направить тех, кто поклоняется ей, туда, куда требуется для решения действительно важных задач. Вот в это мы с братом вполне можем поверить.

— Что вы хотите предложить? — спросил Салус.

— Поработать совместно, — просто ответил Ит. — И вам, и нам будет от этого польза. Вы сможете наблюдать за нами столько, сколько сочтёте нужным, мы — сможем помочь вам, если обстоятельства сложатся так, что вам потребуется помощь.

— Помочь, угу. Или предать, — Салус усмехнулся, вот только усмешка получилась совсем не веселая.

— Элин, — напомнил Скрипач. — Моя Элин останется в руках у ваших людей. Предать вас, чтобы подвергнуть её опасности, или, того хуже, обречь её на заключение?

— Господин старший расследователь, у вас ведь сейчас тоже более чем непростая ситуация, — тихо произнес Ит. — Не нужно быть ясновидящим, чтобы понять очевидную истину: в управлении всё вовсе не так гладко и хорошо, как вам бы хотелось. Я прав? Одно только ваше присутствие на месте гибели Копуса чего стоит. Деревенского бедняка заклевали птицы, и кто-то — знать бы ещё, кто — отправляет заниматься этим делом старшего государственного расследователя. Что будет дальше? Вас пошлют снимать кошек с деревьев, или разбираться, кто жульничает во время детского сэта во Флаар? Вас подставляют, Салус, и вы отлично это осознаёте.

Дрейк Салус молча смотрел на Ит, и на лице его сохранялось во время всей речи непроницаемое выражение, вот только глаза выдавали — потемнели, словно там, где-то в глубине мыслей Салуса, начиналась буря.

— Вы в опасности, — продолжил Ит. — Но оставить это дело вы уже не можете. И продолжать бы не смогли, потому что вам не хватало вот этих вводных, — он кивнул в сторону стола. — Мы учились не только «грации», господин Салус. Нас обучали так же детективному делу, пусть и не на таком уровне, как вас, но всё же. Мы предлагаем вам помощь. Можно попробовать собрать эту картину целиком вместе. Решайте.

— Всё это, конечно, звучит разумно, но есть лишь один нюанс, который ломает конструкцию, — ответил Салус. — Какая вам от этого выгода? Оставьте документы у меня, и занимайтесь тем, чем планировали — пишите статьи в газету, готовьтесь к свадьбе, ищите свою драгоценную Фелу, только не рассказывайте о поисках всем подряд.

— Может быть, мы уже нашли её, — сказал Ит. — Потому что, как вы сами верно подметили, случайностей не бывает. Фела привела нас к вам, и, помогая вам, мы выполним её волю.

— Мне нужно немного подумать, — тихо сказал Салус. — Погуляйте на улице полчаса, затем возвращайтесь. Сандра сделает пометки на ваших пропусках о продлении времени.

* * *

Идею о том, что нужно внести в картину нечто иррациональное, предложил, разумеется, Ит. Элин брала в библиотеке книги, читал Ит более чем быстро, и в одном из томиков с красным обрезом — так было принято помечать любовные романы — он нашел упоминание о тайном апокрифическом культе, который превозносил малую богиню Фелу, представляя её как жену Фатума, анти-бога. В канонических писаниях о Феле не было сказано ни слова, официальные носители догм её существования не признавали, однако последователи идей Фелы в мире имелись, и не в таком уж малом количестве.

— Ит, это ересь, — сказал Скрипач, выслушав Ита. — Нас за неё посадят.

— Не-а, — покачал головой Ит. — За это не преследуют. Могут предвзято отнестись, это да. Но тут забавный казус получается. Если ты веришь в Фелу, ты автоматически веришь и в Юстума, и Парви, поскольку Учение Фелы себя их учениям противопоставляет. Фела — это то самое злое добро, и это злое добро предполагает существование истинного доброго добра. Так что если не кричать на всех углах, что ты придерживаешься идей Учения о Деяниях Фелы, тебе ничего не сделают.

— Авис, ты пробежалась по информации о Феле? — спросил Скрипач. — Уж больно уверенно он это всё вещает. Это была ты?

— Конечно, — ответила Авис. — Идею Ита я поддерживаю.

— Почему? Поясни, — приказал Скрипач.

— Ит говорит всё правильно, — начала Авис. — Он предлагает внести в рациональную схему иррациональный элемент, коим и является в данном случае учение Фелы. Дело в том, что для дальнейших действий и для поиска точек коммуникации с Салусом вам нужен достойный повод, а в данный момент рациональный повод отсутствует. Нет, не совсем так. Повод как раз есть, но он не имеет отношения ни к тому, с чем мы столкнулись, ни к Салусу.

— Ммм… ну да, это верно, — согласился Скрипач. — Но почему именно так?

— Потому что в эту схему укладывается всё прочее, — ответил Ит. — Искатели воплощения Фелы — ребята серьезные. Этакие ассасины. Или ниндзя. Или ещё кто, неважно. Это люди, имеющую вполне серьезную подготовку, в том числе и боевую. Не такую серьезную, как у государственного расследователя, разумеется, — он усмехнулся, — но весьма неплохую. Моя мысль понятна?

— Мысль интересная, — подтвердила Элин. — Что-то в ней определенно есть.

— Ит выкручивается, — вздохнул Скрипач. — И, кажется, на этот раз вполне успешно. Знаешь, а ведь это может сработать. Особенно в связке с документами из сейфа, и с тем, что у Салуса на службе явно не всё так хорошо, как ему хотелось бы.

— Его подставили, — решительно сказала Бао. — Знаете, там, в его доме, я чувствовала некую неврозность, что ли.

— Нервозность, — поправил Ит. — Бао, ну как тебе не стыдно?

— За что мне должно быть стыдно? — удивилась Бао. — За то, что я слово неправильно сказала? Я им информацию собираю, и мне ещё и стыдно? Ну и дела.

— Извини, — Ит улыбнулся. — Ты молодец. Но я не совсем понял — ты говорила о его сборах?

— Именно, — подтвердила Бао. — Он