Тренды. Эволюция моды от Античности до наших дней - Одри Милле

как королева Виктория, а с другой стороны, открывая в конце XIX века филиал в Париже, на улице Риволи. Утверждение этой практичной и функциональной одежды в до тех пор неудобном и рассчитанном на внешний эффект женском гардеробе свидетельствует о глубоком изменении в установках западного общества.

Костюм адаптирован к образу жизни, связанному с индустриализацией, новыми гигиеническими нормами и новой манерой поведения, когда гораздо чаще стали заниматься спортом и путешествовать.

Если дамы из высшего общества играют определенную роль в принятии костюма, то эмансипированные женщины из среднего класса, сделавшие выбор в пользу карьеры, в частности горожанки, активно содействуют его распространению [424].

Женский костюм якобы был вдохновлен английскими амазонками для верховой езды. Начиная с века Просвещения он выражает собой некие притязания: равенство в одежде и равенство полов. Впрочем, множество деталей заимствовано у мужчин, например, фасон жакетов, пуговицы, карманы, цвета и ткани.

В XIX веке женский костюм – это манифест. В то время он пользуется дурной репутацией. Писательницы Жорж Санд и Флора Тристан (1803–1844 гг.), суфражистки Амелия Блумер (1818–1894 гг.) и Эммелин Панкхерст (1858–1928 гг.), известные своими нонконформистскими и радикальными взглядами, придают костюму почти политический характер. Британки надевают его для занятий спортом, путешествий или отправляясь в туристический поход. Его ценят за сдержанность, которая созвучна англиканской культуре. Фасон жакетов приталенный и повторяет изгибы корсета, но силуэт дополняет множество мужских аксессуаров, таких как жилет, блузка с воротником или шляпа.

С 1890 г. по 1914 г. формы костюма смягчаются, юбки расширяются, а жакеты становятся свободнее. Сдержанный и практичный костюм тем не менее подчиняется определенным правилам: его следует носить только днем и по случаям, не требующим соблюдения каких-либо условностей [425].

В начале XX века костюм настолько популярен, что его можно считать униформой среднего класса. Сотрудницы контор и учительницы превращают его в рабочую одежду. Прочный и недорогой костюм серийного производства подходит для широкой клиентуры. Во время Первой мировой войны он становится символом женщин, работающих во фронтовом тылу, и синонимом патриотизма. Что же касается мужчин, в их повседневную жизнь проникают джинсы [426].

Джинсы, ставшие незаменимым предметом одежды в XX веке, уходят своими корнями в Италию, в Геную. Прочные брюки из хлопчатобумажной саржи, льна или смешанной шерсти используются моряками с XVI века. Тогда эту ткань назвали «джинсовой» (jeane, фр. – «джин»).

Два века спустя ее полностью изготавливают из хлопка, и благодаря своей прочности она становится идеальной для рабочей одежды.

Хотя выпускают ткань разного цвета, чаще всего ее окрашивают в цвет индиго (синий). Однако джинсовые брюки в том виде, в каком они известны нам теперь, делают, как правило, из денима, более прочной хлопчатобумажной саржи из окрашенной в синий и серый цвет пряжи, иногда отбеленной [427]. Со временем на джинсах появляются обесцвеченные и потертые зоны.

Принято считать, что «деним» – это искаженное на английский манер выражение sergй de Nоmes (саржа из Нима), французская ткань, выпускавшаяся в XVII веке. Но ту ткань делали в основном из шерсти. На самом деле ссылку на Ним, скорее, используют для того, чтобы приправить английский продукт французским престижем.

Что касается термина salopettes (спецовка, комбинезон, фр.), то до того, как его стали ассоциировать с особого вида одеждой, им обозначалась грубая коленкоровая ткань, окрашенная в синий цвет [428].

В 1873 г. портной из Невады Джейкоб Дэвис объединяется с торговцем из Сан-Франциско Леви Страуссом, чтобы запатентовать джинсовые брюки. Разница с предыдущим моделями брюк заключается в медных заклепках на карманах, которые должны воспрепятствовать любым разрывам, что является преимуществом для калифорнийских шахтеров и рабочих.

Первые джинсы, выпущенные компанией Levi Strauss & Co, сшиты из коричневого хлопка или синей джинсовой ткани. В конце XX века джинсы Levi’s обзаводятся характерными чертами, которые приносят им большой успех: кусочком кожи с надписью Two Horse Brand, изображением двух лошадей и номером партии, а также с отстроченными карманами сзади. Когда в 1890 г. на свет появляется модель «501» фирмы Levi’s, она становится эталонными джинсами. Промышленники быстро осознают пользу этих брюк для рабочих.

Итак, благодаря конкуренции в 1895 г. появляются однотипные брюки: марки OshKosh B’Gosh, а в 1904 г. – марки Blue Bell (позднее получившей название Wrangler). В 1911 г. компания Lee запускает производство и через два года добивается первого успеха, создав комбинезон Lee Union-All. Во время Первой мировой войны джинсы становятся привычной одеждой тружеников [429].

Для одежды XIX столетия характерны сложные взаимоотношения между индивидуумом и коллективом. Действительно, мужской гардероб радикально трансформируется: костюм-тройка в совершенстве иллюстрирует теории французского философа Мишеля Фуко о великой изоляции [430]. Но в то же время рабочее движение в Европе уже подает сигнал о неуправляемом развитии производственной системы.

Что касается женского силуэта, то после короткого периода смягчения он становится еще жестче. Кринолины, огромные рукава буфами, зауженные книзу, и корсет воспринимаются как возврат в прошлое или, скорее, как подтверждение женской неполноценности. Париж налаживает свою жизнь и утверждается как истинный центр моды. В первой половине XIX века в столице строится много фабрик, увеличивается количество надомных работников.

Французскую столицу обычно называют «Парижской фабрикой», специализирующейся на модных предметах: шали, веера, зонты, шляпы с перьями производят серийно.

Три последних десятилетия XIX столетия подтверждают ее первенство: Париж – эталон вкуса и элегантности. Иностранцы открывают здесь свои модные дома, а дизайнеры объединяются в особого рода организации, такие как Палата синдиката парижской моды.

Париж – зеркало моды, и его успех никогда не будет оспорен.

Если швейная машина действительно одна из величайших инноваций в отрасли производства одежды, то рождение химической промышленности в XX веке перераспределит технологическую направленность более, чем на век вперед. Кроме того, последствия войн, начиная с наполеоновских кампаний, укрепляют связь между индустрией моды и политикой завоеваний. В самом деле, возрастающая потребность в форменной одежде ставит вопросы перед фабрикантами. Вторичное использование позволяет справиться с недостатком сырья, а защитные ткани служат солдатам, втянутым во все более и более продолжительные конфликты.

Давление политических лидеров также навязывает определенное поведение. Императрица Виктория ратует за вечерние платья из Спитафилдса и семейные ценности. Всех восхищает манера одеваться французской императрицы Евгении. В Соединенных Штатах Америки образцами благопристойности становятся первые леди. Хотя, в отличие от мужчин, женщины не выигрывают в комфорте, волны социальных протестов уже предвещают перемены. Примером тому служит пропаганда Амелией Блумер шаровар, которые получают ее имя – блумерсы.

В 1851 г. феминизм делает их объектом своей агитации. Проект оказался успешным, так как через