Няня для дочки отца-одиночки - Олли Серж

–К сожалению, – вздыхаю.

Бывший муж Зарины закрывает голову руками и тихо поскуливает, поэтому его лица я пока не вижу и узнаю не сразу.

–Ну что ж, понятые, прошу не жаться к стене, а занять то положение, которое позволит вам хорошо видеть происходящее. Вы чего суетитесь? – Рявкаю на мужика в костюме, который судорожно пытается закрыть жалюзи по периметру аквариумного кабинета.

По другую его сторону столпился перепуганный персонал банка.

–Так смотрят же… – заикается мужик.

Бросаю взгляд на его бейдж.

А, директор филиала.

–Присядьте, Степан Сергеевич. Пусть смотрят сотрудники. Так сказать, бесплатный тренинг, как не попасть в тюрьму на восемь лет за мошенничество в особо крупных размерах. Вы же им, наверное, только про командный дух рассказываете и про мифические премии.

–У нас есть премии. И тринадцатая… – заикается.

–Да? Что ж они тогда воруют? Присядьте. – Обрываю его. – Вот сюда на стульчик.

Сам прохожу на его место.

–И так, понятые, проводится допрос подозреваемого в телефонных мошенничествах. Я бы даже сказал терроризме, но не будем нагнетать. Это другая статья. Заикин, я прямо ваш ангел хранитель! Ну что, Андрей Алексеевич, рассказывать то по делу будем? Как на духу!

–Я… я же вас знаю, – наконец нагребает Шарапова. – Вы… Ты… на корпоративе. И на барбекю в мае. Муж Зарины! Подлец!

Подлетает и хватает опешившего Заикина за грудки.

–Уткин! Филин! – Рявкаю.

Мои парни растаскивают мужиков по разным углам. Да, ситуация неприятная. Что ж у тебя за семейка то такая пакостная, Зарина Ириновна! Прям нарочно не придумаешь. Только потравить, как тараканов.

–Успокойтесь, Глеб Михайлович! Во–первых, – рявкаю, – не жена ему Заикина уже как пол года. Вместе они не проживают. А во–вторых делиться своим капиталом Андрей Алексеевич ни с кем не собирался. Он уже приобрел фальшивый паспорт и хотел покинуть страну в ближайшее время.

Я не знаю наверняка, но предполагаю.

–Гражданин Заикин! Ну! Где храните денежки и документы? Мы же все равно найдем!

–В ячейке на вокзале…. – бурчит в ответ.

–Как банально, – хмыкаю. – Дальше! Мы слушаем. Продолжайте.

–Откуда ж ты взялся на мою голову, майор? – Оскаливается. – Как чума… В каждую дырку залез!

–А ну! Выбирайте, гражданин выражения! Относился бы нормально к жене, может быть, я бы до тебя и не добрался. Хотя – не факт. Давай, говори по–делу. Поможешь следствию, может быть годок, а то и два удастся скосить. За сотрудничество…

–Как скосить!? – Снова слетает на эмоции Шарапов. – А если бы мой близкий человек умер? Ты! Ты – падаль, даже не думай, что я оставлю это просто так!

–Глеб Михайлович, Зайкин так и не думает. Потому что очень хорошо понимает, сколько людей были ограблены при его поддержке. Андрей Алексеевич… – подаюсь вперед. – А двое мертвы. Сердечный приступ.

–Господи, какой ужас, – начинает рыдать возле двери родственница владельца счета, через который собирались вывести деньги. – Папочка всегда честно жил! А тут такое… да вы просто попрыгали грязными ногами по умершему человеку! Опорочили имя! Надеюсь, вам дадут максимум!

–Тихо! – Рявкаю. Сейчас весь допрос мне эти моралисты поломают.

–Да не буду я вам ничего говорить, – ожидаемо дает заднюю Зайкин. – И хочу видеть своего адвоката!Имею право!

–Имеешь, имеешь, – киваю. – Лебедев, запишите в протоколе, что гражданин сотрудничать со следствием отказался. Куда лететь то собирался, Андрей Алексеевич?

–Не ваше дело.

–И что? Даже матушке с сестрой адресок бы не оставили? Ай–ай–ай! А к жене бывшей зачем ходили? Какой вы, оказывается, неблагодарный и непостоянный человек. Даже общаться не собирались? Но ничего, как только имущество конфискуют, ваши родные сами вас найдут!

–Какая конфискация? Да квартира матери принадлежит!

–А мы не знаем ваших сообщников. Может быть, именно мать вам и помогала. Или сестра. Как доказать обратное? Или может быть, ваша семья никогда не была замечена в мошенничестве и спекуляции? У меня есть одно интересное дельце, которое потянет минимум на условное, а как максимум – пойдет отягощающим.

Конечно, намекая на историю с квартирой Зарины это я очень сильно блефую. Но в совокупности нагнетания атмосферы это оказывается то, что нужно!

–Хватит! Хватит! – Начинает рыдать Заикин. – Я ни в чем не виноват. Это мама. Это все она! Все из–за неё!

–Мама заставляла вас заниматься мошенничеством?

Признаться, я даже теряюсь от этого признания.

Среди людей в кабинете прокатывается ропот.

–Тихо! – Рявкаю на всех. – Что делала ваша мать? Она давала контакты жертв? Делилась информацией?

–Нет! Мама просто меня задушила. Заставила работать в банке! Получить это образование! Она меня свела с ума претензиями, что я мало зарабатываю! Пока был женат, было проще. А потом – хоть вешайся! Это повышение! Я не хотел никого обманывать. Не хотел никому зла, но вы понимаете, когда ко мне пришли эти люди…

–Какие люди?

–Которые вот этими всеми звонками занимаются, приводят «клиентов». Я понял, что если не соглашусь, то согласится кто–то ещё! И больше шанса у меня заработать не будет!

–Вы так сильно не верите в себя? Вариантов всегда много.

–Я ничего не умею. Только танцевать и работать в этих бесконечных программах!

–Какой процент у вас был за вывод? Как находили клиента?

–В системе банков есть ошибка. Если счет закреплен за умершим человеком, то он попадает в архив. Движения по нему не фиксируются, если сумма в начале суток и в конце совпадает. А вывести наличные можно только в том отделении банка, в котором счет был создан.

–Тоже без фиксации движения по счету, если они не выведены из архива?

–Да….

–Когда и где вы должны передать наличные?

–Я передаю деньги раз в неделю. Тоже в ячейке на вокзале. Я понятия не имею, кто за ними приходит и когда.

–А человек, который к вам переходил с предложением? Вы его помните? Сможете составить фоторобот?

–Сомневаюсь, что это будет полезно. Очки, усы, борода…

–Но вы всё–таки попробуйте и передайте следствию номера кошельков, на которые вы выводили средства.

–Они анонимные.

–Разберемся. Вас же мы нашли.

Оставив Заикина на растерзание своим «птицам», выхожу на улицу покурить.

Единственное, что меня сейчас волнует, это то, как неожиданно раскрытое преступление может отразиться на карьере Зарины.

Мало ли что в голове у Шарапова перемкнет!

Оборачиваюсь на хлопок двери за спиной.

–Товарищ майор!

Шарапов. Вот вспомнишь человека…

–Зажигалку? – Протягиваю ему. Надо